Чтение онлайн

— Иду, — раздосадовано ответил я.

— Я буду ждать тебя у входа, — почему-то в этих её словах мне послышалось, будто она нервничает.

Я поднялся в комнату и уже принялся собирать свои вещи, как в голову пришла мысль сбежать по пожарной лестнице. Но окно нашей комнаты выходило на фронтальную сторону здания, меня бы заметили. Тогда я придумал подняться на крышу и спрятаться на какое-то время там.

Вещи уже были собраны в рюкзак, и я открыл окно, чтобы подняться наверх. В этот момент к приюту подъехали три солидных чёрных электромобиля. Из центрального вышли двое высоких мужчин в чёрных костюмах. Они встали у задних дверей машины, один из них распахнул дверь и подал руку женщине, которая выходила. Я пристально на неё смотрел. Это была молодая женщина с мертвенно-белой кожей, прямо как у меня. Выше меня примерно на голову, если сравнивать с окружающими, но при этом она казалась миниатюрной. И на носу у неё горбинка, опять же, как у меня! Глаза женщины скрывали солнцезащитные очки. Неизвестная была одета в длинное атласное чёрное платье, а на ногах поблёскивали такие же чёрные туфли. Я не мог отделаться от чувства, что где-то уже видел её. К неизвестной подошла инспектор из службы по охране детей, которая, должна была ждать меня у входа, и они о чём-то разговаривали. Я уже усомнился, стоит ли мне от неё бежать, и в полном смятении продолжал смотреть в окно. Не о ней ли предупреждал Окто?

Неожиданно в комнату вошла Виола, и я обернулся от распахнутого окна.

— Маркус, ты готов? — спросила она.

— Да, — неуверенно ответил я и закрыл окно.

— Мы будем скучать по тебе, — воспитательница подошла и обняла меня, отчего я немного смутился.

— Я тоже. Вы попрощаетесь с ребятами за меня?

— Конечно! — она грустно улыбалась.

Виола проводила меня к машинам. По пути она всё рассказывала, как же мне повезло, что нашлись родители, и у меня будет нормальная жизнь. Я слушал её через слово, мои мысли занимала только женщина в атласном платье. Неужели и, правда, она может быть моей родственницей?

Инспектор снова напомнила, что в случае чего можно связаться с ней в любой момент. Я поблагодарил её и воспитательницу. А женщина, которую видел из окна, уже снова сидела в машине. Мне казалось, что она хотя бы встретит меня, но я ошибся. Один из мужчин открыл передо мной дверь электромобиля, и я сел в машину. Через секунду дверь захлопнулась, а я всё ещё смотрел на приют. Мы тронулись, и только тогда я взглянул на женщину, сидящую рядом. На её лице не было ни морщинки, словно ей не больше тридцати стандартных лет. Она непреклонно молчала, глядя в одну точку перед собой, до тех пор, пока я не заговорил первый:

— Кто вы? — тихо спросил я на общеземном языке.

— Твоя мать.

Она отвечала угрюмо, словно и вовсе не рада меня видеть. Хотя так, наверно, и было. Женщина отвернулась к окну.

— У меня нет родителей, в этом я уверен, — заявил я.

Собеседница тихо рассмеялась и добавила:

— У всех живых существ есть родители.

— Что вы хотите этим сказать?

— Не у всех из нас было радостное детство, но мы все как-то появились на свет, — безразлично ответила она.

— С чего вы взяли, что именно вы моя мать?

— ДНК не врёт. Я искала тебя уже давно.

Женщина говорила холодно. За её длинным светлыми волосами я заметил что-то знакомое. И меня осенило, это же коммуникатор! Тогда, вероятнее всего, женщина говорила правду.

— Куда мы едем? — спросил я уже на общем языке с корабля Гемилиона, надеясь, что она меня поймёт и ответов будет больше.

— Домой, — она ответила на таком же языке, и отключила свой коммуникатор. — Откуда ты знаешь этот язык?

— Давайте сначала вы ответите на мой вопрос, а потом я на ваш. Так будет честно. Как вас зовут?

— Химера, — произнесла она. — А ты знаешь, как зовут тебя?

— Маркус. Или вы дали мне какое-то другое имя?

— Я думала над этим, но, в целом, и имя «Маркус» сойдёт. Маркус Гиронимус — более полное имя. Звучит неплохо, — казалось, она на мгновение задумалась.

— Так «G» — это значит, Гиронимус? Эта буква на моей шее? — спросил я, отодвигая прядь волос, за которыми пряталось родимое пятно.

— Да, этот знак на теле есть у всех прямых потомков, — ответила мать и показала свой — такой же — за длинными волосами. — Так, как ты попал на Землю, Маркус?

— Я некоторое время путешествовал на корабле одного доктора, который спасал детей, чтобы потом убивать их своими экспериментами. Это если коротко.

— А что же с ним стало? — у неё плохо получалось изображать интерес.

— Я его убил, — ответил я с усмешкой. — Так всё же, куда мы едем?

— На планету Лоракс. Ты слышал о такой?

Я отрицательно помотал головой и спросил:

— Что это за планета?

— Увидишь, как прилетим. Это не описать словами.

Химера говорила с наигранным воодушевлением.

— Я смогу вернуться на Землю, если мне там не понравится?

— Полагаю, мы что-нибудь придумаем. Но тебе не может там не понравиться, — уголок её рта слегка приподнялся в подобие улыбки.

— Почему вы так в этом уверены? — спросил я с иронией.

— Ты всё увидишь, и тебе всё расскажут. Я, если честно, думала, что ты вырос на Земле, и нам будет гораздо сложнее преподнести тебе мир другой планеты.

— Я вырос на Амаране номер шесть и видел ещё десятки разных планет. Не думаю, что меня можно удивить.

— Интересно… — она замолчала на мгновение и добавила: — Поверь, самое интересное тебя ждёт впереди.

Её слова привели меня в замешательство. Мне казалось всегда, что я несказанно обрадуюсь встрече с кем-то из родителей, но теперь не испытывал к матери ровным счётом ничего. Искра любопытства пронизывала моё сознание. Возможно, это был шанс, которого я ждал всю жизнь, а, может, большая ошибка.

Электромобили припарковались возле аэропорта. Мужчины вышли и открыли нам двери. Я покорно вышел и последовал за ними. Мы не пошли к кассам покупать билеты или на регистрацию, как другие пассажиры в аэропорту, а отправились сразу на посадку — прямиком к взлётной полосе. Нас ждал огромный самолёт, на нём виднелась одна только буква «G» вместо привычного названия авиалинии. Ни у кого, кроме меня, не было с собой багажа. Мы сразу поднялись по трапу на борт. Вскоре все двери были закрыты, и самолёт резко начал взлетать. Всё происходило очень быстро.

Раньше я видел самолёты только на картинках или голограммах. Наше воздушное судное показалось внутри необычным. Не прозвучало просьб пристегнуть ремни безопасности, и все сидели без них. Только через пару минут я заметил, что этих ремней и вовсе нет у сидений. А мест в кабине было восемь, что очень странно для такого огромного снаружи лайнера. Внутри он был не больше моей комнаты в приюте. На борту находилось всего восемь человек: я, Химера, пятеро её охранников и один пилот. Удивительно, но в кабине не было ни одного иллюминатора, а рядом с каждым креслом стоял столик, не прибитый к полу. Возле Химеры даже стояла ваза с земными розами. Они казались огненно-алыми на фоне бледной кожи моей матери.

После быстрого взлёта включилось искусственное освещение кабины, и самолёт освещался изнутри зеленоватым свечением с пола и до потолка. Оно чем-то напоминало лампы для роста растений, которые использовали земляне на фермах. Через несколько минут полёта, Химера обратилась к одному из сопровождающих мужчин, сидящему напротив меня:

— Люциус, у тебя лучше получится объяснить Маркусу, что сейчас произойдёт.

Он вежливо ответил:

— Конечно, Ваше Величайшее Величество.

Что значит «ваше величайшее величество»? Она — принцесса или, быть может, королева? А кто тогда я, да и зачем я ей нужен? Вопросы накапливались в голове. Ну, по крайней мере, меня не собирались продать по частям генным инженерам…