Чтение онлайн

– Этого достаточно, чтобы привести себя в порядок и облачиться в форму, – продолжала Вивьен. – Вы обнаружите её в своём именном сундучке в вашей комнате. Алдо, а тебя никто не отпускал.

Блондин досадливо вздохнул, провожая взглядом товарищей. Едва дверь за ними закрылась, Вивьен обратилась к нему:

– Алдо, в чём проблема?

– Ни в чём!

Вивьен немного поморщилась от визгливого крика.

– Следи за голосом, оглохнуть можно от твоих воплей. Я имею ввиду, у вас было полтора часа на гимнастику. Этого времени вполне достаточно, чтобы разогреть и растянуть мышцы и встать в сносный мостик.

– У меня не получается! – взвыл Алдо, нетерпеливо притоптывая и жалостливо протянул: – Можно, я пойду на завтрак?

– Нет. – Вивьен удержала паузу, удовлетворённо поглядывая на его недовольное лицо. – У тебя на сегодня уже назначено столько наказаний, что, пожалуй, стоит их немного сократить сейчас, иначе после занятий ты до завтрашнего утра будешь их отрабатывать. Иди собери циновки и протри как следует зеркала. Потом, если успеешь, можешь идти на завтрак. Ах да, я должна тебе напомнить, ведь ты глуховат и мог не расслышать: за опоздание на занятия назначают угадай, что? Пра-авильно, наказание.

Алдо скрипнул зубами, еле удерживая готовые вырваться оскорбления, и помчался выполнять задание. Руки тряслись от обиды злости. За что? За что эта треклятая наставница взъелась именно на него?!

Алдо торопился скорее закончить задание, но лишь размазывал разводы на зеркалах еще больше. В конце концов Вивьен не выдержала и прогнала его на завтрак, решив не засчитывать эту уборку за отработку наказания. Алдо на это справедливо обиделся, но вступать в спор не стал – и без того уже опаздывал.

Он так торопился поскорее попасть на завтрак, что заблудился в лабиринтах особняка и, сделав круг, вернулся к тренировочной комнате, откуда как раз выходила задержавшаяся Вивьен. Они оба застыли на мгновение, разглядывая друг друга. Глаза Вивьен сверкнули, она уже открыла рот, чтобы съязвить или назначить наказание, или что-нибудь ещё, но Алдо быстренько развернулся и юркнул в первый попавшийся проулок, который чудесным образом вывел его к комнате учеников. Наспех сполоснувшись в ванной, он с возмущением сбрил волосы в паху и под мышками бритвой, обнаруженной среди мыльных принадлежностей. После, едва не запутавшись, напялил на себя сбрую из прочных цепочек и полосок кожи с заклёпками, которая плотно обхватывала грудь, соединяясь под лопатками и на животе стальными кольцами. Огурчик был прикрыт мешочком из мягкой ткани, а вот зад нисколечко не скрывала тонкая полоска, терявшаяся между ягодиц. Он не раз видел личных рабов Главы Жоселир и ее гостей в подобной, хм, одежде, только эта была куда проще и не украшена драгоценностями.

Алдо быстро нацепил кожаные наручи и поножи с наводящими на смутные подозрения крупными кольцами и помчался в столовую – путь он нашел, приставая к увиденным стражам. Тем было запрещено разговаривать с учениками, но, проникшись жалобным видом Алдо, один указал в нужную сторону. Когда Алдо добрался до столовой для слуг, оказалось, что все ученики, кроме него, уже позавтракали. Оставленная ему порция каши со странным привкусом давно остыла и превратилась в не аппетитный липкий ком, но Алдо быстро проглотил его, запихал в рот два ломтика хлеба и жадно запил травяным отваром, возмущенный тем, что от десерта на большом блюде осталось лишь несколько крошек да одуряющий ягодный аромат. Похоже, это был пирог, и очень вкусный к тому же.

Товарищи между тем вовсю сервировали огромный прямоугольный стол в обеденном зале для господ. Они носились туда-сюда между залом и огромной смежной кухней. Это удивило Алдо – во дворце госпожи Жоселир еду для господ готовили отдельно, здесь же была всего одна кухня, и располагалась она недопустимо близко от обеденного зала. Позже он узнал, что для важных гостей обед накрывали в другом, парадном зале, а для важного приема их и вовсе приглашали отобедать в золотом дворце – так называлось поместье Аделвайсов, расположенное в отдалении. Вот там-то все было обустроено по правилам.

Стол был накрыт ослепительно белой скатертью. Ученики суетились и лавировали, стараясь не сталкиваться друг с другом, под бдительным руководством госпожи Нанэль.

– Вы должны успеть приготовить трапезную до девяти утра, завтрак наставников продлится до десяти, – сказала она, изящно расправляя передник нежно-персикового цвета.

Движения её завораживали непринуждённой легкостью. Бархатное платье цвета спелой черешни плавно обтекало её фигуру. Над V-образным вырезом выглядывали ключицы, а запястья, не прикрытые укороченными рукавами, выглядели особенно хрупкими. Мягкий каблук высоких кожаных сапог позволял ей передвигаться практически бесшумно.

– Вы будете прислуживать им в точности, как будете обслуживать ваших хозяев в своем Доме, – продолжала Нанэль.

Её голос мелодично звучал на фоне нудного пиликанья пары музыкантов, которые расположились в углу. Неприметные, будто серая тень, они исполняли третью сонату великого императора Тодиуса Ранти Четвертого. Алдо поморщился, заслышав знакомые даже ему трели, и мысленно помолился, чтобы эти занятия не включали в себя ещё и музыку.

– Поскольку наставников на каждого ученика не хватит, вам придётся чередоваться, – сказала Нанэль с ласковой улыбкой.

Ученики согласно закивали, глядя на неё с обожанием.

Брак между Нанэль и Эдвином, младшим братом Андриаса, был заключён по расчёту. Флегматичный ко всему, кроме своего обожаемого сада, Эдвин к женитьбе отнесся с обескураживающим спокойствием и быстро стал раздражать деятельную Нанэль. Первые несколько лет брака, поначалу полного оптимистичных надежд и планов, были просто ужасны, даже родившийся сын не мог вернуть Нанэль прежние жизнерадостные мечты. Золотой дворец превратился в золотую клетку, женщиной овладела тоска и апатия смирения, но потом… Как-то так вышло, что Арекейс стал ей близким другом. Тогда в Доме Аделвайс хватало наставников, и Арекейс, хоть и овладел этим умением, едва достиг совершеннолетия, большую часть времени проводил в разъездах и в золотом дворце, совершенствуя навыки целителя. Именно он приоткрыл перед Нанэль дверь в мир наставничества, и женщина загорелась желанием тоже пройти обучение.

Впоследствии оказалось, что это было весьма кстати, более того, Нанэль обнаружила в себе недюжинный талант. Добрая и тактичная, она всегда в мгновение ока завоевывала приз ученических симпатий. В её присутствии самые отъявленные хулиганы стыдились своих проступков и жалели о сказанной грубости. С её лёгкой руки знания схватывали на лету. Правда, её мягкий нрав несколько изменил ведение предписанного ей урока и способ подачи знаний и умений, но поскольку ученики намертво заучивали материал, Андриас, нынешний Глава Дома, не возникал. Главное – метод Нанэль давал результаты, все темы были пройдены, а с внушением ученикам покорности перед хозяином справятся истинные наследники Дома Аделвайс.

– Личный раб должен просыпаться раньше своего господина, – продолжала Нанэль, пока ученики занимались сервировкой стола.

Алдо запутался в многочисленных столовых приборах и пытался подглядеть, как обстоят дела у товарищей. Дела у всех обстояли не очень, что его несколько утешило.

– Он должен успеть привести себя в порядок, проследить за приготовлением завтрака и вернуться к своему господину, обеспечив ему приятное пробуждение. Открою вам важную вещь: не ждите, что вас пригласят разделить трапезу. Если хозяин находится в отвратительном расположении духа, он вам не бросит ни корочки хлеба. Поэтому во время визита на кухню желательно воспользоваться моментом и подкрепиться.