Широкое течение
Шрифт:
сы, внезапно и со злостыо решил не разговаривать с ним.
Фома Прохорович, узнав о цели прихода Антипова,
строго посоветовал:
— Нет, ты расскажи ему, Антон, а вдруг из твоей за¬
теи толк выйдет? Ты, брат, этим не шути...
— Еще и премию отхватишь, чудак! — воскликнул
Гришоня.
В перерыв Антипов опять появился у печи и, выслу¬
шав сбивчивые объяснения нагревальщика, принужденно
улыбнулся.
— Опоздал ты несколько. Пойди на молоты, где
штампуют коленчатые валы, там печи именно так и уст¬
роены, как ты говоришь.
— Почему же здесь нельзя так?
— Заготовка ваша коротка, — разъяснил Антипов, бе¬
ря в руки металлическую болванку. — Нужно слишком
плотно класть трубы, чтобы она не соскальзывала, а это
уменьшит нагрев печи. И вообще неразумно. Так-то... По¬
думай о чем-нибудь другом, — снисходительно посовето:
вал он уходя.
Антон не обиделся на Антипова; он искренне позави¬
довал ему:
«Вот она, сила!.. Пришел, бросил небрежно два-три
слова, и нет меня. Да еще и улыбается при этом... А я пе¬
ред ним вроде мальчишки или щенка какого. Этим он и
Люсю покорил, независимостью, непринужденностью. Эх,
учиться надо идти, пока не поздно!..»
В столовой Безводов подозвал Антона к своему столу
и, пристально разглядывая его, проговорил:
— Як вам заходил вчера, стучал, стучал — никто не
ответил. Где ты был?
— В гостях у Алексея Кузьмича: вместе с завода еха¬
ли, зазвал к себе, честное слово.
— Я верю, — улыбнулся Безводов. — Что вы делали?
— Расспрашивал, почему я плохо работал вчера. Я
ему про печь свою объяснил в том смысле, чтобы пере¬
оборудовать ее малость. Ну, прислал он ко мне пижона
этого, Антипова. Говорили сейчас... Тот сказал, что все
это уже давно известно и рассуждаю я задним числом.
Ну и пошел он к чорту! — угрюмо закончил Антон.
— Вот почему ты тигром смотришь, — засмеялся Без¬
водов; рассмеялся и Антон, — словно молния в черной
туче, сверкнула белозубая улыбка, озаряя чумазое его ли¬
цо. — А ты думал, что тебя в гениальные изобретатели
сразу зачислят!
¦— Ничего я не думал.
— А вот это зря, — подхватил Володя. — Вместе с ру¬
ками заставь потрудиться и эту деталь, — постучал паль¬
цем по козырьку его кепки, — нечего ее жалеть, она не
только для кудрей предназначена...
Антон поспешно снял засаленную кепчонку, сунул ее
себе в колени.
— От кудрей остались одни воспоминания. А на что я
тебе понадобился вдруг?
— Не вдруг, — сказал Безводов, осторожно принимая
с подноса тарелку с борщом и ставя ее перед собой. —
С тех пор как ты приехал, мы ни разу не виделись- как
следует. После смены зайди за мной, Дарьин тоже зай¬
дет. Поговорим хоть. Может, в кино сходим после...
Вечером, когда Антон поднялся в комсомольское бю¬
ро, там играла музыка — Олег заводил патефон. Володя,
как всегда, сидел на своем месте за столом и что-то пи¬
сал. После дневного гула кузницы музыка действовала
освежающе. Антон стал выбирать пластинки и подклады-
вать их Олегу.
Оторвавшись от бумаг, Володя сделал знак Дарьину;
тот закрыл патефон, не проиграв всю пластинку, и пере¬
сел к столу. Они переглянулись, помолчали...
— Что же мы сидим? Опоздаем в кино, —• сказал Ан¬
тон и, не вызвав отклика, смущенно потоптался на месте.
— Подожди, обсудим один вопрос, — проронил Без-
водов и этим заставил Антона насторожиться.
— Какой вопрос?
— Твой, — сказал Дарьин резковато. — Садись.
Антон неуверенно сел и выжидающе застыл: он не¬
вольно ощутил приближение атаки и внутренне пригото-
ЕИЛСЯ к отпору.
— Я наблюдаю за тобой с первого дня твоего появ¬
ления в цехе, — заговорил Безводов, рывком откидывая
назад густой чуб. — Не нравишься ты мне все больше и
больше... Не таким я тебя знал. Ничто тебя не трогает,
кроме разве заработка: получить побольше, купить лиш¬
ний костюм, нарядиться — вот и вся твоя цель в жизни.
Газеты в руках не держал. Что делается в стране, в ми¬
ре,— для тебя покрыто мраком неизвестности, точно в
глухой тайге живешь. Обывательщина...
Володя сердился на себя за необходимость высказы¬
вать товарищу обидные слова, и от этого его голос зву¬
чал отчужденно, почти презрительно.
— А я другое скажу, — прервал его Дарьин и повер¬
нулся к Антону. — Довольно прятаться за спину Фомы
Прохоровича, греть руки у огня и гнать деньгу за его
счет, — бросал он отрывистым, беспощадным тоном, точ¬
но давал пощечину. — Стыдись! Пора самому за молот
вставать.
Антон был внешне спокоен, глаза опущены, только
брови смыкались то жалобно, то сердито. Это было как
бы продолжением вчерашнего разговора с Алексеем
Кузьмичом Фирсоновым.
— Вот как вы заговорили, — прошептал он с тру¬
дом. — За твоей славой, Олег, не угонишься. Надо кому-
то и у печи стоять.
— Моя слава невелика и останется при мне, я добы¬
вал ее горбом да вот этими руками. И пусть она тебя
не тревожит. Мы обсуждаем сейчас твою судьбу, твою
рабету.
— Какая там к чорту работа! — воскликнул Безводов
с неожиданной злостью и с шумом выдвинул и задвинул
ящик стола. — Его голова не тем загружена. Ухажером
возомнил себя... Ты думаешь, нужен ты ей, Люське Ко-