Чтение онлайн

Из кабинета я сбежала, не разбирая дороги. Успела только сообразить, что надо забрать с собой ребёнка. Дома я быстро скинула с себя одежду, приняла душ, не глядя ни в зеркало, ни в хромированные стойки, а после забралась с головой под плед.

Возможно, Луиджи и не имел тех скабрезных мыслей, что я ему приписала. Просто я ещё не была готова. В другой раз я бы отшутилась. Я бы флиртовала, и кто знает, к чему бы это привело. Но желание быть женщиной ушло вместе с Андреа. Мне опротивели взгляды, обтягивающие платья, тушь на ресницах. Мысль, что кто-то кроме него может меня коснуться, вызывала тошноту.

Марта пришла через пару часов. За это время я успела успокоиться и подумать. За это время сестра успела накрутить себя так, что влетела в мою комнату вприпрыжку.

– Как всё прошло?

– А у тебя?

Она замялась. Присела на край кровати и отвернулась к окну.

– Я… сделала всё, что мне было нужно.

– Работа?

– Да-да, работа. Так как всё прошло?

От нетерпения она начинала злиться.

– Прекрасно. Луиджи, обращается со сверлом, как волшебник. Он магически прекрасен. А ещё они ладят с Сарой, он прямо-таки околдовал её.

Сестра закусила губу.

– Когда ты… Он тебе что-то сказал?

– Что у Сары резцы растут непропорционально.

– Венера, пожалуйста, не шути со мной.

– Не шучу, правый верхний немного длиннее левого.

– Ладно, поговорим, когда ты прекратишь это ребячество.

Видимо, интуиция меня не подвела. Больше сестра не инициировала разговора самостоятельно.

В новой публикации Андреа стояла геолокация «Северный парк». А потом пришла новость, что туда, в какой-то международный проект, срочно требуется дополнительная массовка. Это было совсем рядом с нашей киношколой. Я немедленно записалась, вписала и Федерику.

Был уже глубокий вечер. Воздух истончался, становился видимым у земли. Деревья отбрасывали длинные тени на площадку. Техники колдовали со светом под навесом деревьев, хотя там было ещё достаточно светло. Нас проинструктировали группой и отправили в шатёр, где должны были выдать реквизит. Феде велели распустить волосы. Я до сих пор не знала толком, что это за съёмки. Всё что меня интересовало, отыскать Андреа хотя бы глазами.

Нам не разрешили бродить по площадке. Массовка – человек пятьдесят, не меньше – теснилась на скамейках амфитеатра. Федерике позвонили, и она отошла к деревьям. Было тихо. В это время дня кругом царила вялость. Упадок сил настиг и природу, и людей. Вдалеке, кто-то, воспользовался случаем провести фотосессию на природе. Неужели никто им не скажет, что елозить штанами по траве не лучшая идея? Нет?

Я стояла, опершись о каменную колонну. В глаза бил свет выгорающего солнца. Чем больше я на него смотрела, тем более мягким он мне казался. Я даже пожалела, что съёмку планировали начать только на закате. Сколько бесценных, упоённых светом моментов они упускают? На миг я даже забыла, что стою на земле. Казалось, что я проникла в новый, сияющий мир. Но вдруг он исчез. Громадная тень жадно поглотила его.

– Ну и где же ты была всё это время?

Это по-прежнему была тень, но она съёжилась до размеров человека. Впрочем, мне хватило одного голоса, чтобы сердце подпрыгнуло.

– Я?

Наверное, я выглядела смешно, пытаясь проморгаться. И нужно же мне было смотреть на это чёртово солнце?! Он сказал: ожидал, что я появлюсь где-то ещё, после того успеха, что наша совместная картина снискала на миланском кинофестивале. «Наша совместная картина», я посмеялась над этим, но ни смешка в ответ не услышала.

Когда перед глазами перестали мелькать чёрные мушки, я, наконец, смогла посмотреть на него прямо. Строгий серый костюм, ещё более безликая рубашка. Волосам вернули естественный каштановый цвет. Усы. Ничего из этого ему не шло.

– Вы тут снимаете про семидесятые или что? – спросила я.

Андреа разгладил широкий галстук:

– Ты даже не знаешь, куда пришла?

Он громко выругался. Все сидящие кругом разом подняли головы. Он увлёк меня подальше от любопытных глаз. Где-то рядом я услышала голос Феде.

– Что такое? – спросил Андреа, глядя в ту же сторону.

– Там Федерика, моя подруга… Мы вместе пришли…

– А! Та самая боевая дама!

Он широко улыбнулся. А мне-то казалось, что в тот вечер в баре он был довольно пьян, чтобы запомнить даже меня… Но он жадно смотрел на мои губы, и я поняла, что он помнит всё до мельчайших подробностей.

– Так что за фильм? – спросила я, чтобы отвлечь и его и себя.

– «По лезвию смерти», часть вторая. Снимают ребята из Голливуда.

Я поморщилась, Андреа понимающе кивнул. Название было дешёвым. Что бы ни скрывалось за обложкой, это имя не продавало.

– И ты, значит…

– Я местный мальчишка на подхвате для американских копов.

– Полицейский?

– Детектив.

– А я?

Он изумился и затряс головой, не веря, что я настолько не понимаю, где нахожусь.

– Вы члены секты.

Мы замолчали, глядя себе под ноги. Отчего-то смущаться как девчонка рядом с Андреа было естественно. Лакированные ботинки. И они ему тоже не шли.

– Детектив, – пожала плечами я. – Ладно.

– Многого ждать от него не стоит, – подумав, заметил он.

– Хотя бы прокат в кинотеатрах будет?

Он показал рукой, что планку стоит опустить.

– Так всё ради международной карьеры?

– Мне хотя бы хорошо платят. А вот зачем ты здесь…

Он встал прямо передо мной. Ослабил галстук и попросил меня его поправить.

– Практика?

Федерика прерывала наше единение. Я отдернула руки от галстука, будто обжегшись. Феде недоверчиво осмотрела Андреа, не узнавая его. А когда узнала, изумлённо округлила глаза. До неё мгновенно дошло, зачем я притащила её сюда.

– Нам было нечего делать, – сказала она.

Андреа рассмеялся:

– Значит, мы в одной лодке.

Он стал поправлять сбитый ворот, не отрывая от меня взгляда. Как всегда, из-за густых нависших бровей, он казался излишне напряжённым. Смотреть в его глаза долго, тем более в присутствии Федерики, было неприлично. «Янтарный ореол радужки», – отметила я про себя.

– Долго нам ещё здесь торчать? – Федерика нервно затопала ногой.

– Твоя подруга опять готова устроить дебош, – негромко заметил Андреа.