Чтение онлайн

– Не могли бы вы описать его поточнее? – с интересом спросил Холмс.

– Он был высоким, как вы, сэр, ну, может быть, чуть выше, но намного солиднее. Можно сказать, полный. Он вышагивал взад-вперед и посматривал на часы, проверял, не опаздывает ли поезд, мне кажется. Больше я его не видел, находясь в хвосте у почтового вагона до самого отхода.

– Это, должно быть, был тот, кто встречал господина в автомобиле! – внезапно воскликнул какой-то мальчишка.

– Господина в автомобиле? – удивился Холмс. – А это кто такой?

– Простите, сэр, я работаю на телеграфе, и как раз был в конторе, когда услышал шум автомобильного двигателя. Ну я и выбежал посмотреть.

Большой «мерседес» подъехал прямо ко входу, сэр. Он мчался как ветер, сэр, и я даже испугался, что он не сможет остановиться!

– Ты видел, кто находился внутри? – спросил Холмс.

– А как же, сэр! Там был шофер, сэр, но за очками и кепкой я так и не смог хорошенько его рассмотреть. Сидел и еще один господин, такой полный. У него что-то было с ногой, сэр, поскольку ему, похоже, было трудно вылезать из машины.

– Как он был одет?

– На нем был дорожный плащ, сэр, и большая широкополая шляпа.

– Ты видел его лицо?

– Нет, сэр, я разглядел только бороду и то, что он курил сигару. Он был без багажа и, выйдя из машины, тотчас махнул рукой шоферу и направился к кассам. Когда машина уехала, я вернулся на платформу и увидел их вместе – этого господина и того, о котором говорил носильщик. Высокий господин подсаживал собеседника в первый класс. Больше я ничего не видел – эдинбургский уехал сразу, как только они сели.

– Отлично! – радостно воскликнул Холмс и дал мальчишке монету. – Теперь, Ватсон, нам надо поговорить с контролером и удостовериться, что у господина в автомобиле, как его назвал наш юный друг, не было билета куда бы то ни было.

– Но у него должен был быть какой-нибудь билет! – с жаром возразил я.

– Напротив, Ватсон, чрезвычайно сомнительно, чтобы у этого господина был билет!

Выяснить так ничего и не удалось: контролера, который дежурил в ту ночь, мы не нашли и потому отправились в Грэнтэм.

Казалось, Холмс совершенно преобразился. Он мурлыкал себе под нос какие-то песенки и отказывался обсуждать дело, разглагольствуя вместо этого о мелькающих за окном сельских красотах. О, это настроение означало, что теперь мой старый друг глубоко вник в хитросплетения загадочной истории и ожидает лишь последующих событий.

На станции Грэнтэм мы разыскали сигнальщика Дэя; он подвел нас к южной сигнальной будке и описал машиниста Флитвуда и кочегара Тэлбота на площадке их обреченного на гибель локомотива.

– Они стояли по сторонам, – сказал он, – и прямо-таки прилипли к смотровым окошкам, как будто вообще не понимали, на каком свете находятся. А в следующий момент они уже пронеслись на станцию. Поезд с шумом и грохотом промчался мимо ночного дежурного Пайла, почтовых служащих, поджидавших его на платформе; почтальон Кокс был первым, кто заподозрил неладное. Мы в ужасе смотрели, как поезд мчит напролом, – продолжал он. – Локомотив выскочил со станции на красный свет, и в следующую минуту будто что-то взорвалось и все запылало.

Мы осмотрели место катастрофы, пространство под мостом, где потерявший управление поезд смел с лица земли парапет; на насыпь полетели пылающие обломки. Здесь безумец с телескопом добавил к своему адскому списку еще несколько душ.

Холмс настойчиво расспрашивал железнодорожных служащих о двух путешественниках, которых нам описали в Питерборо. Они остались в живых – какой-то носильщик припомнил, что в самый разгар сумятицы той кровавой ночи начальник станции приказал мальчику с телеграфа отвести в его контору двух джентльменов и позаботиться о них. Описание мальчика соответствовало внешности двух наших загадочных путешественников.

– Коротышка не вымолвил ни слова, сэр, – сказал он нам. – Я отвел господ в комнату начальника станции, и длинный попросил чаю. И еще он хотел имбирного печенья. Чай еще куда ни шло, но где я им возьму имбирное печенье? Так что я спросил у начальника станции, и он велел разбудить бакалейщика Робертса – почему-то было важно, чтобы эти господа получили то, что хотели. Я и пошел к бакалейщику. Он не слишком-то обрадовался, что его дергают в такое время, и еще он хотел знать, кто будет платить. Я сказал ему, что на станции только что произошла авария, но он не хотел давать мне печенье бесплатно. Уж таков он, сэр, все твердит о том, как либералы разграбили страну. Ну пришлось мне платить за имбирные орешки, сэр, но я все-таки доставил и отдал их тем двум господам, и правильно сделал – когда они уходили, длинный сунул мне аж целый соверен за мои хлопоты!

– И когда они ушли? – спросил Холмс.

– Примерно часа через два после крушения эдинбургского. Для них подогнали специальный поезд с другой стороны станции, и они уехали.

– Ха! – воскликнул Холмс. – Молодец, мой мальчик! – И дал пареньку еще один соверен. – Идемте, Ватсон. Мы, похоже, узнали здесь все, что нам нужно!

По пути в гостиницу я спросил моего друга о таинственных путешественниках.

– Ватсон! – воскликнул он. – У вас на руках все факты, но вы не можете сопоставить их друг с другом! Кто в этом деле такой же высокий, как я, но немного солиднее?

– Но… да ведь это же ваш брат Майкрофт! – изумился я. – Впрочем, вы же сами мне говорили, что он никогда не покинет свой кабинет, свои апартаменты и свой клуб без крайней необходимости. Неужели он один из этих людей с эдинбургского почтового?

– Ну а кто же еще? – спросил Холмс. – Случилось нечто такое, что даже мой вечно пребывающий в летаргии братец вынужден был спешно отправиться в Шотландию, встретившись по дороге со своим хозяином.

– Хозяином? – удивился я.

– Эдуардом VII, милостью Божьей королем Англии, императором Индии и Защитником Веры! «Мерседес» и имбирное печенье подтвердили мои догадки. Майкрофт делает совершенно неожиданный шаг: он спешно отправляется в Шотландию. Кто еще мог потребовать подобного от моего брата, как не король? В Питерборо загадочный пассажир прибывает на автомобиле, чтобы присоединиться к нему, и, несмотря на аварию, они продолжают свою поездку на специальном поезде. Что-то происходило в Шотландии такое, что вырвало их в спешке, одного из Лондона, другого из Сандринхэма. [3]

– В таком случае, мы отправляемся в Шотландию? – осведомился я.

– Вы превосходите самого себя, Ватсон. Итак, сегодня переночуем в этом исключительно скучном городишке, а завтра – в путь.

– Давненько я не бывал в Эдинбурге, – протянул я.

– И сейчас не доведется, – откликнулся Холмс, – ибо мы отправляемся в Абердин.

Продолжительное путешествие на Север протекало достаточно приятно. Холмс был в ударе, отчасти, как я подозреваю, потому что ему удалось обнаружить факты, которые Майкрофт от него утаил. Он, конечно же, поминутно отпускал сардонические замечания по поводу таинственности, которой окружил себя брат, и его безуспешных попыток уговорить нас прекратить расследование, но по большей части просто болтал на разные небезынтересные темы.