Чтение онлайн

Приятная истома прокатывается по телу, размягчает напряженную спину, подгибает колени, и мне хватает сил только выбраться из кабины и завернуться в полотенце — такое же белоснежное, как и весь номер.

Краем глаза замечаю растянутое на стене гибкое зеркало. Медлю всего мгновение, прежде чем отбросить полотенце в сторону и вытянуться в полный рост.

Годы тренировок сделали свое дело — если у меня где-то и есть хотя бы унция лишнего жира, то прячется она, как заправский шпион.

Из чего вырастает целый букет других проблем, о которых я раньше даже не задумывалась. Крепкое телосложение бойца едва ли можно назвать привлекательным. Ни груди тебе, ни широких бедер, ни плавных изгибов. Вся моя фигура — это резкие изломы и острые углы, обтянутые лентами мускулов. Руки и ноги кажутся хрупкими, но на деле они с легкостью могут ломать чужие кости.

Пальцы очерчивают плоский подтянутый живот и тазовые косточки. Что-что, а от камкери мне досталось телосложение долбаной феи из сказок.

Знаток сразу определил бы во мне полукровку по строению лица, чуть заостренным ушам и глазам — великоватым для обычного человека.

Темная бронза волос немного исправляла плачевную ситуацию. Тяжелые, волнистые пряди лежали на плечах и груди и поблескивали в свете сциловых ламп.

Но одних волос недостаточно, чтобы объяснить странное поведение Геранта. Впрочем, объяснений могло быть больше, чем пара сотен. Начиная от банального…голода.

Тогда почему он оттолкнул меня? Или голод не так уж и силен, чтобы позариться на вот это вот все?

Тяжело вздыхаю и касаюсь зеркала рукой, будто хочу стереть собственное отражение.

— Не будь дурой, Ши. Ты же знаешь, как он торопился вернуться на Заграйт из-за работы. Ему на самом деле нужно было уйти. Правда?

Протяжное «кар» за дверью заставило меня вздрогнуть всем телом, замотаться в полотенце и вернуться в комнату, пока пернатый гость не натворил там дел.

И кто бы мог подумать, что «мудрая» птица будет висеть вниз головой на шторе и пристально меня рассматривать.

— Я и забыла о тебе, — усмехнулась, а ворон каркнул снова и ткнулся головой мне в щеку. — Герант тебя шпионить оставил?

Вдруг я с запозданием подумала, что двоедушник может смотреть глазами ворона.

— Будешь подглядывать — и я тебя зажарю, — грожу птице пальцем, а он кладет голову мне на макушку и тяжело вздыхает. Совсем по-человечески, будто понимает каждое слово.

Может и правда понимает?

С прислугой Севера мы почти не разговаривали. Я знала их только в самых общих чертах вроде «может быть опасен, если» или «совершенно безобиден, пока».

Я неделями не бывала в поместье, мое место — дозорные отряды. Только в последние два или три месяца, когда камкери окончательно затянули удавку на шее колонии, пришлось оборонять город и ближайшие поселения. Но для обычных, бытовых бесед почти никогда не было времени.

И мне жаль. Я скучаю по возможности говорить ни о чем.

С теплом вспоминаю каждое мгновение, проведенное на кухне или в саду, когда не нужно было куда-то бежать, охранять или выслеживать.

Звонкая трель вызова отвлекла меня от тяжелых мыслей. Огонек у двери мерцал, привлекая внимание. Не дождавшись ответа, кто-то пару раз стукнул по пластику.

Преодолев расстояние за две секунды, я замерла, так и не коснувшись рукой панели.

Вдруг это Герант. Забыл что-то, а я в таком виде!

— Это Эльза! — послышался из-за двери звонкий голосок, — одежку принесла! Открывайте давайте, я же слышу, как вы дышите!

Ничего себе заявление! Я же совершенно точно не издала ни звука.

Провожу рукой над панелью замка, и в комнату врывается белокурый вихрь, бросает на кровать несколько пластиковых плотных свертков и застывает напротив, рассматривая меня из-под длиннющих ресниц. Красивая девчонка: статная, высокая. Не такая высокая, как я, но все же, всего пару дюймов не дотягивает.

Это с ней Герант мило беседовал на первом этаже, пока я ждала ключ от комнаты.

Раскаленный колючий узелок стягивается в груди плотно-плотно, не вздохнуть. Скулы опаляет жаром, и я совершенно не понимаю своей реакции.

Девчонка как девчонка. Чего я нервничаю? Одежду вон принесла, улыбается широко.

По-настоящему, без фальши. Хотя я по взгляду понимаю — знает, кто я и какая кровь течет в моих венах.

— Как ты меня услышала?

— Дышали вы громко, — она покачивается с пятки на носок, утирает нос раскрытой ладонью, — я все слышу! Могу даже сказать, когда цветы на первом этаже распустятся. Они всегда щелкают, когда вот-вот раскроются.

— Что-что делают? — отчего-то мне становится спокойно и легко. Эльзу окружает кокон поразительной теплоты, будто угодил в эпицентр раскаленного летнего дня после бесконечно темной стужи.

— Ну, щелкают! — она отмахивается, намекая, что я все равно не пойму, и принимается разворачивать свертки.

А у меня глаза на лоб лезут.

Тут и плотные черные штаны, и сапоги из мягкой кожи, и две блузы — не белые или черные, а поразительного бирюзового оттенка.

Чуть в стороне лежит пара свитеров из тонкой крашеной шерсти.

— Ночи здесь холодные, вдруг гулять соберетесь, — поясняет Эльза.

Заливаюсь краской, когда из последнего пакета девчонка достает несколько комплектов белья. Размер-то мой откуда они узнали?

Касаюсь блузы, и ткань искрится под пальцами, как живая.

— У вас волосы такие красивые, — щебечет Эльза, — мне показалось, что они лучше белых подойдут. А боевые всякие штуки вам Герант сам купит. Я в этом не смыслю ничего.

— Ты его давно знаешь?

Эльза деловито загибает пальцы и что-то бубнит под нос. Светлые завитки смешно падают ей на лицо, прячут смешливые глаза.

— Лет семь уже! Он меня и мамку мою от голодной смерти спас, — девчонка широко улыбается и понижает голос до заговорщицкого, — я кошелек у него спереть собиралась! Фигушки! Он хоть и здоровенный, а проворный, как змея, — девчонка шмыгает носом и раскладывает покупки на кровати. — Другой бы на его месте сдал меня дозору, а Герант только по шее навешал. Работу нашел мне здесь, в гостинице. Так и живем теперь.

Она хлопает в ладоши и указывает на мои волосы.

— Давайте я вам их заплету! Красивые же. Негоже такую красоту в беспорядке держать.

— Да ты посмотри на меня, куда еще волосы заплетать, — отмахиваюсь, но от Эльзы так просто не избавишься.

— Фу, глупости какие! Вы же красавица! И голову в порядке держать должны. Садитесь и не спорьте.

Девчонка хлопает по кровати, а я впадаю в ступор и пытаюсь переварить услышанное.

Красавица? Шутница то же мне…

— Садитесь, ну! А пока я вам буду плести, вы мне все-все про себя рассказывайте.

Герант

— Удивительные вы существа, — кулганец не говорил в прямом смысле этого слова. Он скорее мычал, а генератор речи, закрепленный на необъятной шее, трансформировал невнятные звуки в привычные человеку слова. — Сколько раз уже приходил, а так и не запомнил правило — оружие оставлять за дверью.