Чтение онлайн

Блейд был предназначен для ведения прицельного огня короткими, кинжальными, очередями. Две-три пули ложились аккурат в одну цель с разбросом буквально в пару миллиметров, причем импульсные боеприпасы затем разрывались внутри цели одна за другой, делая рану почти невозможной к заживлению. Без лазерного скальпеля, естественно.

Однако бронебойность Блейда была крайне низкой. Например, броня, что сидела на мне, могла выдержать пару очередей подряд из этого карабина и не разрушиться. Более старые модификации доспех были чуть менее устойчивыми, но тоже держали удар. Но для затяжных боев этот карабин никто и не задумывал. Это оружие скорее относилось к диверсионным, для молниеносных и быстрых атак с минимальным уровнем шума и суеты: звук выстрела Блейда был не громче легкого шлепка по женской заднице, как говорили у нас в десантуре. Точность же была лучшей в классе стрелкового оружия. В принципе, с ним не обязательно стрелять в доспех, можно легко попадать в швы или миллиметровые разъемы между сочленениями доспехов-скафандров. Импульсные боеприпасы доделают остальное, разворотив защиту.

Однако для десантуры (и морпехов) был более привычным менее компактный, но мощный автоматический карабин DS-4 "Раптор" 13 калибра. С таким можно было даже легкую технику пробить. Конечно, это не старая добрая Дурь-пушка, что носят колониальные пехотинцы при помощи усилителей своих огромных доспехов, но для целей десантных операций – самое то. Однако сейчас все взятые в поход к Земле Рапторы остались на звездолете. С собой капитан приказал взять только Блейды.

– Спасибо, Утер, я думала, что сегодня дотру палубу до дыр. А ты оказался джентльменом, заменил меня.

Я на миг оторвался от смазки подствольной коробки Блейда и поднял глаза. На меня смотрели большие глаза Линдси. Одна из трех девушек нашего взвода, первый год службы. Хотя все парни тащились от этой голубоглазой и божественно сложенной азурянки, меня она совсем не привлекала. Короткая стрижка, почти под ноль, тонкие губы и чересчур мощные скулы. Ну а повадки – чисто мужицкие. Не спасали дело даже крепкая высокая грудь и сексуальные бедра. Честно, я сомневался, что все остальное у нее от женской породы.

– Прости, если бы я знал, что ты в наряде, то лучше бы полизал зад сержанту, – я говорил тихо: чистящий в другом конце поножи доспех Пес не должен был услышать.

Линдси хлопнула меня по плечу. Под доспехом это было неощутимо, но если бы не он – точно остался бы синяк. Девчонка не была обделена силой.

– Ну и за что ты так меня не любишь, Ути? – присаживаясь рядом, залепетали она. Сказанное обращение заставило меня прикусить губы.

– Я не Ути, Линдси. Вообще делом занят, не видишь? – почему-то эта девчонка вызывала у меня острую порцию негатива. Стоило только ей со мной.

– Да ладно тебе, ты ведь такой славный. С Олеона обычно приходят громилы как Джонни, похожие на обрубки скалы. А ты ничего так, со смазливый мордашкой.

– Линдси! – вспыхнул я. – Отвали.

– Малыш, ну разве ты не понимаешь, что девочки обожают, когда их отвергают? Я все также буду продолжать плакать в подушку и мастурбировать на тебя в душе! Как ты так можешь со мной?! – у меня даже дыхание перехватило от бесцеремонности этой… неженщины! Она же громко, по-мужицки, расхохоталась и упорхнула со своего места.

Мне лишь оставалось грязно выругаться под нос. Парни неподалеку загоготали, кивая на меня. Среди бойцов взвода уже давно ходят шутки насчет меня и Линдси.

На место несносной девчонки сел Джонни.

– Парень, либо ты ее трахнешь, либо она тебя, – серьезно сказал он. – Причем во втором случае я не уверен, что традиционным для женщин способом.

– Пошел ты, – отмахнулся я.

– Да ладно тебе! Пацаны из взвода тебе завидуют страшной завистью, а ты нос воротишь от такого варианта!

– Мне это совсем не нужно, – сказал я и на несколько секунд задумчиво уставился в пол. Этого хватило другу, чтобы все понять.

– А, ты все по той брюнетке сохнешь? Вариант отличный, согласен. Но… замороченная она, я тебе говорю. Ольк на нее так и зыркает, а она нос от всех воротит.

– Ну и что? – вспыхнул я. – Мне достаточно пальцами щелкнуть, как у Олька хребет сломается.

– Не, ну я не спорю… Однако ты простой вояка. Ты можешь часами травить солдатские байки да полировать цевье. А там… Ольк! Голова! Бабы тащатся от таких мозгов. И наплевать, что у него плоская задница и вислое брюхо.

– Ты решил этим поднять мне настроение? – зло посмотрел я на Джонни.

– Да нет, просто хочу от тебя более трезвого взгляда на вещи. Мы с тобой воины, наша жизнь может оборваться в любой момент. Не стоит ставить перед собой невыполнимые задачи и нужно уметь пользоваться сиюминутными благами.

Я только успел открыть рот, чтобы обрушиться на друга шквалом несогласия, когда в отсеке громыхнул голос одного из лейтенантов: "Становись!".

Обычно эта команда подразумевала обязанность подчиненных занять свои места в строю, но в салоне выстроиться в линию было невозможно. Поэтому все бойцы встали со своих мест: кто с пассажирских, кто с откидных сидений рядом с личными шкафчиками.

Капитан неспешно поднялся и стал медленно мерить шагами проход между креслами. Это был уже немолодой, около пятидесяти лет, воин, с мудрыми, глубоко посаженными газами, короткой стрижкой пепельно-седых волос. Волевой подбородок чуть выдавался вперед, мощные скулы казались неестественно раздутыми.

Капитан второго взвода 458 роты "Свирепых Кабанов" Каменотесов Михаил Лаврентьевич. Среди своих – Скала. Более двадцати лет в армии, участник множества боевых операций и экспедиций. Невероятно опытный и мозговитый командир. Никогда не ругается, редко, когда повышает тон. Ему подчиняются не потому что так требует устав – уважают и признают авторитет.

Одна беда, он очень любит курить сигары. От их вони меня порой реально тошнит. Вот и сейчас Скала достал из покоящегося на поясе подсумка уже подготовленную сигару, положил в рот и, щелкнув электрической зажигалкой, с удовольствием задымил.

– Мы скоро достигнем точки высадки, – заговорил капитан после нескольких сочных затяжек. Интересно, он видел надпись на двери отсека, что курение строго запрещено? – И как в прошлые разы высадимся всем подразделением в старинном городе. Первое отделение поведет старший лейтенант Алин, лейтенант Купер ему в помощь, вторым отделением командует старший лейтенант Уваров, старший сержант Хопс ему в помощь…

Капитан всегда начинал со скучного перечисления непосредственных командиров каждого отделения и их замов. На самом деле, все давно указано в уставе: отделениями в размере двадцати человек командует сержант или лейтенант, а те в свою очередь могут назначать оперативные группы во главе с капралами по ситуации. Взводом из шестидесяти бойцов командует лейтенант или старший лейтенант, хотя иногда и капитан, как в нашем случае. Ротой обычно командуют капитан, за редким случаем – майор. Вот такая нехитрая структура.