Чтение онлайн

Пока алхимик возился с анализами, а капитан сверлил взглядом почему-то именно старика, потихоньку сняла котел с подставки и вылила в большую бочку с утилизирующим составом. Жидкость уничтожала абсолютно все зелья, которые в нее попадали. Завершив свою маленькую миссию, столкнулась с двумя парами недовольно смотрящих на меня глаз. И если профессор, разочарованно вздохнув, вернулся к анализам, то вот Табурет вцепился в меня, как охотничья собака, узревшая дичь.

— Улики уничтожаете? — не сводя с меня взгляда вызверился дарх.

— Спасаю котел от ваших домогательств, а то вы и его когтями на прочность проверите, — оставаться в долгу не в моей природе.

— Я до тебя не домогался! — возмущение было таким искренним, что мне даже стало чуточку обидно.

— Да вы меня уже две недели преследуете и прессуете! Даже с родителями знакомиться притащили! — завидев, в проеме еще одного блохастого свидетеля скандала в компании со старшим Муресом, я решила отыграть жертву по полной программе.

— Что ты несешь? — впал в ступор капитан.

— Правду! Сначала уволили без оснований, потом в отравлении обвинили, задушить пытались и запугать! А когда ваши попытки привлечь мое внимание были проигнорированы — потребовали клятву и к себе в логово притащили! Теперь вот! Брюки пытались снять! — при этом я продемонстрировала шикарную дырку, оголяющую ногу с бледной кожей, и от всей души пародируя одну нежную эльфийку, радовала публику.

Последняя выглядела скорее замершей в ожидании надвигающейся катастрофы, лишь Агна с показной деловитостью возился с пробирками. Старший Мурес впечатлился моей тирадой настолько, что моментально удалился туда, откуда пришел, оставив шокированного оборотня занимать проем в одиночестве. Табурет все это время удивленно разглядывающий меня, наконец отмер, устало потер рукой лицо и резюмировал:

— Ты. Издеваешься.

Дальнейший ход беседы определил Агна, наконец с радостью к нам повернувшись и размахивая пробиркой в руке:

— Ты исцелен, Саарин! Зелье помогло!

— Ну, наконец-то хоть какие-то хорошие новости, — донеслось ироничное от двери, наконец привлекая внимание алхимика и капитана.

Старик приветствовал командира Калири, а вот до дарха, похоже, дошло. Все-таки он ужасно сообразительным Табуретом оказался. И мужчина опять посмотрел на меня с каким-то родительским осуждением. С таким набором воспитательных взглядов, пробирающих до самой совести, несмотря на ее отсутствие, должна признать, ректором он будет отличным. На адептов такое очень хорошо действует. Как хорошо, что у меня уже преподавательский статус.

— Я выполнила условия своей клятвы, капитан Мурес. Теперь очередь за вами, и я очень надеюсь вернуться в университет до ужина.

— Ты же понимаешь, что все здесь присутствующие знают, кто меня отравил? — с нехорошей усмешкой спросило свежеиспеченное начальство.

— Ваши обвинения не имеют под собой никаких доказательств, — совершенно спокойно парировала в ответ.

— Следуйте за командиром Калири, госпожа Сатор. Он проводит вас до телепорта, там дождетесь меня. Викраш, присмотри за моим новым ценным сотрудником, — слегка капая через слово сарказмом, распорядился капитан.

— А мои вещи?

— Доставят.

Пояснять кто и что, мне, конечно, не стали. Но в особняке действительно найдется пара работников, способных упаковать мой чемодан обратно. С этими мыслями и теперь самым отличным настроением я двинулась вслед за оборотнем. Блохастый своих взглядов не пересмотрел и двигался впереди, даже когда мы поднялись по лестнице и вышли в коридор. Сложилось впечатление, что бугай слегка пытается от меня сбежать. Его сильная нервозность просто разливалась в пространстве, а легкое подергивание головой лишь добавляло ощущение тревожности.

— Тяжелая ночь? — полюбопытствовала я, устав мучиться в догадках.

На меня мимолетно взглянули, как на неразумное дитя, и быстро отбрили желание задавать вопросы:

— Да. Много чаек, и все кричат.

Этого так просто высокой словесностью не проймешь, быстрее зубы пообломаешь. В начале знакомства он, конечно, реагировал, но уже понял с кем имеет дело. Стало грустно. Табурет оказался сообразительным, профессор наблюдательным, а оборотень хладнокровным. Так себе компания у меня на этой неделе, с другой стороны — все эти мои пируэты с представителями разведки чудом не закончились плачевно. Надо бы поумерить пыл и включить голову.

С этими светлыми мыслями мы пришли к залу телепорта и уже минут двадцать подпирали стены в молчании. Наконец в конце коридора показалась мужская фигура. Но, увы, не капитана, а какого-то из прислуги. Он деловито докатил чемодан, отдал его оборотню и удалился. На все мои возмущения по этому поводу, командир заявил, что давно не встречал особы так плохо знающей этикет и опрокинув мой багаж, буквально пнул в мою сторону! Последний с противным “фшшшш” пересек коридор и замер у меня под ногами.

— Да вы совсем страх потеряли! — вместе с моим гневным шипением по коридору разнеслись крики, вперемешку с грохотом.

— Жди здесь. Я проверю, — блохастый пинатель чемоданов тут же сорвался с места, не забыв напоследок добавить, — вытворишь что-нибудь — пришибу!

“Очень надо”, - мысленно послала в самый глубокий гномий тоннель оборотня и опустилась, чтобы нормально поставить багаж на колесики. Выпрямиться я успела, а вот понять, что произошло потребовалось время. Сложно так с ходу встать и в то же мгновение оказаться поднятой за горло в воздух, а через секунду впечатанной в стену. Осознание происходит уже когда отчаянно глотаешь воздух, как выброшенная на берег рыбка и смотришь в глаза существу, сошедшему со страниц справочника легендарных рас. Это такие, которые есть где-то на просторах нашего мира, но редко встречаются в реальной жизни. А фурия, держащая меня за шею, явно попадала в эту категорию. Мозг лихорадочно рассматривал крупную чешую на руках, переходящую в мелкую, а затем в плотную будто каучук серую кожу. От локтя до плечей торчали занимательные синие плавники, напоминающие водоросли. На шее красотки раздувались жабры, в такт пробегающему от одного угла темно-синего глаза к другому вертикальному зрачку. И эта женщина, несмотря на своеобразное происхождение, была действительно прекрасна. Жаль только вот, что она собралась меня убить. Даже брови из чешуек и эти плавники-водоросли во всех местах, где у людей волосы, никак мне не помогут. Сознание явно уплывает, раз в голову лезет такой бред.

— Мама, прекрати немедленно! — раздался откуда-то с боку чье-то рык.

Рука тут же разжалась, и я, как мешок картошки, рухнула вниз, больно ударившись. Пока кашляла и пыталась восстановить дыхание, разговор воспринимался какими-то отдельными словами на два голоса. Один был мужским, другой женским.

— Она! Трава! Комок!

— Мама! Порядок. Клоп.

— Хочешь пить?

— Нет. Потом тебе все объясню.

И вот последнюю фразу я, кажется, наконец смогла понять. Отвратительно воняло рыбой, и, подняв голову, обнаружила прямо перед собой змеиный хвост, переходящий в человека. Или женщину, переходящую в рыбье тело. Это смотря с какой стороны смотреть. Рядом с самым недовольным видом стоял капитан Мурес. Хорошо хоть они возвышались на расстоянии в пару метров и ко мне не наклонялись. Оба выжидающе пялились на одну несчастную преподавательницу зельеварения.

— Мама? — вырвалось вместе с какой-то нервной икотой.

— Саари, если она пыталась тебя убить, клянусь приливными духами, она не выйдет из этого дома! — категорично заявила фурия.

— Нет. Ничего смертельного мне не подмешали, — терпеливо ответил видимо уже в который раз дарх, — всего лишь глупая шутка от студентов.

— Капитан Мурес, а у вас есть чешуйки? — несмотря на непроходящую икоту и продолжающийся шок, я неожиданно заинтересовалась анатомией, полученной в результате такого нестандартного межрасового скрещивания.