Чтение онлайн

За неделю до смерти мать сказала Вадиму:

– Доза лекарств увеличивается, я подчас чувствую себя пьяной и глупой.

– Ерунда, – сказал молодой человек, – ты скоро поправишься, перестанешь принимать медикаменты.

– Вадюша, – ласково произнесла мама, – не надо смотреть на жизнь сквозь розовые очки. Сядь, я должна рассказать тебе кое-что. Не предполагала, что наша откровенная беседа состоится сейчас, хотела лет через десять открыть тебе правду, но так уж вышло… Пожалуйста, когда ты женишься, не заводи детей.

Сын, готовый услышать что угодно, но никак не фразу о детях, изумился.

– Но почему?

Ксюша подсунула под спину подушку и села.

– Я никогда не говорила тебе о моем отце, отношения между нами прервались в тот миг, когда он узнал, что скоро станет дедушкой.

– Твой папахен ненавидел младенцев? – опешил Вадик.

– Он не монстр, – усмехнулась мама, – дело в другом. В семье Мирославских было генетическое заболевание – «синдром русалки». Младенец появлялся на свет с ногами, сросшимися наподобие хвоста мифической морской обитательницы. Как правило, такие дети живут считаные месяцы, операция по разделению конечностей уникальна, ее сделали лишь паре ребятишек на планете. Узнав о том, что я беременна, отец стал настаивать на аборте. Но я отказалась, и на том мы разошлись. На свет появился ты, мальчик, а болезнью страдают в основном девочки. Мне повезло: у меня лучший сын на свете. Но поклянись, что никогда не будешь иметь детей. Слишком велик риск родить существо, которое, промучившись короткий срок, погибнет…

Вадим умолк, встал и потянул меня за руку к выходу из вагона:

– Пошли, наша остановка.

По пути к дому мы не проронили ни слова, но войдя в квартиру, я решилась нарушить молчание:

– Немного странно – просить сына не обзаводиться потомством. Сейчас существует аппаратура, способная определить патологию у плода на самой ранней стадии развития. Не уверена, что права, но вроде в двадцать первом веке можно даже выбрать пол будущего ребенка – в пробирке выращивают несколько эмбрионов и нужный подсаживают матери. На поток такая операция не поставлена, ее проводят, когда велик риск передающейся из поколения в поколение болезни. Например, гемофилии. Тебе нужен мальчик. Ты его получишь, и проблемы не будет.

Вадим снял ботинки, надел тапочки, выпрямился.

– Сомневаюсь, что мама была в курсе революционных новшеств. А тебе не кажется, что выбор эмбриона есть завуалированное убийство? Весь приходится уничтожать другие крохотные живые существа, не способные сопротивляться. На мой взгляд, это недопустимо, лучше вообще не размножаться. В конце концов, проще взять какого-нибудь несчастного малыша из детдома. Но я не страдаю чадолюбием, обожал свою мать, хотел, чтобы она умерла со спокойной душой, и поэтому поклялся, по ее просьбе, на иконе, что никогда не стану отцом.

– Ты ведь оказался вполне здоровым младенцем, – гнула я свою линию. – Почему дедушка не захотел воспитывать внука? И что сказала об этом бабушка?

– Она рано умерла, – поморщился Вадик. – А ты бы согласилась иметь дело с человеком, который подталкивает дочь к аборту, а потом прибегает со словами: «Покажи мне внука»? Мама оказалась гордым человеком, не стала унижаться ни перед бывшим мужем, ни перед своим отцом.

– Гордость и глупость – разные вещи, – сказала я. – Вы жили почти впроголодь, хотя твой папаша просто был обязан содержать сына. И папа с мамой у человека одни, Ксении следовало простить своего отца.

Вадим молча прошел на кухню, я поспешила за ним и предложила:

– Сделать тебе поесть? Я готовлю намного хуже Нади, но пожарить яичницу или омлет вполне могу.

– Надя… – будто не слыша меня, протянул Вадим. – Я ее встретил раньше Нины, совершенно случайно. Поехал в лес за дымовиком – есть такой гриб, он понадобился мне для одного амулета, – сел в электричку и вижу…

Хозяин развернулся и вышел из кухни. Я открыла холодильник и стала обозревать полки.

– Смотри, – раздался через минуту за спиной его голос, – кто это?

Я обернулась, взглянула на фотографию в руке Вадима и ответила:

– Надя или Нина. Сестры очень похожи, но сейчас выглядят иначе. Девушке на снимке лет восемнадцать.

– Нет, это моя мама, – улыбнулся Вадим, – и ей тут двадцать семь. Она всегда выглядела моложе своих лет. И обожала платья в талию, с юбкой клеш, носила их, невзирая на моду. Сама шила, у нее были золотые руки. Я увидел в вагоне девушку и в первую секунду прирос к полу. Хотел воскликнуть: «Мамочка!» Но сдержался. Осторожно приблизился и, конечно, мигом понял: передо мной незнакомка. Но каково сходство! Знаешь, я сразу решил на ней жениться.

– Очень глупо, – пробормотала я. – Идентичная внешность не гарантирует сходства характеров.

– Согласен, – вздохнул Сперанский. – Но мне тогда начисто снесло голову. Я вышел вместе с девушкой, поплелся за ней через лес. А потом и вовсе фантасмагория началась, я позвонил по телефону, у нас закрутился быстротечный роман, в самом начале которого, на первом свидании, я вдруг усомнился, она ли это. И я подумал, что просто не рассмотрел незнакомку как следует в поезде и в лесу, увидел лишь общие черты, без мелких деталей. И все же Нина меня очаровала – милая, спокойная, не слишком разговорчивая.

– Ты сейчас точно о Нине говоришь? – с недоверием перебила его я.

– «Лучшие» качества жены – ее авторитарность, нетерпимость к чужому мнению, грубость, нежелание вести домашнее хозяйство – открылись после, – мрачно сказал Вадик. – А на свадьбе я увидел Надю. До официальной регистрации брака Нина меня с сестрой не знакомила. Вот тогда я и сообразил, что совершил роковую ошибку. Сестры до изумления похожи, судьба предназначала мне младшую, а не старшую. Был порыв встать, взять Надю за руку и уйти вместе с ней.

– И что вам помешало?

– Масса вещей. Мне показалось неприличным так поступить. Не хотел наносить Нине травму. Да и Надюша не смотрела на меня благосклонно – она ждала рыцаря, а я больше похож на его оруженосца. Правда, довольно скоро мнение Наденьки изменилось, наверное, из-за неудачного брака – Семен отвратительный муж. Но я продолжал жить с Ниной, потому что к браку у меня, как я говорил, отношение однозначное: супругов может разлучить только смерть. Вот такой Шекспир случился в семье Сперанских.

– А кстати, послушай, почему ты не Мирославский? – запоздало удивилась я, вспомнив, что удивило меня в рассказе Галины.

– Взял фамилию супруги, – ответил фэншуист, – в моей есть нехорошее сочетание букв: «рос» приносит неудачу, а «лав» безденежье. С «рос» еще можно бороться с помощью мощного амулета, но к нему есть и «лав» в придачу… Тут не справится даже мой Айра. В фамилии Нины с Надей прекрасное сочетание звуков. Начальное «С» обещает удачливость, «ран» придает уверенности в себе… Послушай, а разве энергосберегающие лампочки вворачивают дома в люстры?