Чтение онлайн

Напарник, которому он отдал приказ, бросился вперед, попытавшись схватить Тайли за волосы, но та легко ушла от захвата.

— Сучка! — выругался преступник и, недолго думая, ударил ее кулаком в лицо.

Молодецкий хук, который вырубил бы взрослого мужчину, врезался ей в челюсть. Голова Тайли мотнулась в сторону, а Марта в ужасе замычала, решив, что ее подругу сейчас прибьют.

Но уже через мгновение, Тайли снова смотрела на своего противника. Воспользовавшись его ошеломленностью, она левой рукой ударила человека в живот. Охнув, тот согнулся, и Тайли правой рукой с размаху ударила его кулаком в челюсть. Теперь его голова мотнулась в сторону, изо рта вылетели зубы, слюни и кровь. Бандит рухнул на асфальт, как подкошенный.

Оскалившись, главарь вытащил нож — огромный добротный боевой нож производства Медианского Содружества, из композитной стали, с мономолекулярной заточкой и рукояткой из черного пластика, с петлей, которую можно накинуть на запястье. Раз огнестрельное оружие было запрещено, Содружество продавало современные реплики средневековых изделий — ножи, мечи, топоры, копья, луки, арбалеты и так далее отличались от аналогов местного производства более качественными материалами, большей остротой и меньшим весом. Бандит, собиравшийся порезать Тайли, где-то разжился как раз таким оружием.

Он взмахнул ножом, собираясь резануть суккубу, но Тайли с легкостью отбила его руку в сторону. Ответным ударом она полоснула мерзавца по груди растопыренной пятерней, выпустив трехсантиметровые когти. Брызнула кровь, человек завизжал от боли, и упал на асфальт, выронив нож и схватившись обеими руками за грудь. Его серая футболка стремительно пропитывалась кровью из пяти страшных и глубоких рваных ран.

Тайли перешагнула через него, и перед двумя оставшимися бандитами предстала страшная картина, как человеческая, казалось бы, девушка на ходу превращается в чудовище — злобная улыбка превратилась в зубастый оскал, глаза горели жутким желтым светом, на голове выросли рожки, а девичьи ладошки превратились в когтистые лапы.

— Ну, нахер! — воскликнул бандит, державший Марту за ноги.

Бросив свою ношу, он кинулся бежать. Демон злобно усмехнулась, и подняла руку, направив раскрытую ладонь ему вслед. Вспышка! И в спину убегающему бандиту врезался искрящийся сгусток зеленой энергии, от чего тот вскрикнул и забился в конвульсиях, будто его ударило током. Упав на землю, он замер неподвижно, и только стонал, а с его тлеющей одежды поднимался вонючий дым.

Последний бандит все еще держал Марту захватом за горло. Поняв, что бежать бесполезно, он второй рукой вытащил свой нож, обычный раскладной, который любит каждый гопник, и приставил его к горлу жертвы.

— Стой, сука! Клянусь, еще шаг, и я ей горло перережу!

Чудовище сделало неуловимое движение рукой, и перед глазами человека все поплыло, на него словно накатилась сонливость, веки стали тяжелыми, а все тело вялым. Заморгав, он попытался прогнать наваждение.

Но очнулся от страшной боли — суккуба уже была рядом и, схватив его за запястье с ножом, с хрустом выкрутила руку, выламывая локтевой сустав. Бандит выпустил и нож, и Марту, которая в слезах шлепнулась на задницу. Второй рукой Тайли схватила мерзавца за грудки, и швырнула на асфальт. Снова раздался крик, перекрывший хруст ломающихся костей, и теперь все пятеро бандитов были повержены.

Теперь Тайли заколебалась. В отряде Венди по отношению к подобным уродам всегда существовал только одно правило — убей.

— Помни, ублюдок, которого ты не убила сегодня, завтра нападет на кого-то другого, кто уже не сможет защитить себя.

Но, в то же время, полученные приказы напрямую запрещали убивать без острой нужды — операция федералов будет поставлена под угрозу, если ее оперативники привлекут внимание Защитников, нарушив городской закон. Ярость все еще клокотала в груди Тайли, но воспоминания о болезненных шлепках по заднице, которыми Венди награждала ее за непослушание, немного отрезвляли суккубу.

После нескольких секунд колебаний, Тайли нашла решение возникшего противоречия. Гадко ухмыляясь, она шагнула к стонущим поверженным противникам.

— Нет! Нет! Не подходи! — завизжал ближайший из бандитов.

Не слушая его вопли, Тайли схватила мерзавца, перевернула на живот, и ударами когтистой лапы разорвала человеку подколенные сухожилия обеих ног. Затем, переходя от одного бандита к другому, она с каждым повторила эту жуткую хирургическую операцию, превращая здоровых мужчин в калек, которые отныне с трудом смогут ковылять, и уже никогда ни на кого не смогут напасть. Весь квартал оглашали отчаянные крики ужаса и боли, но на помощь бандитам никто не придет — в Серой Зоне только самоубийца спешит узнать, кто кричит в темном переулке, а полицейских, скорее всего, нет во всем районе.

Марта в ужасе сидела на земле. Тело девушки не слушалось, она даже не могла заткнуть уши, чтобы не слышать ужасных воплей людей, которых живьем рвет демон. Она могла только смотреть, поскуливая от страха, как Тайли с наслаждением делает свое страшное дело. Лицо ее подруги превратилось в гримасу злобной радости — оскал острых зубов растянулся в жуткую улыбку, а в глазах плясали огоньки веселой ярости.

Закончив свое страшное дело, Тайли вспомнила про Марту. Ярость на ее лице мгновенно сменилась выражением озабоченности, и суккуба подскочила к человеческой девушке, все еще сидящей на земле.

— Марта! Ты как, в порядке?

— Т-т-т-т-тайли. — заикаясь от ужаса, произнесла девушка, стараясь отрешиться от стонов покалеченных людей.

— Ты ранена? Дай я тебя осмотрю!

— Я-я. не ранена. — смогла выдавить из себя Марта.

— Это хорошо. Давай, нам нужно уходить, пока кто-нибудь все же не явился посмотреть, что тут происходит. Возможно, кто-нибудь из тех, кто слышал вопли, уже вызвал сюда полицию! Я принесла твою сумочку — бери ее, и пойдем. Вот, я помогу тебе подняться.

И Тайли беззаботно протянула холодеющей от ужаса Марте окровавленную ладонь.

Шаан полной грудью вдохнула прохладный ночной воздух. Гулять по Экспо им с Кейном в конце концов надоело, и наги решили направиться к выходу. Теперь шумный и светлый мир развлечений и отдыха остался позади, а впереди освещенная фонарями улица уходила в темноту, в которой мерцали огоньки жилых домов.

Рядом раздались восхищенные охи и ахи. Шаан повернула голову и с неудовольствием отметила, что небольшая толпа молодежи собралась у витрины одного из магазинов бытовой техники, глядя на большой демонстрационный телевизор, где крутили очередные Голодные Игры. Там снова проходили рискованные соревнования, где спортсмены соревновались не только друг с другом, но и с хищниками, и вполне реальным образом могли стать обедом в случае, если будут бежать слишком медленно или, вдруг, споткнутся. Молодые парни и девушки, люди, кролики, и различные другие виды Зеленых следили за происходящим затаив дыхание, девушки тихонько вскрикивали в особенно острые моменты. Анаконда ощущала исходящий от них запах возбуждения и страха — и раздражалась.

Виктимное поведение , — вспомнила Шаан слова специалистов-психологов, которые готовили ее к этому заданию и объясняли некоторые из основ местного общества. — В каждое живое существо заложен определенный набор инстинктов, связанный с выживанием. В добыче это природный страх перед хищниками, страх быть съеденными. Но он же приводит к выбросу адреналина в момент опасности, выжимает из организма все возможные резервы, когда необходимо сделать все ради своего спасения. Затем, после того, как опасность миновала, наступает релаксация, выброс эндорфинов — облегчение, нездоровый истеричный смех и другие подобные симптомы. В окружении цивилизованной жизни местные Зеленые растут в относительной безопасности, поэтому возникает необходимость в замещении настоящих стрессов искусственными — примерно так развивается адреналиновая зависимость, когда люди в нашем мире начинают заниматься какими-нибудь опасными развлечениями вроде прыжков с парашютом, альпинизма и другого экстрима. Так девушки с интересом смотрят на драку парней, замещая потребность переживать настоящие опасные приключения различными зрелищами .