Чтение онлайн

Камень под пальцами Ричарда был прохладный, как лунный свет, и такой же невинный.

Когда он поднял взгляд, то увидел стоящего рядом лукаво улыбающегося Виктора, наблюдающего за ним.

— После изготовления всех этих уродств, должно быть, приятно увидеть красоту моей статуи?

Ричард в ответ рассмеялся. Виктор прошествовал по комнате, махнув рукой.

— Пошли, посиди со мной, поешь лярда.

В закатном свете они сидели на пороге и поглощали кусочки сытного деликатеса, наслаждаясь прохладным ветерком с холмов.

— Знаешь, тебе не надо приходить сюда, чтобы полюбоваться моей прекрасной статуей, — заметил Виктор. — У тебя есть красивая жена.

Ричард промолчал.

— Не припоминаю, чтобы ты хоть раз упоминал о ней. Я и знать ничего не знал, пока она в тот день не заявилась сюда. Почему-то я всегда думал, что у тебя хорошая женщина…

Виктор нахмурился, глядя на Убежище внизу.

— Почему ты никогда не говорил о ней?

Ричард пожал плечами.

— Надеюсь, ты не сочтешь меня несносным, но просто она не соответствует моему представлению о том, какой должна быть твоя жена.

— Я не считаю тебя несносным, Виктор. Каждый имеет право думать, что хочет.

— Не против, если я спрошу тебя о ней?

— Виктор, я устал, — вздохнул Ричард. — Я не хотел бы говорить о жене. К тому же и говорить-то не о чем. Она моя жена. Что есть, то есть.

Хмыкнув, Виктор сунул в рот большой кусок лука. Проглотив, он взмахнул оставшейся половиной луковицы.

— Нехорошо, когда мужчине приходится весь день ваять это уродство и затем быть вынужденным идти домой к… Да что я несу! Что это на меня нашло? Прости, Ричард! Никки красивая женщина.

— Да, наверное.

— И она заботится о тебе.

Ричард снова промолчал.

— Мы с Ицхаком пытались выкупить тебя за твое золото. Но этого оказалось мало. Тот тип оказался спесивым чинушей. Никки знала, как нужно с ним обращаться. Она своими словами повернула ключ твоей камеры. Если бы не Никки, тебя бы похоронили в небе.

— Значит, она сказали им, что я умею ваять… чтобы спасти мне жизнь.

— Верно. Это она добыла тебе работу скульптора.

Виктор немного подождал, но когда ответа не последовало, разочарованный вздохнул.

— Как тебе резцы, что я прислал?

— Отличные. Хорошо работают. Впрочем, мне бы пригодился резец потоньше.

Виктор протянул Ричарду очередной кусочек лярда.

— Будет.

— Что там со сталью?

— Не волнуйся! — Отмахнулся луковицей кузнец. — Ицхак неплохо справляется вместо тебя. Не так хорошо, как ты, но в общем и целом порядок. Он привозит мне все, что нужно. Всем он нравится, и все счастливы, что он решил восполнить пробел. Орден так жаждет побыстрей закончить сооружение, что закрывает глаза на его активность. Фаваль-углежог спрашивал о тебе. Ему Ицхак нравится, но он скучает по тебе.

Ричард улыбнулся, вспоминая нервного углежога.

— Рад, что Ицхак покупает у него уголь.

В Древнем мире было много хороших людей. Ричард всегда считал их врагами, а теперь вот с некоторыми подружился.

Такое с ним случалось часто и в точности таким же образом. В принципе, везде живут люди как люди, стоит только познакомиться с ними поближе.

Тут были те, кто любит свободу, кто жаждет жить своей жизнью, кто стремится к чему-то, желает чего-то достичь, и те, кто бездумно подчинился застойной идее всеобщего равенства, насаждаемой искусственной серой безликостью. Те, кто хотел своими силами совершенствоваться, и те, кто хотел, чтобы за них думали другие, и согласны были платить за это высшую цену.

Когда Ричард поднялся по ступенькам, его встретили сияющие улыбками Камиль и Набби.

— Мы с Набби сегодня занимались резьбой по дереву, Ричард. Пойдешь глянешь?

Улыбнувшись, Ричард обнял Камиля за плечи.

— Конечно! Пошли посмотрим, что вы сегодня сделали.

Ричард пошел с ними по чистому коридору на задний двор, где Камиль с Набби вырезали лица на старой коряге.

Изображения были ужасными.

— Что ж, Камиль, очень неплохо. Твоя тоже, Набби.

Резные физиономии улыбались, и одно это для Ричарда было бесценным. Несмотря на скверное исполнение, в них было куда больше жизни, чем в том, что делал Ричард изо дня в день.

— Правда, Ричард? — спросил Набби. — Ты думаешь, мы с Камилем сможем стать скульпторами?

— Когда-нибудь, возможно. Но вам нужно больше практики, вам еще многому предстоит научиться. Но всем скульпторам приходится сперва учиться. Вот, гляньте-ка сюда, например. Что вы об этом думаете? Что тут неверно?

Камиль, скрестив руки, сосредоточенно нахмурился, глядя на вырезанное им лицо.

— Не знаю.

— Набби?

Набби застенчиво дернул плечами.

— Не похоже на настоящее лицо. Но не могу объяснить, почему.

— Посмотрите на мое лицо, на глаза. В чем разница?

— Ну, по-моему, у тебя другой разрез глаз, — ответил Камиль.

— И они ближе друг к другу — не так далеко к вискам, — добавил Набби.

— Очень хорошо! — Ричард взял немного земли с грядки с морковкой, затем вылепил из нее лицо. — Видите? Если расположить глаза ближе, как здесь, то становится больше похоже на настоящего человека.

Юноши закивали, изучая его творение.

— Понял, — сказал Камиль. — Я начну заново и сделаю лучше.

— Молодец! — хлопнул его по спине Ричард.

— Может, когда-нибудь мы тоже станем скульпторами, — произнес Набби.

— Может быть, — только и сказал Ричард.

Никки поджидала его, поставив ужин на стол. Миска супа возле горящей лампы. Остальная часть комнаты тонула в вечерних сумерках. Никки сидела за столом.

— Как работалось сегодня? — поинтересовалась она, пока Ричард мыл руки.

Он сполоснул лицо мыльной водой, смывая мраморную пыль.

— Работа есть работа.

Никки потерла пальцем ножку лампы.

— Ты способен ее выдержать?

Ричард вытер руки.

— А у меня есть выбор? Я могу либо работать, либо положить всему этому конец. Разве это выбор? Или ты интересуешься, не созрел ли я уже для самоубийства?

Она подняла взгляд.

— Я вовсе, не это имею в виду.

Он швырнул полотенце рядом с тазом.

— К тому же как я могу не быть благодарным за работу, которую для меня нашла ты?

Голубые глаза Никки снова уставились на крышку стола.