Чтение онлайн

— Но ведь и тебя она тоже пригласила. Мне кажется, Кэтлин хочет наладить отношения именно с тобой.

Эмили с опаской приоткрыла дверь, убедилась, что на лестнице никого нет, и, перепрыгивая через две ступеньки, понеслась вниз к своей квартире. Вернувшись в спальню, она подошла к зеркалу и оценивающим взглядом окинула собственное отражение. Хотя Эмили и не считала свою осторожность неоспоримым достоинством и убеждала подругу, что не боится совершать ошибки, однако в глубине души понимала — Рейчел права. Принять решение и отважиться на смелый шаг будет очень непросто. Интересно, насколько далеко она готова зайти, чтобы завоевать Оливера?

— Ты стала какой-то другой. О, да ты совершенно изменилась.

— Нет!

— Да. Очень изменилась, до неузнаваемости, даже взгляд стал другим. У тебя кто-то появился!

— Прекрати. — Эмили хихикнула и отвернулась.

Оливер склонил голову набок, словно художник, пристально осматривающий новое творение коллеги.

— Точно, я угадал. Иди сюда. — Он призывно похлопал ладонью по дивану. — Садись и расскажи мне о своем избраннике.

— Нет! — снова воскликнула Эмили.

— Эмили, ты просто обязана…

В кухне Кэтлин, присев на корточки, всматривалась в глубину духовки, где стояли четыре формочки — согласно кулинарной книге их содержимое должно превратиться в нежнейшее сырное суфле. Из комнаты доносились голоса: Кэтлин представила, как Эмили и Оливер сидят рядом на узком диванчике, болтают, вспоминают разные истории, случившиеся на съемках, и весело хохочут. «И что на меня нашло?» — с горечью подумала Кэтлин. Откуда взялась эта потрясающая идея свести Оливера с подругой? Добровольно отдать такого мужчину — несомненно, самого красивого из всех, когда-либо попадавшихся ей на пути, и кому — Эмили!

«Дело сделано — перед таким, как ты, она не устоит!» — это была первая мысль, пришедшая Кэтлин в голову, когда она открыла входную дверь и увидела Оливера. За прошедший год Оливер превратился из смазливого мальчика в настоящего супермена: не очень высокий (как раз во вкусе Кэтлин), но сильный и мускулистый; щеки покрыты модной трехдневной щетиной, загорелое лицо и светлые волосы — необычайно красивое сочетание; и большие темно-карие глаза, в которых Кэтлин уловила озорной блеск, — с ума сойти, что за мужчина!

Оливер шагнул через порог, чмокнул Кэтлин в щеку и вручил гигантский букет ядовито-желтых тюльпанов, обернутых в гофрированную бумагу, перевязанную пышной лентой. Кэтлин сомлела — ей никогда не дарили стильных букетов от настоящих флористов.

«Я что, обязана заниматься сводничеством? А не взять ли красавчика себе?» — это была вторая мысль, посетившая Кэтлин, пока она разглядывала гостя.

Эмили явилась чуть позже. Когда она скинула пальто, под которым оказалась легкая блузка из прозрачного шелка и короткая, обтягивающая юбка. Кэтлин, как режиссер спектакля, почувствовала настоящую гордость за свою героиню и решила, что шоу все же должно состояться. Прихватив с собой Леона, она поспешно ретировалась на кухню, чтобы дать возможность Оливеру и Эмили побыть наедине после долгой разлуки.

Однако Леон не желал сидеть на кухне. Он беспокойно кружил возле двери, то и дело норовя заглянуть в комнату, словно проверял, чем там занимаются гости. Кэтлин пыталась отвлечь его разными мелкими поручениями — подай соль, подержи тарелку, но в конце концов Леон объявил, что забыл помыть руки, и улизнул в ванную. Кэтлин не сомневалась — в кухню он больше не вернется.

Она достала из буфета горчицу, перец, оливковое масло, сахарницу и бутылку с ароматным уксусом. Смешивая приправы в маленьком глиняном сотейнике, Кэтлин поклялась, что не станет подглядывать за Оливером и Эмили до тех пор, пока не приготовит соус. Немудреный кулинарный процесс занял ровно тридцать секунд. Стараясь держаться спиной к двери, Кэтлин пересекла кухню, вытянула из хлебницы французский батон и долго возилась с целлофановым пакетом, в который тот был упакован.

Так, сколько прошло времени? Минут двадцать. Ну, одним-то глазком можно взглянуть — просто убедиться, что все идет нормально. Кэтлин подкралась к двери. Парочка беседовала, стоя в углу крохотной гостиной. Со своего наблюдательного пункта Кэтлин хорошо могла видеть лицо Эмили и широкую спину Оливера.

— Ты очень изменилась, — сказал он.

«Рада, что ты заметил», — мысленно откликнулась Кэтлин.

Оливер отступил на шаг и, прикрыв глаза ладонью, сделал вид, что ослеплен красотой Эмили. Она смущенно улыбнулась и покраснела.

«Для начала сойдет, — подумала Кэтлин. — Смотри, смотри внимательно, — подбодрила она Оливера. — Ты не ошибся. Вот только не можешь понять, в чем причина произошедших с ней перемен. Неужели не видишь — это ты заставил нашу скромницу расцвести, как весенний ландыш. Это от тебя она не в силах отвести взгляд». И хотя романтическая сцена вместо умиления вызвала у Кэтлин желание оттолкнуть Эмили и самой броситься на шею соблазнительному красавчику, она была довольна: события развиваются по намеченному сценарию — похоже, план сработает. Ах, какие славные голубки; Эмили буквально ест Оливера глазами, а он стоит к ней так близко, почти вплотную — можно даже сказать, что они обнимаются. Кэтлин чувствовала себя феей из старой сказки, которая долго опекала маленькую дурнушку-крестницу; волшебнице пришлось изрядно повозиться, но в конце концов ей все же удалось пристроить девицу.

Холли и Джо-Джо всегда считали Кэтлин легкомысленной особой, пустышкой, все интересы которой сводятся к модным тряпкам и дорогой косметике. Во всяком случае, ей казалось, что они так думают. У Кэтлин никогда не было толковой работы, она вечно сидит на мели, не брезгуя жить за счет своих любовников, а также, если появляется такая возможность, без зазрения совести пользуется гостеприимством друзей. Да, с Кэтлин можно неплохо провести время, выпить по стаканчику, пошутить, но она знала — подруги не воспринимают ее всерьез. А как было бы здорово найти какое-нибудь общее дело. Джо-Джо и Холли сразу бы изменили свое мнение о Кэтлин, особенно если она выступит вдохновителем и мозговым центром их маленького предприятия. И вот дело нашлось — теперь Кэтлин руководит настоящим заговором. Ладно, черт с ним, пускай красавчик достается Эмили, главное, успешно провести эксперимент и поднять собственный рейтинг.

«Эй, Эмили, ты где?»

Дверь ванной распахнулась, и на пороге появился Леон. Кэтлин в немом отчаянии смотрела на своего любовника, который шагал по коридору, на ходу застегивая ширинку. Проходя мимо кухни, он на секунду остановился, выхватил из нагрудного кармана пиджака расческу и провел по волосам. Кэтлин открыла было рот, намереваясь дать Леону новое поручение, чтобы сбить его с намеченного курса, но он, отстранив ее, вытащил из холодильника бутылку вина и прошествовал прямиком в гостиную, где точно так же оттолкнул Оливера, наполнил вином стакан Эмили и поставил бутылку на каминную полку у нее за спиной. Однако, позабыв убрать руку, так и остался стоять, нависнув над Эмили и почти полностью отгородив ее от Оливера. Жирные, покрытые черными волосами пальцы Леона отбивали на мраморе нервную дробь.

При первом знакомстве с Леоном, Кэтлин решила, что он похож на тюленя — большой, мягкий и уютный. Но сейчас, с раздражением глядя на его широкий приплюснутый нос, уши с толстыми мочками, плотно прижатые к непропорционально маленькой голове, лоснящиеся прилизанные волосы и рыхлое, подрагивающее, как желе, тело, она подумала, что больше всего Леон напоминает слизняка, который напялил черный костюм и неизвестно зачем выполз из своей норы. Слизняк колыхнулся и еще ближе придвинулся к Эмили. Что, черт побери, он вытворяет?