Чтение онлайн

Девушка устало подперла рукой голову:

— Да, конечно. Все знают, что я невеста кроме меня. Это как понимать? Никакого официального предложения, да и даже разговора об этом у нас за три года никогда не заходило. В последний раз, когда я у него была на каникулах, мама как раз высказала свои опасения, что в случае развода я детей заберу в Америку, и она их потом не увидит. Это все при условии, что мы даже не помолвлены и тем более нет и намека на детей! И вообще, даже если все это когда-нибудь произойдет, то что? Жить мы в таком случае тоже будем с мамой?

Джоди усмехнулась:

— Не совсем, но по близости, так точно. Греки от мамы далеко не уезжают. Тем более моряки. Это мне исключительно повезло, она живет в глухой деревне, за шесть часов езды от нас, и переезжать не собирается. А так, все, кого я знаю, женившись, живут либо в том же здании, либо на соседней улице. И с этим ничего не сделаешь, у них такие порядки. А уж по поводу помолвки, тут совсем беда. Колец они не покупают, только те, которыми обмениваются на свадьбе. Костас мне пообещал бриллиант в карат, но я все жду… Уже ребенок родился, а мы все ждем-с. Жан, хочешь знать, как он сделал мне предложение? Мы ехали на машине куда-то, и он сказал, поворачивая к ларьку, купить сигареты: «Завтра идем расписываться. А то у тебя будут проблемы с визой». Да и то моя свадьба проходила в полном секрете от всей родни и друзей, мы им только через пару лет рассказали, не имею понятия по каким причинам. Просто потому, видимо, что я канадка. Как же это, он женился не на гречанке? Позор! Так что если ты ждешь, что твой Янни встанет на колени, чтобы преподнести коробочку, то это возможно только в одном случае: он сломал ногу и не может встать. Другого варианта быть не может.

Жанна рассмеялась:

— Вот-вот. Этого я вообще не понимаю. Всегда, когда мы куда-то идем, он шипит, чтобы я молчала, что я русская. Можно подумать, так не заметно.

Канадка решительно замотала головой:

— Нет, на гречанку ты точно не похожа. Они в основном страшные: длинноносые и толстозадые. Поэтому, все мужики, у которых есть возможность, ищут жен и подруг за бугром. Все моряки, кого я знаю.

— То-то он меня вечно просит потолстеть! Чтобы я точно походила на гречанку! Она будет растить ему детей и сидеть дома, пока он гуляет.

— Ты всегда можешь плавать с ним. Это не так плохо. Делать ничего не надо. Готовят, стирают, убирают за тебя. Каюта огромная, даже есть мальчик по вызову. Что хочешь — принесет. Что тебе еще не хватает?

Жанна наморщила лоб и оценивающе посмотрела на Джоди с ребенком, который мирно сопел в коляске, словно прикидывая, смогла бы она делать то же самое.

— Знаешь. Я так не могу. Мне нужна работа. Как можно рассчитывать только на мужа? А если с ним что-нибудь случится. И вообще я привыкла работать, я с 12 лет на сцене, не умею по-другому. Что тут еще сказать? А ребенок. Вот Электра твоя пойдет в школу, и что ты будешь делать? Ждать мужа домой по шесть, а то и больше, месяцев? Он уехал, ребенок ползал, он приехал ребенок уже говорит и на горшок ходит. Ты издеваешься что — ли? Мне такая жизнь не нужна. Я так не смогу ни за что, ты уж извини.

Джоди пожала плечами:

— Я не собираюсь плавать с ним до тех пор, пока ребенок не пойдет в школу. Мне и на берегу очень хорошо. Есть магазины, подруги, парикмахерские и бебиситеры. А так же ночные клубы, пляжные вечеринки, и ди-джеи.

— И Костас это тебе позволяет?

— А Костасу не обязательно обо всем этом знать. Он мне звонит в одиннадцать. Я говорю, что ложусь спать и спокойно иду гулять. А если ему вдруг вздумается проверить ночью, где я, так я всегда отключаю телефон, тем более, что теперь у меня есть на это уже официальная причина. Нельзя же будить маленькую. — и она с нежностью посмотрела на розовую мордочку, торчащую из кружевного пледа.

Девушка покачала головой:

— Тогда зачем вообще муж и ребенок, если за одним следит бебиситер, а другой плавает на другом конце света. Нет, Джоди, я хочу иметь нормальную семью. Хочу видеть любимого каждый день и самой ухаживать за бебиком. По крайней мере, первый год точно.

Канадка вздохнула с некоторым сожалением, видимо от того, что убедить брюнетку ей никак не удалось:

— Может, ты еще подумаешь?

— Я подумаю, если он выберет работу в офисе и будет в семь вечера приходить домой. Да, тогда я подумаю. В таком случае я бы даже согласилась на Грецию. Но иметь мужа моряка я не хочу. После трех лет таких отношений я это уже точно поняла.

Алина не съела ни куска своего замечательного бутерброда, таким увлекательным показался ей разговор. Девушка за десять минут узнала для себя просто бездну интересного и с неудовольствием повернулась к подруге, тянувшей ее за хвост:

— Ты что уснула что — ли? Я же тебя полчаса уже зову, за волосы тяну. А ты все не реагируешь. Ты о чем думала? О квадратуре круга? Не иначе!

— Я вообще не думала, я слушала. А ты что так долго?

— Вещи домой затаскивала.

— Какие вещи? — не поняла Алина, все еще пытаясь уловить обрывки такого важного разговора.

— Ну, Кевон уезжает послезавтра. Забирала шмотье. А еще он сегодня стал папой.

— А вещи, понятно. Много накопи… Кем он стал?! Ты что такое несешь?

Если Тамаре и хотелось отвлечь подругу от греческой темы, то ей полностью это удалось.

— Ничего. Ему сегодня сообщили, что у него родилась дочка Кева.

— От кого? Какая дочка? На корабле что- ли? Ты-то как об этом узнала?! А как же вы? Ваши планы?

Тамара с показным безразличием отмахнулась и налила себе кофе.

— Какие планы? О чем ты? Это все шипс лайф, сколько я тебе об этом твержу? Есть только сейчас, а планов нет, и не будет. Он мне об этом очень смущенно сообщил. Я его поздравила и пошла завтракать.

Алина оправилась от шока и недоверчиво посмотрела на руммейт

— И что? Тебе все равно? А как же вы?

— Мы? А что мы? Нам осталось пара дней вместе, и собственно говоря, «мы» на этом заканчиваемся.

— Но он же зовет тебя на каникулы и потом на корабль вместе?

— А я как-то не уверена, что поеду на третий контракт. Мне тоже хочется чего-то нормального, а не эту лоханку вместо дома.

Алина грустно взмахнула рукой и пролила кофе на стол. Впрочем, внимания на это никто не обратил:

— Вот так всегда! Когда мы сидим дома, нам хочется приключений и романтики, когда мы плывем на корабле и имеем экзотического бойфренда, мы плачем о нормальности и простоте. Всегда все не слава Богу!

Тома задумчиво повертела сэндвич с лососем.

— Может ты и права. — она откусила здоровый кусок и беззаботно добавила — А может, просто, это не моя судьба? В аут пойдем?

— А где мы сегодня? — Алина оглянулась на огромное окно и сразу узнала знакомый порт. — А-а. Ливорно. Снова. Что давайте, как в прошлый раз?

— Спасибо. Я до сих пор не отдышалась от такого скоростного возвращения на корабль. Хватит с меня. С тобой вечно влипаешь в какие-то истории.

— А причем тут я? Кто тогда захотел смотреть Флоренцию?

— Вроде Наташка.

— Вот она и виновата.

Действительно, в прошлый раз их поездка в этот маленький итальянский городок запомнилась не только им. Взбегание на гангвей под свист и подгоняние всех секьюрити в последние минуты перед дедлайном обсуждалось многими работниками корабля. Первой, красной, как рак, бежала Алина, и воткнув карточку в машину, радостно заорала отстающим, что осталось две минуты. Тут уж даже неспортивная Тома активизировалась. Девчонки забежали на корабль в последние секунды, и попадали, кто где стоял. Но впечатлений им хватило на всю оставшуюся жизнь. А дело было в том, что от Ливорно до Флоренции ходил поезд, но понадеявшись разобраться сами, они вышли на станцию, раньше положенной, и пробродив больше часа по закоулкам, помойкам и гаражам, девчонки долго не могли понять, где очутились. Плюс к этому, отправление обратного поезда, естественно не догадался посмотреть никто. В итоге, взяв такси и, потратив ровно пять минут на осмотр достопримечательностей, гифт-шоп в неполном составе еле успел запрыгнуть в последний вагон последнего на сегодня поезда в сторону Ливорно. И все же, как ни странно, по общему мнению, Флоренция оказалась чудесным городом.