Чтение онлайн

По замыслу архитектора, с пригорка должен был открываться великолепный вид на усадьбу — ухоженный парк, прудик с ввезенными контрабандно золотыми маркфуртскими рыбками, ровная, как стрела, подъездная аллея и двухэтажное здание в южном стиле в ее конце.

Стоя по щиколотку в болотной жиже и отмахиваясь от комаров, Марк Довилас ощупывал пространство, а устроившийся на относительно сухой кочке Ференц под его диктовку наносил пометки на расчерченный на квадраты план поместья.

— Джарвис! — крикнул Марк, приставив ладони ко рту на манер рупора. — Вперед на три метра!

Ференц свернул план, шагнул на соседнюю кочку, издавшую чмокающий звук, и оказался по пояс в зеленой покрытой ряской воде. Поверхность тут же подернулась серебристыми змейками магических разрядов, а Марк поспешил на помощь молодому коллеги. Выбравшись на сушу, Ференц первым делом проверил, не пострадал ли план.

— Чертова аномалия, — пожаловался он, стягивая сапоги и выливая из них воду. Марк хлопнул его по плечу и, сверившись с планом, осторожно двинулся в сторону замершей в ожидании фигурки Джарвиса. Старый маг взял на себя работу с полями, проявляя по требованию Марка то одни нити, то другие.

Маги закончили предварительные замеры к полудню. Корзина с едой, с утра казавшаяся чересчур большой, опустела с удивительной быстротой.

— Нашли что-нибудь интересное? — спросил Бенар, разглядывая испещренный непонятными для обычного человека значками и стрелками документ.

— Как вам сказать, — протянул Ференц, стягивая куртку, — с одной стороны, весь ваш Майердол — сплошной интерес. С другой стороны — оторопь берет, как вы живете с такой бомбой под боком.

— Меньше знаешь… — озвучил репортер первую половину известной Вендорской поговорки.

— …меньше паникуешь, — закончил за него Карел. — У вас интересные идиоматические обороты. Хотя их и трудно переводить на иностранные языки.

— Ты сказал, бомба, — напомнила Юлия.

— Поместье долго было без Защитника, — сказал Ференц. — При этом магическая энергия повела себя противно самой своей природе. Понимаете, она…

— Простите, господин Малло, но вы разговариваете с полным профаном в магии. Что есть Защитник? Это еще один узкоспециальный термин, который вы переводите на вендорский? Его смысл от меня ускользает. — Бенар перелистал несколько страниц в блокноте, отыскивая чистый лист.

Юлия перевела взгляд с Ференца, начавшего объяснять репортеру суть понятия, на профессора. Тот достал из корзины яблоко, стряхнул крошки от хлеба, надкусил. На Ференца маг смотрел с улыбкой, которая вначале показалась Юлии снисходительной, но потом она поняла: Марк Довилас гордится её братом, как гордятся лучшим учеником или ребенком, сделавшим первый шаг.

Сама она не очень вслушивалась. Полгода Ференц допоздна засиживался над бумагами, рисовал схемы и графики, зачеркивал, снова принимался рисовать, ездил по выходным в Ипсвик показывать наработки, возвращался с расчетами, испещренными пометками. В конечном итоге Юлия, которой брат зачитывал отрывки будущего доклада, стала разбираться в вопросе о возникновении Защитника не хуже самого Ференца.

Защитник — человек, в руках которого сосредоточена власть над землей и людьми. Этот человек чаще всего не обладал особыми способностями, но магия сама заключала его в защитный кокон, делая своим центром, живым узлом, гарантирующим устойчивость магических полей. Умирая, Защитник разрушал кокон, и энергия высвобождалась.

Века сменялись веками, люди утрачивали древние знания и приобретали новые, но традиции оставались живы: у постели умирающего хозяина должны дежурить наследник, священник и маг. Первый принимал власть и бремя Защитника, второй провожал душу в последний путь, а третий следил за магическими флуктуациями.

— У Защитника могло не оказаться наследников, — заметил Андрэ, стенографируя.

— В этом случае его энергия либо рассеется сама, либо маг её «схлопнет», — сказал Ференц. — Чаще всего срабатывает первый вариант.

— А что такое — «схлопнуть»?

Репортер сидел не так далеко от Юлии, и ей были видны его записи в блокноте, вперемешку с быстрыми карандашными зарисовками — поместье с зачерненными окнами и несколько раз перерисованной крышей, её собственный профиль, сделанный одной линией, виньетка из ромашек…

— Антинаучный жаргонизм, — сказала Юлия, бросив быстрый взгляд на профессора, но тот был занят яблоком и на её шпильку не отреагировал.

— Представьте мыльный пузырь, — подал голос Джарвис, — большой такой, а внутри — магическая энергия. Эффект от смерти Защитника сродни тому, как лопается этот пузырь. Все его содержимое немедленно выходит наружу. Некоторое время, впрочем, очень малое, магия способна хранить форму эээ… пузыря. Если её мало, как обычно бывает у разных мелких землевладельцев или хозяев предприятий, она рассеется в пространстве естественным образом. А если очень много — скажем… — Джарвис покосился на Марка, но тот сосредоточенно готовил черновики заклинаний и на старого мага даже не поднял глаз, — умирает король, представьте себе, какой может случиться взрыв. А маг способен направить поток магической энергии или вобрать его в себя. Напитаться им. «Схлопнуть».

— Правильно ли я понимаю, что от маленького поместья взрыв поменьше, чем от целого королевства? — спросил Бенар.

— В целом, верно, — кивнул Джарвис.

— О, ну, тут целый ряд параметров, — возразил Ференц. — В прошлом году выяснилось, что породить Защитника способные не только города или поместья. Мы нашли одного в оперном театре. Мне удалось определить необходимые условия возникновения Защитника. Правда, насколько они достаточны…

— Еще полгода усердного труда, — сказал Марк, выбрасывая огрызок в кусты, — и можете претендовать сразу на профессора.

— Если выживу, — вздохнул Ференц.

Юлия поднялась и отряхнула брюки.

— Я немного погуляю, — сказала она.

— Осторожней, девочка, — напутствовал её Джарвис.

— Не волнуйся, дядя, я вижу, куда не надо совать нос.

По ольтенским меркам Майердол был довольно большим поместьем, и, вероятно, очень красивым. Но время и разрушительная сила магии сделали свое дело.

Хозяйский дом некогда был весь увит диким виноградом и плющом, его окружала целая роща сиреневых кустов, но вся зелень погибла, а земля покрылась серым налетом. Липы, растущие вдоль парковых аллей, выжили, но магия искорежила стволы до неузнаваемости. Прокатившаяся по поместью магическая волна убила все живое, иссушая землю, а остаточная магия способствовала скорейшему разложению органики. Потом грунтовые воды снова напитали озерцо, превратив его в болото, рассадник мошкары и некрупных, но очень кусачих комаров. Время от времени по стоячей воде пробегали искры, набухали и бесшумно лопались пузыри. Кроме кровососущих насекомых никакой иной живности в Майердоле не наблюдалось. Непривычная тишина пугала.

— Простите мое занудство, — сказал Бенар, — но я хочу вернуться к бомбе.

— Майердол — магическая аномалия, — вздохнул Джарвис. — Удивительно, почему сюда можно свободно пройти. Ни тебе заградительного щита, ни тебе даже знака запрещающего. Когда я учился, нам говорили, что здесь полигон тайной магической полиции, но лет через десять после того, как я переехал в Ольтен, стали появляться вещицы из Майердола. Какой уж тут полигон…

— Знак стоит, — сказал Карел. — Вон там, на развилке, с той стороны дороги.