Чтение онлайн

Я сидела, будто придавленная новыми сведениями. Вся история последних двух месяцев оказалась совсем иной.

Ох! Там, на "Голубой акуле", я смирилась с тем, что мой случайный попутчик обсуждает со мной вещи, которые благопристойная дама не всякой подруге доверит. Но я утешала себя тем, что у людей такого склада не существует приличий. Я думала, что мы вернемся в Шалпию и разойдемся по разным орбитам с этим карманником без тени подобающего воспитания, и мне будет все равно, что думает обо мне парень с городского дна. Но господин Стивен Белт! Это совсем другое.

Я прижала руки к щекам и в ярости посмотрела на Стивена. — Вы… должны были… — Мы на ты, — с обычной своей усмешкой напомнил он. — Ты должен был сказать мне еще на "Акуле"! — На "Акуле" я знал тебя два дня. Если бы я всем рассказывал, кто я такой, мне давно пришлось бы пойти писарем в магистрат. Кроме того, разве ты позволила бы тебе помочь? — Это… это возмутительно! Ты должен был признаться! — я вскочила, сжав кулаки. — Ты принялась бы играть в благонравную скромницу, которую воспитанный господин считает за бестелесного ангела. Каковы были твои шансы ничем себя не выдать за неделю плаванья? И кто припугнул бы кока, чтоб он отпускал тебя пару раз в день в трюм? — Он усмехнулся.

Вот и секрет доброты дядюшки Мака. — Ты сказал ему? — Виола, кок не идиот. Да, я сказал ему, что если он тебя раскроет, я ему шею сверну.

Я кусала губы, едва не плача. — Виола, я, признаться, не понимаю, что тебя так расстроило. Сестры у меня, действительно, есть, я не соврал, и мне до демонов надоели игры в "никто ничего не знает". Ты решила внезапно меня застесняться? Это все тот же я, Стив, с которым ты знакома без малого два месяца. — Нет! Вы… ты другой! Я тебе столько доверила… а ты! — Я тебе тоже доверился сейчас. — Сейчас! — Мне сходить за успокоительным? — Оставь меня одну! — Хорошо, — сдался он. — Я зайду через два часа, и мы снова поговорим.

С четверть часа я потратила, чтоб как следует вымочить подушку слезами. Выплакавшись я успокоила себя тем, что карманник он или серьезный господин, мы скоро расстанемся, и будем надеяться, что через год он и имени моего не вспомнит. Потом я уснула.

Стивен постучался немногим раньше полудня. Я с трудом разлепила глаза, и попросила его подождать, пока я умоюсь холодной водой. Когда я вернулась в комнату, на столе расположился поднос еды, принесенный подавальщицей. Стив расставил тарелки на столе, вернул подавальщице поднос и попросил принести еще теплого морса. — Что ты решила? — Я помогу тебе, но при одном условии. — Каком? — После этого мы расстанемся, и ты больше не будешь меня знать.

Стивен дернул углом рта. — Нет. Мы доедем до Байроканда, иначе ты снова куда-то влипнешь. — Но после этого расстанемся! — Разумеется, я живу в Шалпии и в основном веду дела там. Теперь ты поешь, и пойдем по лавкам. — Это зачем? — Купим что-нибудь из вещей. Этим вечером вечером у нас поезд. Наш коллекционер, господин Каббадж, живет в Дифталте. Я — профессор истории, ты моя ассистентка. Я попрошу разговора с Каббаджем. Много выяснить не получится, но хоть осмотримся. — Хорошо, — ответила я тихо. Сил спорить не оставалось. — До вечера поспишь еще немного. Сидя в поезде будет не так удобно, а мы прибываем в Дифталт в четыре утра.

________________________________________________

Дорогие читатели, автор очень порадуется вашим комментариям, а музз будет хлопать крылышками и вдохновлять на новую книгу. Если же вы считаете, что книга достойна быть прочитанной другими, пожалуйста, поднимите ей рейтинг кнопочкой "мне нравится".

В темноте мы вышли из поезда, но даже в такой час на вокзальной площади ждали кэбрио. Стив выбрал одного из них, который не клевал носом, как остальные, а рассматривал прибывших. — А скажи мне, любезный, какая у вас тут гостиница почище, но недорогая? Таверн и постоялых дворов мне не надо. — Есть "Белая лилия", пять серебряных в день стоит, — с сомнением оглядев нас сказал возница. — Есть "Гранд-Пиано" по шесть, но вас туда не пустят, — честно ответил парень. — Вези в "Лилию".

Я только удивлялась связности речи Стивена. Сама я лишь переставляла ноги, как заводная кукла. Могла бы я подумать еще два месяца назад, что буду настолько доверять мужчине, что позволю ему вести меня в гостиницу в незнакомом городе?

Стив попросил номер с двумя кроватями для себя и брата. У меня все-таки достало сил быстро ополоснуться в ванной, я натянула новую ночную сорочку и упала в кровать.

Проснулась я от того, что Стив слегка потряхивал меня за плечо. — Вставай, соня, уже полдень. — Ох… прости, дорога меня утомила. — Нам пора. Я не рискнул заходить в одиночку в магазин, где краски для лица и шиньоны. Одежду для посещения Каббаджа тоже купим вместе, чтобы тут же подогнали, она должна на тебе хорошо сидеть. И думаю, тебе нужно взять платье на вечер. Каббадж сегодня собирает местный свет, и я очень надеюсь, что после нашего разговора нас туда пригласят. — Ты хочешь… м… добыть ожерелье сегодня вечером? — Если получится. Пойдем? — Стив, мне нужно встать и привести себя в порядок. Не мог бы ты отвернуться? — я начинала злиться его недогадливости. Или он нарочно меня дразнит? Или, что еще хуже, не дразнит? — Хорошо, госпожа, если вы настаиваете, буду ждать вас внизу, — он отвесил шутливый поклон и вышел за дверь, оставив ключ на столике.

Я надела платье, которые мы купили вчера перед поездом, и капор, который выглядел немного старомодно, но под тем, фасоном, который сейчас носят, будет видно, что волосы у меня коротковаты для приличной горожанки.

После завтрака мы сменили гостиницу, сняв два номера в более респектабельном "Гранд-пиано", и напарник повел меня в лавку с "обманками для наивных мужчин", как он это назвал. Я обзавелась набором буклей, шиньонов и красками для лица. Затем мы пошли по улице, где в витринах выставили всевозможные наряды на все случаи жизни.

Когда я примерила то, что выбрал мне Стивен, я пришла в неистовство. В этом жакете у меня откуда-то взялись заметные объемы сверху. Вырез блузы бросал многообещающие намеки. Юбка была настолько узкой, насколько это было прилично, и подчеркивала бедра. Каблучки нещадно удлинняли ноги. Шляпка выглядела откровенно кокетливо. — Стив, я не пойду в этом! — прошипела я, показавшись спутнику.

Тот водил глазами от моего возмущенного лица до кончиков туфель и удовлетворенно кивнул: — Виола, ты пойдешь, потому что нам нужно приглашение на вечер. Неужели ты думаешь, что Каббадж позовет нас ради меня, скучного и занудного профессора? Хм… ты выглядишь так, что теперь я уверен: тебе нужно платье на прием.

Я быстро переоделась, поклявшись, что не задержусь в этом ужасном наряде ни минутой дольше, чем положено. — Зря, очень зря, — усмехнулся Стив, когда мы шли под руку по улице в следующий магазин. — Одевайся ты так каждый день, за тобой тянулся бы хвост разбитых мужских сердец. — Если мужским сердцам достаточно подобной блузы, такие сердца мне даже в коллекции неинтересны. — Дело не в блузе, — шепнул Стивен, — и даже не в ее наполнении. Виола, не замирай посреди тротуара, — смеялся этот нахал, — колотить меня на улице неприлично.

Вечернее платье оказалось еще хуже. Юбка, пышная сзади, спереди покрывала ноги в один слой шелка, обозначая фигуру при каждом шаге. Вырез казался скромным, но был украшен драпировкой таким образом, что создавалось впечатление, будто одно неловкое движение, и откроется больше, чем задумывалось. Широкая горловина и отсутствие рукава оставляли лишь небольшую полоску ткани на плече, которая, угрожала вот-вот соскользнуть. К платью прилагался корсет, и талия утончалась, навевая мысли о хрупкой куколке. Я не стала спорить с ним в лавке, но когда мы вернулись, решилась спросить. — Стивен, — простонала я. — Зачем? Ведь мы уже придем на вечер! — Затем, моя прекрасная госпожа, что мне необходимо выманить нашего коллекционера в сад. — В темноте? Ты понимаешь, чем это угрожает? — Всего на четверть часа. Затем сигнальный артефакт зазвонит тревогой, и твой кавалер умчится проверять сокровища. — Ты не понимаешь, сколько всего может произойти за четверть часа? — Я надеюсь, ты сможешь увлекать Каббаджа, но не попасться. Но если положение станет совершенно угрожающим, в кольце вложено заклинание молнии. Его хватит на три удара.