Шкет в кепке
Шрифт:
Андрей перевернулся на бок, внимательно посмотрел на Анастасию.
– Это было тогда…
– Я отцу тоже сказала – это было тогда.
Андрей встал и стал одеваться.
– Ты обиделся? – спросила Анастасия.
– Да… Вот из-за таких как твой отец и будоражатся умы людей. Зачем выдвигать абсурдные идеи и распространять их на миллионные аудитории.
– Отец говорит, что те, кто правят этим миром, сотни лет убивают тех, кто, по их мнению, представляет опасность. Он утверждает, что все русские цари были убиты – кого отравили, кого задушили, взорвали, расстреляли.
– Твой отец блаженный. Я это уже говорил.
– И на это мой отец ответил, что в мире есть тайные общества, в Америке каждый десятый является членом масонского общества. Кто устроил в России жуткий геноцид по отношению к русским, татарам, украинцам? Те, кто устраивает кровавые побоища, маскируется под революции. Так было во Франции, в России.
Анастасия слишком увлеклась, она услышала хлопок двери и осталась одна.
Она сама расстроилась из-за своей болтовни, потом решила, что завтра попросит у Андрея прощения и с этой легкой мыслью она уснула.
Андрей спустился к себе в квартиру, его квартира была сразу под квартирой Анастасии и имела абсолютно одинаковое расположение. Андрей тоже плюхнулся на диван и заснул, поставив будильник на двенадцать часов ночи.
В двенадцать его разбудил мелодичный звон. Андрей открыл глаза, немножко поле-жал, затем встал и прошел к кладовке.
Из кладовки он вытащил огромный ящик, перетащил его в спальню. Стал настраивать, отмерил от стены три шага и установил в отмеренном месте ящик, в котором был прибор, напоминающий кинопроектор, только кинопроектор был направлен в потолок, как раз в то место, где спал отец Анастасии.
Из ящика Андрей достал тяжелый костюм, покрытый свинцовыми пластинками и с трудом надел его.
После всех приготовлений, Андрей подключился к сети и невидимые лучи устремились в потолок…
…Утром Анастасия специально подгадала так, чтобы встретиться с Андреем на площадке. Они помирились.
– Куда пойдем?
– Пойдем выпьем кефира, голова немного гудит, – предложил Андрей.
Холодный кефир бальзамом расходился по телу.
– Отец спрашивал, почему это ты поселился у нас в подъезде?
– Подозрительный он у тебя.
– Отец говорит, что при загадочных обстоятельствах умерли историки, занимавшиеся темой искажения русской истории.
– Не знаю. Но ты явно хочешь оправдать своего отца. Мне горько тебе говорить, но еще раз повторюсь – такие как твой отец представляют серьезную угрозу демократии во всем мире.
– Отец говорит, что под лозунгами «демократии» мировая финансовая олигархия и масоны устанавливают новый мировой порядок, при котором народы будут как канарейки в клетках.
Андрей отставил стакан.
– Передай отцу, что я поселился у вас случайно и собираю материал для кандидатской работы.
Анастасия положила руку на ладонь Андрея:
– Давай дадим друг другу слово никогда на эту тему больше не говорить.
Андрей сжал ладонь Анастасии, и прижался к ней щекой.
Они расстались поздно вечером.
Андрей пришел к себе и, дождавшись двенадцати ночи, установил прибор, одел свинцовый костюм и луч снова устремился в потолок.
… Прошла неделя. Как-то Андрей вышел на площадку, Анастасия медленно спускалась вниз, ее глаза были полны слез.
– Что случилось? – тревожно спросил Андрей.
– С папой плохо. Его увезли вчера в больницу, а сегодня сказали диагноз – рак крови. Ему осталось совсем немного жить.
– О, господи! – Андрей взял Анастасию под руку. – Пойдем, я тебя провожу.
Прошел почти месяц, отец Анастасии умер. Его хоронили простые русские люди. Андрей на похороны не пошел. Он уезжал.
Когда он собрал вещи и вынес их к заказанной машине, у входа он встретил Анастасию. У нее под глазами были синие круги, горе исказило ее лицо, оно стало суровым и уже не девичьим.
Они смотрели друг на друга, Андрей пожал плечами и стал грузить вещи. Когда он взялся за большой ящик, Анастасия неожиданно положила руку на ящик и спросила:
– Что здесь?
Андрей растерялся, затем убрал руку Анастасии с ящика и сказал:
– Это не твое дело.
Он презрительно осмотрел Анастасию, Анастасия выдержала взгляд.
– Отец, умирая, просил узнать – есть ли у тебя большой ящик с прибором, похожим на кинопроектор. Отец сказал, что из этого прибора идут лучи, которые развивают у человека рак.
Андрей уже погрузился, он задержался у открытой двери и, пронзая Анастасию взглядом, ответил:
– Тебе лучше ничего не знать. Тех из рабов, которые прозревают, мы ликвидируем абсолютно безнаказанно в любой точке мира, вот уже сотни лет.
Анастасия протянула руки, пытаясь схватить Андрея, но он оттолкнул ее и захлопнул дверь. Машина тронулась, и Анастасия осталась одна, пыль, поднятая южным ветром, запорошила глаза, и она стояла и плакала, пытаясь разглядеть, хотя бы вдали, луч света, луч надежды…
Оружие, вещи и сердце драма
И сказал Ангел солдату:
«Оружие, вещи и сердце оставь на Земле…»
ОРУЖИЕ
Сирена взвыла в четыре часа утра. Через минуту из казарм и от офицерских домиков, словно горох, посыпались воины. Никто не знал боевая или учебная тревога. А действовать надо так как предписывает Устав.
Поступила вводная – танковый батальон выдвигается на огневой рубеж полигона. Уже легче, значит тревога учебная. Из боксов начали выдвигаться танки, их рёв распространялся на всю округу. Командир второй танковой роты Илья Костримов вывел свою роту на плацдарм перед боксами и танки выстроились в походный порядок за ротой его друга Фёдора Позднякова. Но почему-то у ворот базы началась толкучка, какой-то танк заглох, и весь батальон замер, неумолимо начала тикать секундная стрелка, нагоняя штрафные очки батальону. Никто не знал что делать, танки стояли так плотно, что невозможно было подъехать и оттащить заглохший танк.