Чтение онлайн

– Но… Но мы же пришли сюда, чтобы спасти Софи от него!

– И вы должны сделать это. Но это станет нелегкой задачей, – кивнула Ума. – Поцелуй Софи мог лишь вернуть Директора к жизни, но силу ему придает кольцо, надетое на палец его королевы. И пока Софи носит это кольцо, Директор остается бессмертным. Но все же это наваждение можно разрушить. Можно найти способ уничтожить Директора раз и навсегда. Вы – наша единственная надежда. – Голос Умы окреп, зазвенел. – Вы должны убедить Софи уничтожить кольцо Директора, причем сделать это собственоручно. Убедите Софи уничтожить кольцо – и вместе с ним навсегда исчезнет сам Директор школы.

Агата все еще была как в тумане.

– Только будьте осторожны, – добавила Ума. – Пока вы станете искать способ написать свое окончание «Сказки о Софи и Агате», Директор тоже будет искать способ закончить ее по-своему.

Тедрос заметил, что Агата смотрит в небо и уже не слушает принцессу Уму.

– И какое же окончание он хочет написать? – спросил он.

– Появление волка и великана не случайность, – мрачно сказала Ума. – Приближается война, сын короля Артура. И пока Софи носит на пальце кольцо Директора, все Добро находится в смертельной опасности. Либо вы с Агатой сумеете вновь склонить Софи на сторону Добра, либо Добро – в том виде, в каком мы его знаем, – исчезнет навсегда. Вот какое окончание сказки хочет написать Директор школы.

В висках Агаты бешено стучала кровь.

Когда-то они с Софи убили жуткого злодея, который их разлучил.

Теперь ее лучшая подруга отдала этому злодею свое сердце.

– Но Директор школы – воплощение Зла. И Софи знает об этом… А сама Софи больше не злая, – с трудом проговорила Агата, глядя на учительницу. – Как она могла захотеть связать с ним свою жизнь?!

– По той же причине, по которой решили связать свои жизни вы с принцем, – грустно улыбнулась Ума. – Чтобы быть счастливой.

Легким движением руки принцесса Ума погасила светлячков и поспешила вниз по склону холма, к темнеющему впереди лесу.

– Шире шаг, всегдашники! – позвала она, подцепляя на ходу еще пару могильных червей. – До школы два дня пути, и нам нужно найти Софи раньше, чем они вас обнаружат.

– «Они» – это кто? – спросил Тедрос, спеша вслед за Умой.

– Как это «кто»? – бросила через плечо принцесса Ума. – Те, кто еще недавно лежал в этих могилах.

Рафал никогда не ночевал в ее комнате, поэтому Софи первой увидела, что волшебное перо ожило и принялось писать. Случилось это на заре.

К тому времени Софи уже шестой день болела. Болезнь настигла ее сразу после того, как она приняла кольцо Директора. Лихорадка приковала девушку к постели. Здесь, завернувшись в одеяла, Софи часто думала о Тедросе и Агате, представляла себе, как они гуляют по Гавальдону в свое удовольствие, покупают кексы в кондитерской лавке (Софи хотелось надеяться, что от этих кексов Тедроса разнесет как борова) или торчат у озера (чтоб он в нем утонул, этот жирный Тедрос!). А она, Софи, сидит тем временем взаперти в этой башне, чихает и дрожит, как какая-нибудь сопливая Рапунцель, которую никто не любит, потому что она до безобразия никчемная и скучная девица.

– Ты говорил… что я… могу взглянуть на… школу, – сказала этим утром Софи, зябко кутаясь в одеяло. – Мне хочется увидеть… Эстер… Анадиль…

– Ага, и заразить их, – ехидно закончил за нее Рафал, накидывая ей на плечи еще одно одеяло.

Софи, конечно, могла бы ответить колкостью на колкость, но не стала – ее трогало внимание, с каким относился к ней Рафал. Днем он почти не отходил от своей королевы – прикладывал ей ко лбу влажное холодное полотенце, кормил с ложечки крепким бульоном, приносил свежие ночные рубашки, чтобы могла переодеться, когда потела, стойко выслушивал ее бесконечную болтовню о Тедросе и Агате, о том, как им, наверное, трудно быть вместе, особенно Тедросу, потому что Агата ревнива как кошка и наверняка то и дело пилит, пилит, пилит своего принца. Вскоре Софи начала бояться ночной поры, когда Рафал уходил к себе и она оставалась одна. Точно так же в свое время она боялась, что Рафал может вернуться к ней среди ночи. Софи стало приятно ощущать прикосновение холодных рук Рафала к ее горящей в лихорадке коже, слышать его мелодичный голос, который так хорошо успокаивал ее после ночных кошмаров.

Короче говоря, сама того не ожидая, она все сильнее привязывалась к юному Директору, и он, замечая это, нежно смотрел на Софи и улыбался ей.

Лихорадка по-прежнему не отпускала Софи, и ее ночные кошмары продолжались. Сегодня, например, ей снился туннель – угольно-черный, с сияющим на его дальнем конце пятном света. Туннель перегораживало подвешенное в воздухе громадное золотое кольцо с направленными к его центру острыми, как бритвы, зубами. Кольцо вращалось в воздухе, не давая Софи пройти дальше. Чем ближе она подходила, тем быстрее начинало вращаться кольцо, и вот его острые зубы уже слились в сверкающий диск, на поверхности которого Софи увидела отражение лица, но не своего. Этого лица она никогда прежде не видела.

Лицо было мужским, с всклокоченными темно-каштановыми волосами, морщинистой задубелой кожей и длинным крючковатым носом. Оно притягивало Софи к себе как магнит, она наклонялась к нему все ближе и ближе… А затем на лице внезапно открылись большие, темные, налитые кровью глаза и появилась дикая, зловещая ухмылка…

Откуда-то протянулись руки и потащили Софи прямо в бешено вращающиеся острые зубы кольца.

И тут она с криком проснулась.

Девушка неподвижно лежала, съежившись под одеялом, и ее не оставляло ощущение, что кроме нее в комнате есть еще кто-то. И этот кто-то негромко шуршит – звук был таким, словно невидимая кошка точит обо что-то свои когти.

Софи, осторожно повернув голову, огляделась в слабо освещенной предутренним светом комнате. И вздохнула с облегчением, обнаружив, что здесь никого нет, только вращается что-то длинное, тускло отсвечивающее сталью. Веретено? Да, этот предмет был похож на веретено – но откуда оно здесь? Веретено – это из другой сказки, про Спящую Красавицу, но та глупенькая принцесса давным-давно укололась и теперь спит непробудным сном, если еще не умерла от старости. Но Софи-то не Спящая Красавица, чего ей веретена бояться?

Она осторожно выбралась из постели, подошла ближе к тому, что ей показалось похожим на веретено, и тряхнула головой, не веря своим глазам. Нет, это было не веретено – это было перо Сториан, долгое время провисевшее неподвижно над последней страницей со словом «Коне…», оно ожило и теперь… писало. Да, оно писало!

«Как странно», – подумала Софи. С тех пор как она надела на палец кольцо Директора школы, перо ни разу не шелохнулось, и это означало, что Сториан раздумывает не над тем, как закончить историю Софи. Но в таком случае…

Кровь бешено застучала в висках Софи.

Плотнее завернувшись в одеяло, она осторожно, на цыпочках – чтобы не спугнуть перо – подошла еще ближе.

Теперь она увидела, что перо, оказывается, не пишет, а вымарывает строчки из раскрытой перед ним книги – букву за буквой, слово за словом, пока не исчезло недописанное «Коне…». Затем кончик пера налился красным светом, опустился на страницу и принялся стремительно рисовать. Перед глазами Софи замелькали странные картины – стена изумрудно-зеленого пламени… Стражники в черных масках… Чудовищные волк и великан… И, наконец, густая зеленая лесная поросль.