Чтение онлайн

Задания 9, 10 и 11 – криптологические загадки, разработанные Генри Дьюдени чуть больше 100 лет назад – в эпоху существования Комнаты 40.

Слово BEESWAX означает некое число, зашифрованное опасным преступником, но полицейские не могли подобрать ключ к этому хитроумному шифру, пока не нашли в его записках следующий пример:

Следователи предположили, что это пример на сложение, но это их никуда не привело. Тогда одному из них пришла в голову невероятная идея: а что, если это на самом деле пример на вычитание? Это оказалось правдой, и, заменив все буквы на числа так, чтобы получился правильный ответ, детективы смогли взломать этот шифр и раскрыть секретный код. Так какое число стоит за словом BEESWAX?

– Минус на минус не всегда дают плюс, – заметил кто-то за завтраком.

– Вы не правы, – ответил полковник Крэкхэм. – Вот вам пример. Каждая буква представляет определенную цифру от 1 до 9.

– Если вы замените буквы правильными цифрами, пример будет решен верно.

Два конспиратора переписывались между собой при помощи шифра. Иногда в их письмах мелькали небольшие математические примеры, имевшие некое отношение к теме обсуждения. Но эти примеры были зашифрованы: каждую цифру от 0 до 9 они заменяли на буквы латинского алфавита. И вот в одном письме я обнаружил простенький пример на сложение, который выглядел следующим образом:

В этом интересном задании я предлагаю вам восстановить пример. Для этого дам вам подсказку: за буквами I и O скрываются цифры 1 и 0 соответственно.

Предлагаю вам еще раз поработать с этой поразительной системой, изобретенной древнегреческим историком Полибием. При помощи этого изобретения можно заменять открытый текст на набор цифр. Зашифрованные таким способом сообщения было труднее прочитать. Древние греки пользовались таблицей 5 x 5, а для русского алфавита мы будем использовать формат 5 x 6 (буквы Е и Ё, И и Й, Ь и Ъ были объединены).

Вот как эта таблица поможет в расшифровке сообщений. Вся суть состоит в чтении координат. За каждым двузначным числом в криптограмме стоит определенная буква алфавита. Первая цифра числа означает ряд, в котором находится эта буква, а вторая – столбик. То есть, если вы видите число 34, то вам надо найти букву, которая находится в ячейке третьей строки четвертого столбика.

Если вы хотите зашифровать свое сообщение, используя квадрат Полибия, делайте все в обратном порядке.

То была эпоха, когда большинство европейских государств было охвачено пламенем войны, эпоха лютых сражений и безжалостных преследований инакомыслящих, когда всемогущие короли, императоры и бароны воевали между собой за веру и власть. Некоторым европейская история XVII в. может показаться прообразом апокалипсиса. Но именно в этом столетии французский король Людовик XIII создает первый Cabinet Noir, или «черный кабинет», преобразовав тем самым криптографию в своего рода индустрию, которая станет одной из основных сил государства. То был век, когда от смысла каждого сообщения могла зависеть жизнь человека или даже целого города.

«Черные кабинеты» были для своего времени чем-то вроде станций перехвата. Только работали там не с радиочастотами, а с корреспонденцией иностранных дипломатов, высокопоставленных вельмож, государственных лиц и крупных религиозных деятелей. Прежде чем приступить к дешифровке, требовалось сначала вскрыть конверт с письмом так, чтобы не повредить печать: для этого требовалось особое мастерство. Люди, работавшие в «черном кабинете», умели искусно скрывать следы своего вмешательства в чужую переписку. Кроме того, важным критерием успеха была скорость: письмо нужно было либо мгновенно расшифровать, либо быстро переписать и отослать адресату. Промедления в доставке письма нужно было свести к минимуму, чтобы никто не мог догадаться, что переписку просматривали. Созданная в XVII в. система «черных кабинетов» будет верным оружием французских правителей вплоть до времен Наполеона Бонапарта, который начинал каждое утро с чтения расшифрованных сообщений.

В первой половине XVII в. пертурбации Тридцатилетней войны, начавшейся в Священной Римской империи и распространившейся на Францию с Испанией, дали жизнь новым шифрам. Совсем недавно в Вене был найден тайник с зашифрованными письмами той эпохи. Они были тщательно изучены, и криптографы до сих пор пытаются расшифровать эти тексты. Сама Вена примечательна тем, что именно там, в скрытом от посторонних глаз помещении дворца Хофбург, появился один из величайших «черных кабинетов» в истории – Geheime Kabinettskanzlei (Канцелярия тайного кабинета). Это была необычайно эффективная организация, работа которой ежедневно начиналась рано утром, еще до того, как первые лучи солнца падали на шпили зданий австрийской столицы. В основном в Канцелярии тайного кабинета занимались перлюстрацией дипломатической переписки (точно так же, как 300 лет спустя в Блетчли-парке, где имелись специальные отделения, занимавшиеся исключительно дипломатическими сообщениями). В просторной зале дворца, освещенной свечами, стояло множество столов, за которыми каждый был занят своим делом: одни аккуратно плавили восковые печати, стараясь не повредить и не запачкать бумагу; другие кропотливо переписывали содержание сообщения; третьи вновь запечатывали конверт при помощи искусно изготовленных восковых штампов, ничем не отличавшихся от оригинала. Все это делалось для того, чтобы участники переписки не заподозрили, что каждое их письмо просматривается.

Венский «черный кабинет» был не только успешной шпионской организацией – хотя до сих пор непонятно, как дипломаты могли быть настолько наивны, чтобы не сомневаться в надежности своих каналов связи, – но и главным торговцем чужими тайнами. По сути, это был первый случай, когда государство превратило криптографию в способ заработка. Главным покупателем вестей о самых пикантных скандалах и тайнах были французские шпионы (по крайней мере, до Французской революции). Тем не менее некоторые аристократы сильно опасались, что за ними может шпионить какой-нибудь «черный кабинет», и потому придумывали поразительные ухищрения: например, складывали письма (по типу оригами) так, что эту форму было очень трудно воспроизвести. Любой неправильный сгиб бумаги говорил о том, что письмо было вскрыто и прочитано. Были и другие уловки: например, конверты с подставными адресами. Особо важные сообщения можно было отправить по адресу какого-нибудь незначительного человека. Корреспонденцию таких людей никогда не проверяли, так как считалось, что у них не может быть важных секретов. На самом же деле это были самые настоящие агенты, которым платили за работу. Получив невскрытое письмо, такой агент-посредник лично доставлял его истинному адресату – так было гораздо надежнее.

Были и другие уловки в обход общепринятых форм обмена корреспонденцией. Например, письма запекались в хлеб, который доставлялся в дом нужного чиновника или вельможи. Хотя существование венской тайной канцелярии и держалось в строгом секрете, никто не хотел лишний раз привлекать к себе внимание государства: мало ли что может из этого выйти. Однако некоторые с большой горечью обнаруживали, что их тайны раскрыты. Одним из таких людей стал король Франции Людовик XV.

В 1774 г. Людовику прислали большую посылку, в которой, к его удивлению, оказались секретные указания шпионам от короля Пруссии. Но – на сей раз к его ужасу – там были также копии его собственных зашифрованных писем, к которым прилагались расшифровки. Все эти трофеи в Париж отправил секретарь французского посла в Вене. Узнав о возможности покупать секреты в «черном кабинете», дипломат решил выяснить, насколько хорошо работает эта служба. И однажды в час, когда колокола венских церквей били полночь, а шпионы затаились во тьме, секретарь французского посла встретился с одним из криптографов из Тайного кабинета и купил у него за 1000 дукатов сведения, на которые теперь с ужасом смотрел Людовик XV.

Благодаря этому «черному кабинету» и аналогичным тайным организациям в других европейских городах криптография не только стала неотъемлемой частью государственного аппарата, но и научилась хранить в тайне свою успешную деятельность по взлому шифров. Наследие той эпохи живет и по сей день: это фундамент, на котором стоят все современные разведывательные службы.

Города и села средневековой Европы часто страдали от всевозможных бедствий. То наступит неурожай и приведет за собой голод, то придет чума и унесет бесчисленные жизни. В этой юдоли горя вера, может быть, и не приносила людям физического облегчения, но хотя бы давала надежду на загробную жизнь. Но религиозные конфликты и сами были величайшим бедствием, из-за которого то и дело проливались реки крови. В конце XIV в. произошла Великая схизма [49] , ставшая одной из причин повышенного интереса пап к использованию хитроумных шифров. Переписка папы римского должна быть защищена, так как против него могло быть использовано все что угодно, даже обычные рассуждения на библейские темы. Через несколько столетий, когда влияние Ватикана в мире возрастет еще сильнее, возникнет нужда в более тщательном подходе к сохранению секретов писем понтифика. Это будет настолько важно, что в Ватикане криптография станет своего рода индустрией.

В 1379 г. секретарь папы Климента VII объявил новую эру в истории криптографии, изобретя шифровальную систему, в которой на символы заменялись как буквы, так и целые имена, записанные на специальных шифровальных листах. Климент VII бежал из Рима в Авиньон, сделавшись таким образом «антипапой». Использование нового шифра позволяло ему общаться со своими сторонниками без риска быть рассекреченными.

В начале XVI в., ставшего впоследствии эпохой Реформации, криптография превратилась в одну из неотъемлемых частей политической жизни Святого Престола. Не в последнюю очередь потому, что дипломатические сообщения, отправляемые в протестантские страны вроде Англии, подвергались перлюстрации, и это хорошо понимали представители католического духовенства. Поэтому в 1555 г. в Ватикане появилась официальная должность шифровальщика. Однако, поскольку даже папа смертен, сама эта должность всегда была в центре закулисных интриг и ожесточенной борьбы, от которой зависело и то, кто будет шифровальщиком следующего понтифика. В 1591 г. шифровальщиком папы Григория XIV стал молодой человек по имени Маттео Ардженти, сменивший на этом посту своего дядю Джованни Баттисту. У юноши был настоящий талант придумывать сложнейшие шифры. Однако несколько лет спустя, когда Апостольский дворец занял священник из другого лагеря, Маттео был смещен со своего поста невзирая на все его заслуги. Но его наследие оказалось более долговечным. Он изобрел оригинальную шифровальную систему, состоящую из букв, цифр и специальных хитростей, одной из которых было слияние двух букв, часто стоявших рядом (например, буквы Q и U в латинских словах), в один знак шифротекста. Другой уловкой было слитное написание всех слов в шифре, чтобы никто не смог понять, где кончается одно слово и начинается другое.