Чтение онлайн

Переоделся и поспешил в столовую. Еще в коридоре услышал взрывы дружного смеха. Денисов знал - так могли смеяться только от рыбкинского репертуара. Вот весельчак и балагур этот ботаник! Работает - слова не вытянешь, а как заботы с плеч долой, смотришь совсем другой человек. Затаенная улыбка в уголках губ, острое словечко, шутка - и уже не отойти от него, будто притягивает он магнитом.

– Браво! Как у вас весело!
– сказал Денисов, входя в столовую.

– Путешественники, Иван Иванович, любят смех,возвращая лицу выражение озабоченности, проговорил Рыбкин.

– Смех для здоровья, как масло коровье,- вставил Бобров.

Денисов сел за свой столик. Откровенно говоря, есть не хотелось. Так зачастую бывает у деятельных натур: все вроде сделано, можно спокойно отдохнуть, а мысли одолевают, не дают покоя. Думалось о многом: о Земле, семье, оставленной там, об институте и директоре Мельнике. Так и надо ему: вилял хвостом - вот и посиди в кабинете. Денисов понимал, что он взял на себя большую смелость направившись на Малую Луну. Поработать надо так, чтоб в результаты были весомые.

К тому же, он отвечает не только за себя, но и за коллектив людей. Первые дни принесли немалые успехи.

Люди умеют работать самоотверженно и дерзновенно. Даже Бобров загорелся энтузиазмом. План пленения Гермеса, видно, пришелся ему по душе.

Ужин подходил к концу. Рыбкин и Дрозд поддерживали оживленную беседу в столовой. Они так много знали, жили настолько разносторонними интересами, что совершенно свободно вели разговор как о проблемах современней науки, так и о музыке, литературе, искусстве.

Не сиделось за ужином только Олегу. Он время от времени порывался вылезти из-за стола, и Виктор Сергеевич заметил это нетерпение сына.

– Вот непоседа! Гвозди в твоем стуле, что ли?

– Пора в кинозал,- сказал мальчик,- Сегодня я пускаю картину "Дорога к звездам"

Олег гордился, что тут, на Малой Луне, ему доверили обязанности киномеханика. И он, ясное дело, старался, чтобы не было заминок во время демонстраций кинофильмов, чтобы все было как надо.

– Успеешь, она ведь хроникальная, небольшая.

Бобров тем временем решил блеснуть перед Хлебниковой своими познаниями в области астрономии.

– Вы что-то грустная сегодня. Надежда Николаевна,- начал он.

– - Вовсе нет. Вам показалось.

– Показалось? Может быть. Однако, чтобы вас развеселить, я все же расскажу одну романтическую историю. Вы знаете, что между Марсом и Юпитером некогда существовала довольно большая планета...

– Ну и что же?
– Хлебникова с интересом посмотрела на него.

– Случилась страшная катастрофа. Юпитер, этот великан, решил отобрать у Солнца планету, сделать ее своим спутником. Началась борьба. Бобров -справедливости ради стоит заметить - умел рассказывать. Взгляд его в такие минуты становился вдохновенным, живым. Он пощипывал себя за бородку, словно подбодряя, и говорил, говорил.

Вот и сейчас он отложил в сторону салфетку и, все больше входя в роль, продолжал:

– Юпитеру так и не удалось сорвать планету с орбиты. Но две противодействующие силы были настолько могучи, что планета не выдержала. Это был гигантский взрыв. Во все стороны так и брызнули осколки... Теперь они найдены и известны науке как планеты-малютки.

– Скажите, а больше не ожидается подобных явлений в нашей солнечной системе?
– искренне заинтересовалась Хлебникова.

Геолог обернулся, посмотрел на Денисова и, увидев, что тот целиком поглощен ужином, тихо сказал:

– Боюсь, мы можем быть свидетелями такой катастрофы...

– Да что вы?

– - Не дай бог, начнется война...- Бобров умолк, ущипнув себя за подбородок.

– Что вы говорите? Этого не может быть...

А геолог, будто не расслышав, продолжал:

– Да, война за Луну. Всем известно: мир социализма и мир капитализма столкнутся на этой планете. За что?
– И сам же ответил: - За удобную базу для распространения своего господства на всю Вселенную.

Хлебникова невольно нахмурила лоб. Где она слышала такой же гнусавый голос, ту же мысль о мировом господстве? Она припоминала свою улицу, знакомых, свой дом на Соколиной горе в Москве. Ну конечно же!.. Был день ее рождения, собирались гости. В квартире играла радиола, Надежда Николаевна хлопотала на кухне. И вдруг - новый звонок! Пришел тот, кого с особенным нетерпением ждали,- Денисов! Она проводила его в зал и услышала... Верно, почти то же самое говорил в тот день и мистер Итон, Мистер Итон из Калифорнийского университета!

Открытие это ошеломило Хлебникову. Два разных человека из двух разных стран с противоположными системами рассуждали почти одинаково. Надежда Николаевна сначала даже растерялась. Как понять Боброва? Неужели геолог цель проникновения в космос советских людей не отличает от целей империалистических акул? А может, он шутит или брякнул, не подумавши?

Допив свое какао, Хлебникова поставила бутылку

под специальный держатель на столе и, глянув на Боброва широко открытыми глазами, сказала:

– Вот вы говорили о господстве над Вселенной. Но почему вы понимаете такое господство, как военный захват. У нас, на Малой Луне, как известно, даже обыкновенного пистолета нет. Мы не захватчики...

Бобров улыбнулся. Нет, он не допустит конфликта.

Это не только рискованно, но и неразумно.

Раскурив папиросу и пуская перед собой дымок, он откинулся на спинку кресла и с солидной медлительностью проговорил:

– Надежда Николаевна, я хотел просто-напросто изложить свою мысль о будущем Луны, а вы и тут находите политику. Простите, я - ученый, меня интересует только научная сторона этого вопроса.

Бобров видел: девушку не убедило его объяснение.

И в душе шевельнулась тревога, чувство какой-то неуверенности. Видно, он переоценивал себя, когда решался на ответственнейший в жизни шаг. Нелегко тут ему, ох, как нелегко! Каждая минута угрожает провалом.

Спустя минуту он беззаботно пригладил свою шевелюру и заговорил о Гермесе.

– Этот астероид, Надежда Николаевна,- он нарочно разжигал любознательность девушки,- видимо, состоит из одного железа. Это часть ядра, сердцевина погибшей планеты.

– А может, целиком из золота?
– не удержалась Хлебникова.

– Вы шутите, а я хочу серьезно посоветовать вам лететь со мной на Гермес,- сказал он.- Клянусь, вы не будете жалеть!

Надежда Николаевна простила ему развязно-болтливый тон. Отведя взгляд в сторону, она деликатно проговорила:

– Спасибо, Петр Васильевич, но у меня тут свои дела.

– Не волнуйтесь,- снова заговорил Бобров.- Вы только дайте согласие, а за мной остальное. Я все улажу...

Олег невольно подслушал разговор, который велся за соседним столиком. Увидеть собственными глазами, как Гермес будет сорван с орбиты,- это же мечта! Мальчик подошел к геологу и осторожно тронул его за плечо. Бобров, как показалось Олегу, вздрогнул, словно испугался.,