Чтение онлайн

Сенаторы выслушали его и попросили минуту, чтобы обсудить услышанное.

Таруло и Мойек отошли чуть подальше, ближе к центру зала. Таруло огляделся вокруг.

– Впервые в подобном месте? – спросил его гайларианец.

Лонур в ответ мотнул головой.

– Нет. В этом зале просто убрали лишний инвентарь. Ты меня заинтересовал, когда позвал меня именно сюда, но не ожидал чего-то подобного.

– Мы все в шоке. Когда прилетевшие с Астры исследователи сказали мне по комлинку про «лиловый» код, мне только и оставалось, что следовать по протоколу. То есть просто приехать на место, где стоял их челнок, чтобы разбираться с мальчишкой. Благо, у меня был знакомый в ботаническом саду, чтобы сбагрить его хоть куда-то.

На этой ноте гайларианец уставился в пол. Лонур ощутил в нём волну виноватости.

– Коришь себя мыслью «Почему именно я?» – предположил психолог.

– Пожалуйста, не лезь ко мне в голову. Ты ещё не на работе.

Совет наконец закончил обсуждение и мужчин подозвали обратно.

– Мы дадим вам полгода. – сказал лайтораклианский гуманоид, – Пока мальчик будет жить в ботаническом вивариуме мы позаботимся, чтобы вас никто не беспокоил. А ваша задача, мсье Таруло, попробовать превратить астрийца в кого-то, осознающего действительность. Если за полгода не будет результатов… – он вздохнул, – Значит будем решать проблему по-другому.

– Значит решено. – кивнула рилсанка своей маленькой головкой и достала из-под крыла-пазухи печать, – Мсье Таруло Эскорид, вы назначаетесь психологом безымянного, пока что безымянного… – поправила она саму себя, – пациента из вивариума. Мы назовём это дело «Эксперимент 604».

Мойек кивнул. Всех это устроило. Бисарку протянул документ на подпись психологу:

– Мистер Таруло, вы не против поработать над, так сказать, секретным проектом?

Таруло взглянул на Мойека ещё раз.

– Пожалуй. – улыбнулся лонур. Про то, что ему не в первой работать с «секретами» он предпочёл умолчать.

Таруло пришлось только подписать бумагу о получении денежных средств за работу над неназванным проектом, которому не разрешено разглашаться в течении неопределённого времени. Очень удобная была форма, которая оберегала многих пострадавших от лишних глаз и ушей. Совет пожелал Таруло и Мойеку счастливого дня и на этом они разошлись.

Когда мужчины наконец вышли из зала Совета и пошли по коридору, они положили за пазуху своих деловых костюмов законные бумаги.

– Если честно не ожидал, что сегодня с утра я окажусь в зале Совета.

– Прости. – Мойек опустил взгляд, – Я сам у них не так часто бываю, поэтому не знал, как они отреагируют, если рядом не будешь стоять ты.

– Я? – удивился лонур, – Ты преувеличиваешь.

– Наоборот. Ты самый лучший детский психолог Пасадора. Их бы это сразу натолкнуло на мысль, что нужно воспользоваться случаем.

– Тебе повезло, что я не обидчивый. – сказал он, будто себе под нос, но чётко, чтобы Мойек слышал. Он понимал причину, но ему не нравилось, что его использовали в качестве рычага давления.

– Когда нас оповестили о том, что лаборанты просто взяли и привезли мальчика с дикой планеты, с той самой планеты откуда чтобы привезти образцы растений нужно разрешений около сотни, я был мягко говоря в шоке. А ты… – он посмотрел на непроницаемое лицо лонура, – … Как вижу, тебе не в первой.

– Если ты про «не в первой работать с секретным пациентом», то да. Я слишком много детей повидал за свою карьеру. Мне стоит беспокоиться?

– Ты про то, что мальчик может быть опасен? Вряд ли. Судя по тому, что лаборанты мне прислали об астрийцах, эта раса больше предпочитает убегать, а не нападать, – он нажал на браслетик-комлинк на своей руке из него перед ним высветился сенсорный циферблат, – Когда готов приступать?

– Сегодня. Двух дней достаточно чтобы мальчик пришёл в себя после перелёта. Лучше не затягивать с лечением и начинать сразу. На него есть файлы или записи?

Перед Мойеком с запястия высветилась сенсорная доска с записями, которые он начал переправлять лонуру на его браслет.

– Пока только поверхностные данные.

Таруло также нажал на свой комлинк и начал читать: необычный цвет кожи, питание пять раз в день, скорость, активность днём и ночью. Данные были поверхностными, но Таруло уже прикидывал, с чего он будет начинать.

– Дело в том, что он очень хорошо прячется. Настолько, что даже камера не может его засечь.

– Придётся повозиться. – голос лонура выдавал уверенность. – Дай мне свой датапад и переносную камеру-невидимку.

Глава 2 – Мальчик в вивариуме

Несмотря на то, что Таруло держал в своей лонурской голове невероятный объём знаний по психологии, устройству планет, мест для отдыха и всего, что могло пригодиться для проведения неплохого отпуска, ему никогда не приходило в голову, что единственный раз, когда он посетил Пасадорский ботанический сад был в далёком детстве, когда их взяли на школьную экскурсию. Должно быть потому что все свои знания он применял на своих пациентах, чтобы сделать их счастливыми, а о своём личном благополучии он частенько забывал. Можно и так сказать, учитывая, что лонуры никогда не спят, не говоря уже о самом отдыхе. Работа, работа, и ещё раз работа – вот негласный закон, который сделал из лонуров одних из самых известных трудоголиков Межгалактической Сети.

Не то чтобы летать в скоростном летающем такси было для Таруло слишком неестественно для его свободолюбивого характера, но всё же он предпочитал либо перемещаться на своих ногах, либо планировать от небоскрёба к небоскрёбу с помощью своих перепонок – это помогало расслабиться. Особенно сейчас, когда ему поступил такой необычный пациент, с которым придётся придумывать целую программу правил поведения.

Однозначно из летающей машины был совершенно другой вид на город: они летели на двадцать метров выше пешеходных тропинок и дорог для земных машин. Необъятный город-планета тянулся километрами и тысячами небоскрёбов и пропадал за горизонтом. Казалось бы, Пасадор был намного больше его планеты Синестры, и здесь жило куда больше поселенцев со всех концов галактик, но ему порой казалось, что здесь он задыхается: в стекле, металле и хрустальном полимере, из которых была сделана вся здешняя конструкция. Она хоть и красиво блестела на солнце и представляла из себя истинный пример цивилизованного центра Вселенной, но за своим блеском скрывала ощущение замкнутости и искусственности. Особенно это заметно в районах победнее, где нет ни одного натурального запаха – даже еду готовят из синтетического мяса, фруктов или овощей. К счастью не везде, иначе привередливый желудок Таруло просто не выдержал бы такой жизни.

В его доме была специально созданная для лонуров атмосфера, но он не мог не чуять запахи нагретого песка, металлических сплавов, озона от летающих машин, которых не было в его родном доме. Тот факт, что планета изначально была песчаной пустыней только дополняла этот искусственный образ…

А быть может это было из-за того, что на его планете была слишком большая влажность и чистый воздух, и лонуры, по сути, были теми, кто просто не может привыкнуть к другому климату, в отличие от многих других рас. Такое тоже могло быть.

– Мы на месте. – сообщил водитель.

Аэротакси начало плавное снижение на заставленную всеми видами транспорта парковку. В ботаническом саду всегда было много посетителей даже в дождливые дни. А учитывая, что солнце на Пасадоре светило практически весь год, ОСОБЕННО в дождливые дни!

Покружив немного над паркингом, водитель наконец увидел проплешину между аэромобилем и газоном с бирюзовой травой, и опустился туда. Таруло провёл своим запястьем по кубическому ящику со сканерным треугольником и как только был дан сигнал в форме лёгкого «дзинь», лонур покинул машину. Сегодня на улице было приятно (по меркам Пасадора) – щадящее солнце и лёгкий ветер, несмотря на то, что сад был довольно высоко над уровнем земли. Сейчас на планете была весна и витало двадцать шесть прохладных градуса. По парковке расслаблено шагали туристы, офисные работники, родители и их детишки разных рас и расцветок.