Чтение онлайн

– Кто это был?
– настойчиво спросила я.

– Ты, в самом деле, этого не знаешь?

– Конечно, я не знаю этого! И, если ты мне немедленно не скажешь, я сейчас же переломаю себе ещё несколько костей.

– Так что же ты увидела на верхней ступеньке?

– Деньги!

– И больше ничего?

– Нет!

– Тогда, значит эти деньги вынула не ты?

– Не все. Я подняла крышку этой ступени и вынула сначала тряпье и газеты - а затем увидела это. Пачки, куча денег! Я достала только несколько пачек. А затем на меня напали. Кроме того, я ведь стояла нагнувшись.

– Нечто в этом роде я и предполагал. Когда я пришел, он стоял, склонившись над тобой. Он утверждал, что услышал, как ты упала, и прибежал вниз, чтобы тебе помочь. Но он держал в руках пачку банкнот, а когда я увидел свисающую из его кармана черную шаль, все понял.

– Он... его... он - кто? Ты сведешь меня с ума!

– Это совершенно не входит в мои планы. Я просто считая, что ты должна знать все драматические последствия. Ведь все это время ты была права - там были ещё спрятанные деньги! Но было и кое-что ещё - не обнаруженная ранее ещё одна связь с делом Либерри. И это последнее звено в цепи было спрятано вместе с деньгами в лестничной ступени.

Так я лежала и, не имея возможности пошевелиться, вынуждена была терпеливо переносить эту пытку!

– Так расскажи же мне, в конце концов, все! Или покажи мне это последне связующее звено в деле Либерри!
– отчаянно наступала я.

– Спокойно, спокойно! Это момент, достойный внимания! Я взял этот документ на время у Штрома и, если он пропадет, я, вероятно, попаду на электрический стул!
– Ходж полез в карман, продолжая говорить: - Эта бумага, содержавшая тяжелые обвинения, подписана убийцей миссис Гэр, который трижды покушался и на тебя.

Он поднес к моим глазам старый, измятый, пожелтевший лист бумаги, но котором выцветшими чернилами было написано:

– "Я признаюсь в том, что доставил Розу Либерри к миссис Гэр. Она заходила в аптеку, где я торговал содовой, и заказала прохладительный напиток, в который я подмешал некое средство. Я считал эту девушку отличной добычей для миссис Гэр. Этот метод я применял ко всем девушкам, которых доставлял в игорный и питейный притон миссис Гэр. За эту услугу миссис Гэр заплатила мне двадцать пять долларов".

Это было все, кроме подписи. Я знала её, ещё не успев прочитать: "Чарльз Баффингэм."

25

Только на следующий день мне довелось услышать все подробности. Это был день, когда меня покинула прикрепленная ко мне персонально медсестра, и я была передана под обычную опеку медицинского персонала больницы. Между прочим, мой врач даже рассказал мне, сколько всего у меня было переломов. Оказывается, у меня была сломана ключица и три перелома рук в разных местах. Кроме того, я ещё получила легкое сотрясение мозга и многочисленные синяки. Больше ничего.

Мне, конечно, не терпелось узнать все подробности, и я забросала Ходжа, явившегося ровно в три часа пополудни, сотней вопросов. Прежде всего, он поделился со мной новостью о том, что сегодня среда, и я нашла очень любезным с его стороны, что он среди недели выбрал время, чтобы посетить меня.

У него был такой торжествующий и самодовольный вид, что даже глазам становилось больно, когда я на него смотрела

– Только не обращайся ко мне сейчас со своей обычной фразой: "Я ведь тебе говорил!" Этого я не смогу выдержать!

– А почему нет? В конце концов, я не часто в своей жизни бывал так стопроцентно прав.

– Ты, наконец, расскажешь мне когда-нибудь все? Я ждала достаточно долго!

– Знаешь ли ты, кто мне, в конце концов, оказал громадную помощь, кто привел окончательные доказательства виновности Баффингэма?

– Ну?

– Уэллер!

– Разве он тоже подозревал Баффингэма?

– Он пришел к такому же заключению - что и я. Дело было так: после того, как Грант умер, а Уэллера освободили, он пришел ко мне в офис. Он заявил, что теперь, наконец, отделался от своего страха и долго и обстоятельно размышлял на д всем этим делом. Он спросил меня, кого я, собственно, подозревал до того, как умер этот старый человек. Я откровенно признался: Баффингэма. А он сказал на это: - "Странно - я тоже его подозреваю." - Мы побеседовали некоторое время, и Уэллер вызвался последить за Баффингэмом, следуя за ним повсюду осторожно и незаметно. Он крутился поблизости от его аптечного магазина, особенно в те вечера, когда Баффингэм был свободен. И, наконец, его терпение было вознаграждено. Он заметил, что в эту аптеку поздно вечером заходит множество мужчин, исчезающих затем позади этого магазина. Через некоторое время Уэллер выяснил, что владелец аптеки с помощью Баффингэма тайно содержит запрещенную законом лотерею. Постепенно Уэллер познакомился с постоянными посетителями. Среди них были продавцы, ремесленники, мелкие служащие и безработные. Сначала он не мог вытянуть из них что-нибудь интересное, но однажды вечером он свел знакомство с одним мужчиной, который рассказал о себе, что служит в банке. Слово за слово, и Уэллер упомянул, что живет в том самом доме, где таким ужасным образом погибла старая миссис Гэр. Банковский служащий тут же отреагировал:

– Старуха Гэр! Хотел бы я знать, кто унаследовал её состояние!

– Повидимому, она оставила после себя немного, - заметил Уэллер.

– Тут вы, определенно, ошибаетесь! Я был бы непрочь иметь даже десятую часть того, что должна была оставить после себя эта старая ведьма. Я никогда не забуду, как она пришла в наш банк, высыпала из огромного мешка деньги и попросила обменять их на новые купюры. Помню, я отсчитал ей тогда сорок тысяч долларов. Никогда прежде я не выдавал такую большую сумму на руки отдельным частным лицам. Она сунула эти деньги в мешок, как будто это были сорок центов. И зашагала прочь.

– Вероятно, она отдала все деньги своей племяннице, - быстро сказал Уэллер.

– Боже, что за история! Что сказал бы Баффингэм, если бы слышал это.

– Он сказал бы, что понятия не имел о том, как была богата эта старая ведьма.

Кистлер сделал паузу.
– Боже мой, - простонала я, - а я ещё считала себя хорошим детективом!

– Да. Но Уэллер оказался первоклассной ищейкой. Жаль, что он пошел по кривой дорожке. Его ожидала блестящая карьера в криминальной полиции!

– Ну, дальше, дальше!
– нетерпеливо потребовала я.

– Уэллер был, конечно, страшно взволнован. Но он опасался задавать дальнейшие вопросы. Он только сказал ещё этому служащему банка: - "А что говорят об этом другие?" - На что тот заявил: - "Об этом никто ничего не знает. Я ведь не сообщаю каждому встречному о таких банковских тайнах. Я даже жалел потом, что рассказал Баффингэму. Об этом знал ещё только один человек, но он умер. Когда я прочитал в газете о его смерти, мне стало легче. Возможно, вы тоже об этом читали - это тот самый Хендрикс, которого нашли застреленным. Он тоже всегда околачивался здесь, по соседству".

– Ходж, - воскликнула я, - ведь это фамилия того мужчины, которого я обнаружила на склоне за нашим домом!

– Верно.

– Следовательно, этот Хендрикс тоже знал, что в доме миссис Гэр спрятано так много денег! И Баффингэм, конечно, знал этого человека!

– Угадай-ка, в какой день Уэллер разговаривал с этим банковским служащим?

– Вероятно, в пятницу.

– Почти правильно! Но это было уже в четверг ночью. А мы ещё размышляли, следует ли сообщать Штрому о наших новостях!