Чтение онлайн

Очень благородно получилось и изысканно.

Кларисс стала единственной обладательницей недоступной другим роскоши, что несомненно тешило самолюбие женщины. Ноэль своим предложением с выставкой виртуозно создал ситуацию дефицита для работ Ральфа, и это моментально взвинтило их ценность в глазах общества. Так что, остальным пока приходилось только облизываться и завистливо поглядывать на Лапьеров.

С пледом всё тоже вышло удачно, хоть и не так, как я планировала. Лишних глаз рядом не оказалось – они были слишком заняты другим. Наш юный друг, как только я приоткрыла упаковку, пришёл в неописуемый восторг и уставился на меня совершенно щенячьими глазами.

– Молодой человек, – я спрятала улыбку в напускной строгости тона, - это что вы сейчас пытаетесь мне донести?

– Нет-нет, на подарок для Мариэль я ни в коем случае не претендую. – Ноэль, сверкая белизной зубов, выставил руки в примирительном жесте, - Но вот если бы когда-нибудь, хотя бы на день рождения… - он кротко-мечтательно закатил глаза, - у меня появилась такая уютная вещь, я был бы самым счастливым именинником на свете.

Я только руками развела. Этот обаятельный пижон, сердцеед, эрудит, хитрюга и большая умница в душе оказался просто ласковым ребёнком. Ноэль хоть и вырос во вполне уже взрослую, разумную, способную на поступки личность, по-прежнему обожал всё красивое, мягкое и удобное.

– Да, мадам Корин, каюсь, имею слабость к комфорту. – читая с моего лица, продолжил он с той же невинной физиономией.
– Это ведь не самый ужасный грех?

– Если грех, то меня тоже, пожалуйста, запишите в грешники. – неожиданно вклинился

Андрэ, до того момента внимательно, детально изучавший моё рукоделие.
– Потому, что я и сам бы не отказался от такого одеяла. Можно даже не цветного. Честно признаться, я плохо представлял, что должно было получиться из вашей затеи. Но результат превзошёл все ожидания. Отменная вещь вышла. Отменная. Такую не стыдно и королю в руки подать…

Королю… - он замолк на полуслове и уставился на меня немигающим взглядом. В глазах его отразилась кипучая работа мысли.

Я, догадываясь о сути его «озарения», возникшего из случайной удачной оговорки, просто ждала, когда оно оформится в стройное предложение, и барон его озвучит.

– Мадам Корин, не знаю, как и сказать…

– Слушаю вас, Андрэ. – я терпеливейше изобразила крайнюю степень внимания.

– Вы не могли бы оказать мне одну очень важную услугу?

– Да легко! Ну вот, всё само и сложилось. – про себя выдохнула я, но вслух, как вы понимаете, конечно, проявила уместную сдержанность.

Мы коротко обговорили основную суть его предложения (время поджимало), а детали решено было обсудить уже в более спокойной обстановке. Для того Андрэ пригласил нас в гости. Для того и ещё чтобы вручить уже, наконец, плед Мариэль. Потому что этот гражданин… совестливый… решительно отказался сделать это сам.

– Мадам Корин, я обратил внимание на то, как аккуратно, умно, как неприметно вы совершаете добро для тех, кто нуждается в поддержке. И поражаюсь не только вашему большому сердцу, но и скромности. Потому, что каждый раз сама вы предпочитаете уходить в тень. – неожиданно с полной серьёзностью сообщил барон. Так, что мне даже неловко стало. –

Это весьма достойная черта, которая для меня в людях кажется большой ценностью.

– Абсолютно с вами согласен. – поддакнул Ноэль, нисколько не облегчая моего внутреннего неудобства (так за всю жизнь и не научилась правильно воспринимать похвалу).

– Я бесконечно благодарен вам за прямодушие и исключительно полезные советы в том, как поладить с Мариэль, сделать её жизнь счастливее. Ваша помощь неоценима. Понимаю, отчего вы хотите, чтобы этот чудный дар малышка получила из моих рук, но это нечестно по отношению к вам. А потому неправильно. Мы должны сделать это вместе. И пожалуйста, больше никогда не вынуждайте меня чувствовать себя подлецом, использующим чужие заслуги. Даже из самых благих побуждений.

Видали? Он меня ещё и отчитал! Уметь надо! Вот, вроде, столько хорошего наговорил, а всё равно как будто по носу получила. Да ладно, я бы на его месте поступила бы точно так же.

Уважаю.

Окончательно ясно стало одно: в серьёзных вопросах попытки манипулировать этим человеком – заведомо провальная затея. Не сказать, игра с огнём. Только честный, открытый диалог и прямое обсуждение. Этим и займёмся на скорой встрече.

Следующие пару дней мы с Ральфом занимались тем, что совершали глобальную революцию в доме. Всё, как полагается по классике жанра: рушили старые устои и строили новый миро-, точнее, домопорядок. А именно, организовывали творцу достойную мастерскую,

заказывали рабочий материал, торжественно освобождали цветы из бесславного заточения в тёмном шкафу, а потом принялись потихоньку подготавливать их к будущей выставке.

Ну как, принялись… Принялась. Я, в смысле. Ральфу, вдохновлённому успехом и открывающимися перспективами, не терпелось поскорее приступить к новым работам. Ему казалось, что для полноценной выставки того, что уже имелось – маловато. А идеи фонтанировали в его светлой голове с небывалой энергичностью.

Так что морщить ум, как бы так интересно декорировать оформление готовых цветов, по большей части в данный момент пришлось мне. Я взялась рисовать эскизы, и вот тут-то, как там говорилось у классиков, «Остапа понесло».

Началось всё с малого – лаконичной глубокой рамки, выкрашенной в ненавязчивый пастельный голубой цвет. Ну, чтобы не забивала красоту нежнейшей бело-розоватой хризантемы, а наоборот, выгодно оттеняла.

Следом я вспомнила про фетр, и про то, что им можно не только обтянуть основу для поделок, но и вообще в принципе ваять сами цветы. Не такие сложные, как мастерил Ральф, но очень оригинальные – я видела. И шерсть, опять же, под рукой! Как качественно свалять этот материал я не знала, но вполне вероятно, что подобной техникой владели англитанские умельцы Андрэ.

Всё, дальше интернетные картинки посыпались из памяти, как из рога изобилия.

К фетру вспомнились пуговицы. Разнообразить их окрас тканью не составит никаких проблем. А ведь из них можно создавать целые картины.

И почему только пуговицы? А бумага? Кто в нашем детстве не увлекался оригами? В

голове всплыла ветка, усыпанная малюсенькими цветными журавликами.

Так, бумага, бумага, картины… Что нам мешает попробовать создать объёмные сюжетные композиции?

И тут… Тада-ам-м! И ещё раз Та-да-ам! Я вспомнила про квиллинг*!

Вот уж, где можно творчески разгуляться на полную катушку. А инструментов для того –

всего ничего: толстая игла с отломанным кончиком ушка, клей, краски и плотная бумага.

– Так, плотная… Плотная, это типа конвертной. И лучше по возможности сразу цветная.

Ничего, найдём.

Остановите меня кто-нибудь! А то и так уже насочиняла увлекательного заделья на восемь жизней вперёд. Ладно, сама остановилась. Посмотрела на утончённые творения брата и притормозила свои буйные фантазии.