Чтение онлайн

— Ешь! — И кукла принялась за еду.

— Чего ты хочешь? — спросила она, управившись с кусочком груши.

— Чтобы ты отлепилась от моей руки, — ответила Васелена.

Кончики губ колдуна повернулись от улыбки: в этот момент, со сведенными бровями, русалка была такой милой, что ему снова захотелось прижать ее к кровати, но он сдержался. Кукла Елены Прекрасной отлипла от руки русалки и спрыгнула на стол, подошла к блюду с ягодами и внаглую стала их уминать. Мужчина рассмеялся нахальству куклы, Васелена тоже улыбнулась.

Похититель девы выдохнул, взял себя в руки: поведение русалки удивляло его. Он ожидал обвинений, но ничего такого не последовало. Колдун озадаченно посмотрел на русалку и спросил:

— И ты даже не хочешь меня назвать мудаком?

Васелена недоуменно хлопнула глазами и с детской непосредственностью уточнила:

— А это кто? — И столько было невинности в ее вопросе, что мужчина подумал: «Какой же она еще ребенок… хотя ей семнадцать лет». Колдун понял, что он пропал.

Вопрос русалки остался без ответа, и похититель Васелены, собравшись с мыслями, спросил деловым тоном, не подразумевающим отказа:

— Пойдешь ко мне в ученицы?

— Я? — удивилась русалка.

— Ты, ты, красна девица. Но имей в виду, что будет тяжело.

— Я уже учусь в школе черных волхвов.

— А я не предлагаю тебе обучения на общих основаниях. Я зову тебя в личные ученицы. У меня уже двенадцать учеников, и со всеми я занимаюсь лично, пойдешь тринадцатой ученицей? В команде шесть девочек и шесть мальчиков.

Васелена в задумчивости натянула на себя покрывало тьмы. Колдун ждал ответа, и русалка наконец вышла из оцепенения, кое-что не укладывалось у нее в голове: это был второй мужчина, который не погиб от ее страсти — и не только остался жив, а еще наполнил ее. Африканский принц не в счет, она ему отдала частичку своей души, чтобы он выжил и покинул океан. Только Васелена вспомнила про него, как в душе поселилась тревога: что-то с ним происходило в этот момент. Русалка отогнала мрачные мысли и начала с любопытством рассматривать своего партнера: он даже не побледнел и глядел на нее насмешливо, снисходительно. Морская дева сама не поняла, как в него вкашилась.

— Пойду, отчего бы не пойти, — решилась Васелена.

— Вот и договорились. Твое первое задание — выкрасть из сада колдуньи аленький цветочек и продать купцу, у которого три дочери, и последнюю Марьей зовут. — Дав задание, колдун исчез из помещения, оставив девушку в полном смятении. Он переместился на берег моря, чтобы остудить голову, вошел по пояс в воду и поплыл. Колдун плавал пятнадцать минут, пока тело не успокоилось. Когда он вернулся, Васелена сосредоточенно смотрела на пляшущий на руке пепельный огонь. Мужчина знал такую стихию, ей владел Кощей: куда не поглядит — всё обратит в пепел или тлен.

Русалка зажала в ладошке пламя и вопросительно посмотрела на своего теперь учителя.

— Меня Волос зовут. В неформальной атмосфере можешь меня называть по имени. Но вернулся я не поэтому, остался один маленький штрих: я на всех учеников ставлю защиту.

— Что мне надо для этого сделать? — Девушка собралась моментально.

— Почти ничего, раздеться и довериться мне. — Васелена понимающе улыбнулась, сняла покрывало и ждала. Взгляд Волоса стал бесстрастным и сосредоточенным, в руке появилась баночка с краской молочно-золотого цвета и с оттенком цвета крови, в другой руке он держал кисть. Колдун обмакнул ее в краску и правда принялся за работу, отчего даже увидел в глазах девушки легкое разочарование. Однако Волос больше не собирался давать волю своему желанию, он должен крепко-накрепко привязать ученицу к себе. Изгибы ее тела манили, звали, но мужчина держался: она должна понять, что одна ночь ничего не значит, и ей придется добиваться его внимания, чтобы получить вторую и последующие ночи. Волос выполнял свою работу почти механически, без эмоций, покрывая тело Васелены слабо светящимися рунами.

Колдун завершил работу два часа спустя, нагая русалка спокойно стояла на полу, и Волос, взглянув ей в глаза, с легкой заботой в голосе сказал:

— Сейчас я активирую руны, и будет очень больно, так что тебе лучше лечь. — Васелена послушалась, устроилась поудобнее на мягких шкурах на ложе, и мужчина активировал руны. Девушка кричала, пока рунная вязь вплавлялась в ее тело. Смотреть, как она мучается от боли, Волосу было невыносимо, но это было нужно. Она билась в постели сутки, и это был не очень хороший знак, говорящий, что магия девушки сопротивляется вторжению чужой магии. Русалка рвано дышала, волосы слиплись от пота и крови, тело словно терзали тысячи хищников или вживую резали, местами были ожоги. Слияние защиты прошло тяжело, но главное, что оно состоялось.

Волос подошел к напитавшемуся кровью ложу и сказал:

— Прости, малышка, через это проходят все мои ученики, и это их второе испытание. Многие погибают. Но ты справилась и выжила, а мои ученики поставят тебя на ноги. — Волос взял со стола ракушку для связи и вызвал дива к себе в покои. Ученик вошел в комнату, поклонился наставнику в пояс, спросил:

— Чем могу быть полезен?

Пока див шел в покои колдуна, он передумал многое, под кожей поселился страх. Волос жестоко карает тех, кто позволил себе переступить черту. А он предал его, ослушавшись тогда, когда лиса привела зверей, чтобы они забрали девчонку. Почему-то он думал, что русалку у Волоса ничего хорошего не ждет, и где она сейчас — он не ведал, но собирался это выяснить. Если она в темнице, он поможет ей бежать. Запала ему эта девушка в душу. Но чтобы ей помочь, необходимо убедительно сыграть раскаяние в содеянном. Див немного помялся и всё-таки решился:

— Учитель, простите меня за предательство, я готов понести любое наказание, вплоть до смерти.

На лице колдуна не дрогнул ни один мускул, он ровно сказал:

— Это твое наказание. — И кивнул на измученную девушку, близко подошедшую к грани смерти. Волос с удовлетворением заметил, как в глазах юноши промелькнул страх.

Див русалку сразу узнал. «Боже, что я натворил», — подумал он.

— Если за неделю не поставишь ее на ноги, лишу всех магических сил. — С этими словами чародей испарился, а див прошел к постели и, увидев, насколько она напиталась кровью, покачал головой. Он поднял Васелену на руки, с неудовольствием и сожалением отметив, что лицо девушки осунулось, и тело потеряло в весе.

Див отнес русалку в ванную, обмыл, укутал в ее покрывало тьмы, а затем позвал слуг, чтобы они сменили постельное белье. Он немного успокоился, когда увидел на теле Васелены руны. Девушка тихо стонала от боли, и юноша, закусив губу, сказал:

— Потерпи немного, я сейчас сварю обезболивающий отвар. — Он бросил взгляд на стену с засушенными травами. Подойдя к ней, снял необходимые целебные растения и приступил к приготовлению снадобья. Первым делом он сходил за ключевой водой, принес ее в ведре в комнату. Потом достал из шкафа чугунную кастрюлю, налил воды, подошел к печи и развел в ней огонь, отправил в ее зев посуду, вернулся к столу и занялся нарезкой корений, трав, соцветий. Когда вода закипела, он достал ухватом кастрюлю, отнес на стол и высыпал в нее измельченные травы. Затем вернул посуду на огонь и стал ждать. Див присел на кровать, девушка была синюшной, лицо искривила гримаса боли.

— Воды, — попросила она едва слышно. Див соскочил, налил воду в кружку и поднес девушке, та жадно принялась пить.

Наконец снадобье было готово, и «лекарь» напоил свою пациентку. Она заснула. Теперь девушка равномерно дышала, грудь красиво вздымалась под покрывалом тьмы, которое прямо на глазах истончалось. Див моргнул, но картинка не изменилась: Васелена словно поглощала тьму, и вскоре морская дева открыла ясные очи. Из глаз русалки смотрела смерть. Див поежился и тихо попросил:

— Ты можешь так не смотреть? — Русалка медленно покачала головой, спустила ноги на пол, он был теплым. Смерть тихо урчала где-то в груди, Васелена осторожно поднялась, а див покраснел и отвернулся: девушка снова была совершенно обнажена.

— Что отворачиваешься? Разве я не хороша? Не пригожа?

Волчий сглотнул и ответил:

— Хороша и пригожа.

— Почему ты тогда не хочешь глядеть на меня? — спросила русалка. Див услышал, как Васелена шагнула к нему, а вскоре и ощутил, как дева обняла его со спины. Все мышцы мужчины окаменели. Русалка лицом потерлась о его одежду, и он напряженно сглотнул, попросив приглушенно:

— Оденься, пожалуйста!

Океанская дева рассмеялась серебряным смехом. Юноша поежился: в ее смехе почудился голос смерти, от русалки веяло Навью. Она тихо отступила, накинула на себя покрывало, вышитое звездами и луной, и сказала: