Чтение онлайн

Он сунул в рот два пальца и громко свистнул, и по его сигналу цветущие лианы раздвинулись, словно занавес. За ними оказался «Веселый Роджер», втиснутый между двумя палисандровыми деревьями, знаменитый корабль Крюка, лихой, изящный, похожий по форме на драконий хвост, с черным корпусом с высокими бортами, семью кроваво-красными парусами и флагом с черепом и костями.

По крайней мере, так было раньше.

Потому что на вершинах деревьев сидели двое светловолосых мальчишек-подростков, один постарше, другой помладше, в оранжевых саронгах и с медальонами в виде золотых солнц, сиявшими вдвое ярче, чем серебряные звезды Пропавших мальчишек. Еще несколько Пропавших трудились на палубе: перекрашивали корабль в зеленый цвет, поднимали новые зеленые паруса с силуэтами головы Питера, укрепляли на форштевне [7] бронзовый бюст Питера.

Крюк схватился за сердце, словно его ударили ножом.

– Я отправляюсь в путешествие, – объяснил Пэн. – И у меня нет времени сейчас с тобой драться, Джеймс.

Ботик нахмурился. И Пропавшие мальчишки – тоже. Вот такого они точно никогда не слышали.

– В путешествие? Но… но это же Крюк! И мы доставили его тебе, как рождественского поросенка! – недоверчиво проговорил Ботик. – Что за путешествие такое?

– Совершенно секретное, конечно же, – протянул Питер, подмигивая двоим золотым мальчикам на корабле. Те в ответ едва заметно кивнули. Ботик открыл было рот, чтобы возразить, но Питер уже встал с трона. – А Крюка я убью потом, если и когда вернусь…

– Если? – вскричал Ботик.

– …и вот тогда точно состоится старая добрая битва Крюка против Пэна, как уже было тысячу лет, и исход тоже будет прежним, – сказал Питер, забираясь на дерево. – Ну а пока посадите Крюка с его дружками в Пещеру Каннибалов и скажите Луото Бахти, что без моего приказа их убивать нельзя. Но вот если они лишатся пальца или там ступни… А, вот еще что: думаю, они сюда добрались не вплавь, так что отправьте на разведку фею, чтобы узнать, где спрятан новый корабль Крюка. Команду тоже посадите в Пещеру Каннибалов. И хватит уже лыбиться, Ботик, а то я и тебя с ними туда брошу.

Питер забрался по веткам и запрыгнул на корабль. Кто-то из мальчишек тем временем закрасил название «ВЕСЕЛЫЙ РОДЖЕР» и вместо него написал…

МОГУЧИЙ ПЭН

Аладдин и Кима покосились на Крюка – тот стал еще бледнее обычного, – а потом их всех связали одной веревкой. Никакого Пэна они не разозлят, никакую тень не убьют, и команда, которая сбежала из школы в поисках славы, не добьется победы. Ботик и Потерянные мальчишки увели троих пленных обратно в джунгли; Крюк обернулся и увидел, как прилетела целая стая фей. Они осыпали старого «Веселого Роджера» блестящей пыльцой, корабль взлетел и направился к морю. Корабль его отца и отца его отца, который сейчас оказался в руках Пэна. Джеймс покраснел от стыда, жажду мести полностью вытеснило унижение.

Но даже не это больше всего беспокоило Крюка. И не то, что его самого и его друзей ведут на смерть.

Нет, больше всего Крюка напугали те два мальчика, украшенные золотыми солнцами.

Он знал этих мальчиков.

Это братья, с которыми он познакомился в тюрьме Монровия.

Братья Садеры.

Ясновидящие, которые когда-то спасли Крюка со дна моря – а теперь собираются куда-то плыть с его смертельным врагом.

Почему они здесь?

Что они увидели, что заставило их предать Крюка?

И что у них за общее будущее с Питером Пэном?

Ибо если Пэн считает, что это будущее – ценнее, чем смерть вечного врага…

У Крюка похолодело в животе.

Значит, это очень мрачное будущее.

Один Директор школы вместо двух.

Вот что предсказали Садеры.

Что умрет один из братьев.

Райан или Рафаль.

«И это буду не я», – думал Рафаль, стоя у окна в башне Директоров и окидывая взглядом Школу Добра и Зла, освещенную полумесяцем.

Он больше не мог доверять брату. Это очевидно. То, что произошло с Вулканом и Крюком, напугало Рафаля – брат на удивление легко был готов бросить Рафаля ради дружбы с очередным незнакомцем, предать родную кровь. Вполне логичным будет предположить, что Райан в конце концов зайдет дальше и вообще избавится от Рафаля. Пророчество сбудется, причем не в пользу Рафаля. Вот зачем Рафаль хотел заполучить читателя: чтобы защитить себя… чтобы найти союзника, которого не сможет испортить брат… чтобы верный солдат прикрыл его от пророчества. Но ошибка с Арабеллой испугала его. Лучше отказаться от плана и вернуть прежние чувства к брату, каким бы ни был риск. Забыть о пророчестве. «Убить» брата добротой и верностью. Любовь ведь может изменить ход судьбы. В этом мире любовь всегда побеждает.

«Но ведь так рассуждает Добро», – понял Рафаль.

А Райан – не добрый. Как бы им ни притворялся.

И именно поэтому, когда Рафаль отказался от плана похитить читателя, Райан нашел читателя для себя.

Мидаса.

Райан хотел, чтобы мальчик стал всегдашником. Для чего – Рафаль не совсем понимал. Но, судя по тому, что произошло с Вулканом и Крюком… это все явно не к добру.

Только вот на этот раз случился неожиданный поворот.

Рафаль, как и его брат, тоже заглянул в душу мальчика. В тот момент, когда прижал его к дереву, когда поймал его гневный взгляд. Там, где Райан увидел уверенность в себе, Рафаль увидел что-то другое. Что-то, что заставило и Рафаля заинтересоваться Мидасом.

Оба Директора школы выбрали себе одного и того же читателя.

Райан, конечно же, об этом не знал.

Пока что Рафаль позволил ему забрать мальчика к себе в Школу.

На лестнице послышались шаги.

– Я попросил зачарованную кастрюлю приготовить твои любимые, – сказал Райан, входя в комнату с кружкой сандалового чая и тарелкой сэндвичей. – С огурцом, сливочным маслом и специями.

– Это твои любимые, – ответил Рафаль, стоя у окна.

– А твои что, нет?

– Нет, я люблю с кресс-салатом и яйцами. Ты так носишься со своим новым учеником, что вообще забыл обо мне.

Райан похолодел:

– Неправда…

– Как дела у Мидаса? – спросил Рафаль. Насчет сэндвичей он соврал. Он действительно больше всего любил сэндвичи с огурцом, сливочным маслом и специями. Но пора уже отомстить брату за все его игры.

– Учится пять дней, всегдашники постепенно его принимают, – ответил Добрый Директор, быстро ставя кружку и тарелку на стол. – Сначала они его дразнили за то, что он из неволшебной страны, – ну, знаешь, обычные подколки по поводу того, что его превратят в тритона или в артишок. Но потом он начал побеждать их на зачетах. Возможно, он станет нашим лучшим учеником. Твой декан Хамбург, кстати, недоволен. Он написал мне докладную записку, в которой заявил, что не одаренный магией читатель, учащийся в школе, – это отвратительная мерзость и он обязательно доведет это до твоего сведения. Я написал ему, что это была твоя идея.

Рафаль не заглотил наживку:

– А Мидас доволен? Не пытается сбежать?

– В первую ночь попытался, но быстро понял, что в Лесу живут жуткие существа, которые могут легко его съесть, а если он будет плохо учиться, то и в школе долго не проживет. А я убеждаю его, что его место именно здесь. Ну, знаешь, нахожу время, чтобы поговорить с ним.

«Еще бы ты не нашел», – подумал Рафаль. Он дохромал до своего стола и присел. Он попытался использовать заклинание, чтобы заживить ногу, которую сломал, когда врезался в барьер Гавальдона, но оно не сработало. Его магия теперь так же уязвима, как и его тело. Он мог бы попросить Хамбурга срастить кость… но Хамбургу, учитывая все последние события, тоже доверять не стоило, так что чем меньше декан знает о его состоянии, тем лучше.