Чтение онлайн

– Паназиаты и предатели – торговцы с черного рынка и прочие коллаборационисты.

Томас брезгливо поморщился:

– Должно быть, я отстал от жизни. Знаешь, Алекс, до этой минуты мне и в голову не могло прийти, что американец – любой американец – способен сотрудничать с завоевателями.

– Я бы тоже не поверил, если бы не видел этого своими глазами. Думаю, некоторые люди – с самого рождения шлюхи.

Они присмотрели в центре города заброшенный склад недалеко от реки, в многолюдном и бедном районе. Район и раньше был запущен, но теперь превратился в настоящие трущобы. Три четверти магазинов стояли заколоченные: торговля почти прекратилась. Опустевших складов было множество – этот Томас выбрал потому, что здание имело почти кубическую форму, как их главный храм и навершие посоха. Кроме того, он был отделен от соседних построек с одной стороны переулком, а с другой – пустырем.

Дверь склада была взломана. Они осторожно заглянули туда, потом вошли внутрь и осмотрелись. Повсюду валялся какой-то хлам, но стены были прочные, и водопровод действовал. Весь первый этаж занимало просторное помещение высотой в двадцать футов, с несколькими колоннами, вполне подходящее для «богослужений».

– По-моему, годится, – решил Джефф. Из кучи мусора у стены выскочила крыса, он не задумываясь направил на нее свой посох, крыса высоко подпрыгнула в воздухе и упала замертво. – Как бы нам его купить?

– Американцы не имеют права владеть недвижимостью. Придется разыскать того чиновника, который наживается на его аренде.

– Ну, это, наверное, будет нетрудно.

Они вышли. Сопровождавший их полицейский поджидал на углу, старательно глядя в другую сторону.

Улицы уже заполнились народом – даже в этом депрессивном районе. Томас поймал за рукав пробегавшего мимо мальчишку, на вид ему было лет двенадцать, но у него был цепкий, умный взгляд повидавшего виды мужчины. – Мир тебе, дитя. Кто арендует этот склад?

– Пустите меня!

– Я тебе ничего не сделаю.

Он сунул мальчишке одну из самых лучших пятидолларовых монет, вышедших из рук Шира. Мальчишка посмотрел на нее, потом на азиата-полицейского, все еще стоявшего на другой стороне улицы. Тот, казалось, не обращал на них внимания, и монета исчезла у мальчишки в кармане.

– Поговорите с Конски. Все такие штуки по его части.

– Кто такой Конски?

– Все знают, кто такой Конски. Послушай, дед, а что это ты так вырядился? Смотри, как бы косоглазые не прицепились.

– Я служу великому богу Моту. Бог Мот хранит своих слуг. Отведи нас к этому Конски.

– Ничего не выйдет. Я с косоглазыми не путаюсь.

Мальчишка попытался вырваться, но Джефф, продолжая крепко держать его, достал еще одну монету и показал ему:

– Не бойся. Владыка Мот не даст в обиду и тебя.

Мальчишка посмотрел на монету, оглянулся по сторонам и сказал:

– Ну ладно, пошли.

Они свернули за угол и подошли к невысокому офисному зданию, в нижнем этаже которого помещалась пивная.

– У него контора вон там, наверху.

Джефф отдал мальчишке вторую монету.

– Приходи к нам в тот склад, – сказал он. – У бога Мота найдутся для тебя еще подарки.

– По-моему, это было лишнее, – заметил Алекс, когда они поднимались по лестнице.

– Ничего, парень неплохой, – ответил Джефф. – Конечно, жизнь сделала из него уличного мальчишку, но он на нашей стороне. Он всем про нас будет рассказывать. Кроме азиатов.

Конски оказался вкрадчиво-подозрительным человеком. Скоро стало ясно, что у него «есть связи», но от разговора о деле он всячески уклонялся до тех пор, пока не увидел наличные. После этого его уже ничуть не смущали ни необычная одежда, ни странное поведение посетителей (Томас разыграл перед ним всю церемонию, включая благословение, хотя и понимал, что особого впечатления это не произведет, – просто ему не хотелось выходить из образа). Он выяснил, о каком здании идет речь, долго торговался из-за платы за аренду и «за особые услуги» – так он назвал взятку, – а потом куда-то ушел.

Томас и Хау были рады, что на некоторое время остались одни. Непрерывно изображать «святых людей» было довольно утомительно; к тому же с того момента, как они покинули Цитадель, у них не было ни крошки во рту. Джефф извлек из-под своей мантии несколько бутербродов, и они перекусили. Весьма кстати рядом с кабинетом Конски нашелся туалет.

Три часа спустя они уже стали обладателями документа на двух языках, где говорилось, что Небесный император соблаговолил предоставить своим верноподданным таким-то то-то и то-то, – короче говоря, договора об аренде склада. За дополнительную изрядную сумму Конски взялся в тот же день прислать рабочих, чтобы произвести там уборку и необходимый ремонт. Джефф поблагодарил его и с невозмутимым видом пригласил посетить первую же службу в новом храме.

Они снова направились к складу. Выйдя из конторы Конски, Джефф сказал:

– Знаешь, Алекс, нам, конечно, еще придется иметь дело с этим типом, но когда настанет день… В общем, я веду небольшой список, и он там стоит первым. Я хочу сам с ним посчитаться.

– Оставь немного на мою долю, – сказал Хау.

Когда они подошли к складу, откуда-то появился тот самый мальчишка:

– Еще чего-нибудь нужно, дед?

– Благослови тебя Бог, сынок. Да, кое-что нужно.

Получив еще кое-какое вознаграждение, мальчишка отправился добывать для них койки и постельное белье. Джефф посмотрел ему вслед и сказал:

– Я думаю, надо сделать из него служку при алтаре. Он может бывать в таких местах, куда нам не попасть, и делать то, чего мы не можем. К тому же его вряд ли станут останавливать полицейские.

– Я бы не советовал ему доверять.

– А я и не стану. Он будет знать только одно: мы с тобой – двое полоумных, которые убеждены, что служат великому богу Моту. Мы ни одному человеку не имеем права доверять, Алекс, пока не будем абсолютно в нем уверены. Ну пошли, надо перебить здесь крыс, пока не пришли рабочие. Дай-ка я проверю регулировку твоего посоха.

К концу дня Первый денверский храм великого Мота уже действовал. Правда, на вид он еще ничем не отличался от обычного склада и не имел пока ни одного прихожанина. Но весь мусор был убран, в воздухе стоял густой запах дезинфекции, и входную дверь уже можно было запереть. В углу стояли две койки и имелся запас еды не меньше чем на две недели.

А на другой стороне улицы по-прежнему торчал полицейский.

Полиция не спускала с них глаз еще четыре дня. Дважды отряды полицейских обыскивали все здание. Томас не противился: скрывать им было пока нечего. По-прежнему единственным источником энергии были их посохи, а единственный коммуникатор Ледбеттера, который им выдали, днем превращал Хоу в горбуна – он носил коммуникатор на спине под мантией, а Томас прятал под своей пояс с деньгами.

За это время им удалось при содействии Конски обзавестись быстрым и мощным автомобилем и разрешением ездить на нем как самостоятельно, так и с шофером по всему округу, находящемуся под юрисдикцией Десницы. Эта «особая услуга» обошлась им очень недешево. Нашли и шофера, но уже без помощи Конски, а через Малыша Дженкинса – того самого мальчишку, который помогал им в первый день.

На четвертый день, около полудня, полиция сняла наблюдение. В тот же день Джефф оставил Хау стеречь храм и на машине отправился в Цитадель. Обратно он вернулся в сопровождении Шира, тоже наряженного, к большому его неудовольствию, в мантию и бороду, которые ему совершенно не шли. Шир привез с собой ящик кубической формы, раскрашенный в шесть священных цветов бога Мота. Когда они вошли в храм и заперли двери, Шир открыл ящик, соблюдая большие предосторожности во избежание взрыва, который разнес бы вдребезги все здание, и занялся сооружением «алтаря». К полуночи работа была закончена. Оставалось еще сделать кое-что снаружи, пока Томас и Хау стояли на страже, готовые оглушить или, если нужно, прикончить всякого, кто попытался бы помешать Ширу.