Чтение онлайн

Я остановилась и, выпустив ладонь царька, медленно повернулась к тому:

— Серебров…

— Ой, вот только давай без этого, — не позволив мне и слова сказать, наехал парень.

– Без чего этого? — язвительно отозвалась я.

— Без наездов в мою сторону. По-моему, мы уже в прошлые разы выяснили, что я козел. Я не тупой, Сватова, мне по десять раз повторять не нужно.

В ответ я лишь крепче стиснула зубы. Подобный разговор мы, к сожалению, вели не в первый и даже не во второй раз. Серебров ни с того ни сего решил заделаться моим личным сталкером. И периодически напоминал мне о своем существовании. Правда, до этого парень предпочитал подкарауливать меня после работы возле клуба. Но сегодня…

— Что это, блин, за цирк с цветами ты устроил?! — я указала на букет розовых пионов, который мажоришка, как и прежде, сжимал в руке. — Что во фразе «оставь меня в покое» такого непонятного?!

— Господи! Ты всегда такая сложная? — драматически закатил глаза парень.

— Только когда меня шантажируют и обещают уничтожить, — на этой правдивой ноте я решила уйти.

— Извини. Это всего лишь отстойная шутка, — раздалось из-за спины. Конечно же, мажоришка поплелся следом за мной.

— Вот и шути дальше. А я хочу домой и есть.

— Так давай я тебя накормлю, — царек нагнал меня и зашагал рядом.

— Я же сказала, что не пойду с тобой на свидание.

— Это не свидание, а моральная компенсация. Ну, и немного благотворительность. Выглядишь ты так себе если честно.

— Ты издеваешься? — я остановилась и со злостью взглянула на царька.

— Обед и ничего больше, — парень примирительно поднял руки. — Мы просто поедим и разойдемся. Обещаю.

— Так почему ты танцуешь в клубе? — мажоришка прокрутил соломинку в апельсиновом соке и уставился на меня.

— Ты говорил, что мы будем есть, а не болтать, — хмуро ответила я, разглядывая будничную суету за окном.

Мы сидели в небольшом кафе через дорогу от моего факультета. И я мысленно корила себя за то, что поддалась уговорам царька.

Но мне так хотелось есть…

— А где ты научилась всем этим финтам с шестом? — задал очередной вопрос Серебров, напрочь игнорируя мои просьбы.

— И что тебе даст эта информация? Мы друг другу никто и это меня полностью устраивает, — я вновь открыла яркое меню, разглядывая соблазнительные фото десертов.

— Ну, одну твою тайну я уже знаю, — никак не унимался царёк. — А ты — мою…

— Какую это?

Любопытство взяло верх над разумом. Я с интересом уставилась на парня, гадая, в какую страшную тайну Сереброва могу быть посвящена, а когда поняла, разочарованно спросила:

— Ты про помолвку, что ли? Тоже мне тайна…Ею даже шантажировать толком нельзя.

Царёк в ответ выдал мученический вздох.

— Сколько раз я должен извиниться, чтобы ты перестала попрекать меня этой фигней?

— Можешь не извиняться, — великодушно разрешила я. — Забудь о моем существовании и мы квиты.

В воздухе, помимо сладковатого запаха пионов, возникли соблазнительные ароматы еды. А в следующую секунду официантка выставила передо мной тарелки со стейком, картошкой и теплым салатом.

— Я…

— Когда я ем — я глух и нем! — выпалила детсадовскую поговорку, в надежде на то, что парень истолкует мой посыл верно.

Как ни странно, мажоришка и вправду утих. Лишь изредка бросал на меня нечитаемые взгляды и таинственно усмехался. А когда я обмакнула в соус последнюю дольку картошки, выпалил:

— Милана накачала меня наркотой. Затащила в постель. А теперь строит из себя беременную, чтобы женить на себе.

— Что? — я порядком опешила от неожиданного потока информации, и даже не сразу поняла о ком собственно речь.

— Это моя тайна, Сватова. Можешь спокойно использовать инфу для шантажа.

— Не суди других по себе, Серебров, — я промокнула губы салфеткой и поспешила поделиться выводами: — Наверняка бедная Милана такая же жертва твоих дурацких шуточек, как и я.

— Жертва?! — царёк подскочил с места, буравя меня взбешенным взглядом. — Не думал, что ты такая, — презрительно выплюнул он.

— Ох, прости, что не оправдала твоих ожиданий, — едко ответила я. — Говоришь, злая Милана использовала тебя, словно игрушку? А давай вспомним, что сделал ты, — я демонстративно подняла ладонь, загибая пальцы. — Унижал моих друзей и насмехался над ними. Незаконно вломился в мою комнату. Издевался надо мной и против воли вынудил ехать с тобой неизвестно куда и зачем. Готова поспорить, ты ни на секунду не задумался, каково мне.

Я с вызовом посмотрела в растерянные зелёные глаза, подхватила рюкзак и встала:

— Спасибо за обед. Деньги я верну.

— Не стоит, — надтреснутым голосом ответил Стас. — И прости меня, Кать. Я действительно не думал, — впервые его извинения звучали искренне, и впервые у меня внутри что-то дрогнуло.

Я кивнула и сдержанно попрощалась. И уже уходя, бросила парню:

— Попробуй просто поговорить с Миланой. Вдруг она тоже поймет?

Неделю спустя…

— Ты подумала над моим предложением? — Пашка руками обхватил пузатую чашку с американо, как бы согреваясь.

— Краснов, я тебе уже говорила, что ты странный? — поспешила поделиться своими впечатлениями, пропустив мимо ушей вопрос парня. — Меня не покидает ощущение, что тебе холодно, — я вновь посмотрела на парующую чашку в мужских ладонях.

— Это я странный? — черная бровь поднялась над краем очков. — Мы уже минут десять тут сидим, — парень обвел рукой небольшое кафе, в котором я не так давно обедала с Серебровым. — А ты не ответила ни на один из моих вопросов, Сватова. И кажется, совершенно не слушаешь меня, — он отпил кофе и настороженно спросил: — У тебя всё хорошо? Что-то ты немного потерянная.

«Потерянная не то слово», — я заерзала на кожаном диванчике, одернув подол короткого сарафана, и опять принялась поедать взглядом парня.

Как бы мне не хотелось вникнуть в разговор, я постоянно отвлекалась и ловила себя на том, что попросту начинаю разглядывать музыканта. Эти неприлично милые ямочки на щеках, что появлялись всякий раз когда он улыбался, — а улыбался Паша сегодня удивительно много. Или то, как его длинные музыкальные пальцы задумчиво выстукивают неведомый мне ритм по деревянной столешнице — это… это было сильнее меня. Каждый раз я зависала на какой-то привлекательной детали внешности Краснова и, кажется, выпадала из реальности.