Чтение онлайн

Я добралась до нее за считанные минуты. Достала трясущимися руками ключи, завела мотор и уже готова была сорваться с места, как заметила свою мать, стоящую перед машиной с широко распахнутыми и красными от слёз глазами. И это было уже второй странностью за сегодняшнее столь короткое утро, а ведь день только начался.

Это было так странно, видеть ее здесь. Не то, чтобы я ее не любила, любила, конечно, очень, да только ей моей любви было мало, или она всячески старалась ее не замечать. Помню, в детстве мы с ней много проводили времени вместе, а потом что - то случилось. Наш папа от нас ушел, все изменилось, и мама стала меня избегать. Хоть мы и жили с ней в одном доме, виделись мы редко. Все эти годы, не считая школы, я была самой обычной девушкой. У меня были свои мечты, спокойная жизнь и лучшая подруга Стейси, благодаря которой я все еще не сошла с ума…

И вот, сидя в машине, я смотрю на свою маму. Она была невысокого роста с зеленными глазами, вокруг которых уже появились морщинки, а ее темные короткие волосы были растрёпаны так, что можно было с уверенностью сказать – расческа дома остается без внимания, как в принципе все вокруг нее. Одежда старая и висит - это говорит о том, что за последнее время она очень похудела и совершенно перестала за собой следить, но самое главное сейчас для меня было то, что по какой-то непонятной мне причине она плачет, и от этого сердце стало обливаться кровью.

Теперь я вылетела из своей машины, и также быстро, как и добралась сюда, побежала к маме, ведь она так нужна мне сейчас, и раз она пришла сюда, то это значит, что я тоже ей нужна. Пока я бежала к ней с раскрытыми объятиями, то мысленно простила ей все обиды, и то как она ко мне относилась все это время. Я была готова простить ей все, лишь бы она не плакала и лишь бы быть с ней снова вместе как мама и дочка. Но вместо того, чтобы обнять меня в ответ, она отодвинула меня от себя и ушла в сторону на несколько шагов…это была настолько невыносимая душевная боль, что я почти не расслышала как мама тихим и дрожащим голосом пыталась что-то сказать:

– Райли, нам надо поговорить с тобой, давно пора, просто не было сил обрушить на тебя все это раньше, но больше тянуть нельзя. Пойдем, сядем в машину и там в спокойной обстановке поговорим.

И вот мы уже сидим в машине, на моей школьной стоянке. В тишине, в которой не слышно ничего кроме нашего с ней дыхания. Я поняла, что для меня после этого разговора все изменится, мой мир рухнет и обратного пути уже не будет. Мама, собравшись с духом, начала говорить:

– Райли, прежде чем начать этот разговор, я хочу, чтобы ты выслушала меня до конца, не перебивая и не задавая лишних вопросов, – я лишь кивнула, а мама тем временем вздохнула. Так глубоко и тяжело, что сразу можно сказать - разговор причиняет ей ничуть не меньшую боль, чем мне, но все же она намеренна его продолжить, - 20 лет назад мы с Дэвидом, твоим отцом, поженились, а затем переехали сюда и купили дом за гроши, даже по тем меркам. Тогда мы ничего не знали. Не знали, что это за город. Спустя три года после переезда, стало ясно, что мы не можем иметь детей, и что даже медицина в нашей ситуации бессильна. Тогда, собравшись с духом и взвесив все за и против, мы решили удочерить ребенка, девочку... Ты была такая крошка, и мы были так счастливы, когда ты появилась, у нас было все. Мы души в тебе не чаяли, ты была самым дорогим в нашей жизни и самым важным. После удочерения мы прожили шесть счастливых лет и с каждым днем мы все больше любили тебя. Однажды вечером, на твой шестой день рожденья, к нам домой прислали письмо, изменившее всю нашу жизнь совершенно в противоположную сторону.… В том письме было написано, что ты дочь вампиров, а это значит, ты тоже им являешься.

– Вампиром? – спросила я с широко раскрытыми глазами от переполняющего меня страха.

– Да, Райли, ты вампир. И я просила тебя не перебивать меня, – сказала она с упреком.

– Извини, – сказала я растерянно, не зная при этом, стоит ли мне слушать ее дальше.

– В том письме также было написано, чтобы мы не бросали тебя, а воспитывали и любили так же как раньше, несмотря ни на что, и чтобы были готовы к тому, что на твой шестнадцатый день рождения тебя нужно будет отправить в «Школу Полуночи», где ты будешь учиться и жить с такими же как ты, вампирами и другими ночными созданиями.

– Но как же так? – спросила я у мамы, на что та, не обращая внимания на заданный мною вопрос, продолжила:

– Райли, когда об этом узнал Дэвид, он был так огорчен и взбешен, что не смог жить с такой ношей, ведь он ненавидел всех сверхъестественных созданий с той стороны ворот. Тогда, оставив все, он ушел, ночью, не сказав ни слова. Я впала такую глубокую депрессию, что со временем стала обвинять во всем тебя, а после вообще перестала общаться с тобой, но я все также продолжала тебя любить, вот почему я не ушла тогда следом за ним, я отказалась забывать тебя.

– Мама, а то письмо все еще хранится у тебя? – спросила я с надеждой на то, что если я сама его прочитаю, то обязательно найду доказательства того, что это просто какая- то жестокая ошибка.

– То злополучное письмо я выкинула, но в сердце я также как и ты надеялась, что это просто была ошибка, хотя знала, что никакой ошибки быть не может. Я так ушла в себя, в свою депрессию, что перестала замечать время. Неделю назад с той стороны вновь пришло письмо, где было сказано, что если тебя не привезти в школу, то ты заболеешь и затем умрешь. Я оттягивала этот разговор до последнего. Прости, но у тебя осталось совсем немного времени, чтобы попрощаться со всеми своими друзьями, вернуться домой и собрать все нужные тебе вещи, перед тем как я отвезу тебя в твой новый дом, а затем и сама отсюда уеду… подальше от всех этих воспоминаний…

Глава 2

Вот так все и произошло. После всего услышанного, земля ушла у меня из-под ног. А мама, договорив и вылив тем самым на меня всю эту информацию, просто встала и ушла, как будто ничего такого и не сказала. И как мне теперь со всем этим быть? Что делать? Внутри бушевало столько непонятных мне эмоций, что их невозможно было просто сдержать в себе, и я расплакалась, громко и сильно. Все это долгое время я обвиняла других за столь неудачно сложившуюся жизнь, и так долго пыталась понять, что же все-таки произошло с нашей дружной и любящей семьей… А на самом деле, виной всему была я! Как это могло произойти? И почему со мной?

Глубоко погрузившись в свои мысли и страдания, сидя в своей машине, я даже не замечала ни времени, ни головной боли. Все отошло на задний план, а внутри меня поселилась пустота, какую никто на всем белом свете еще не испытывал. Я вспоминала свои самые счастливые фрагменты из детства. Папа…я так скучала по нему. Помню, как он часто устраивал «День Водолея» в любое время года, и было не важно, будь то дом или улица. Помню, как папа тайком от мамы давал мне денег на лишнюю шоколадку, а потом мы вместе с ним съедали ее перед сном. Помню, как он с мамой устраивал мне сценки на ночь с игрушками из мультика про Микки Мауса. Мама… Она тогда еще улыбалась. Я помнила, как она наряжала меня в разные платья, сшитые ее же руками, как она часами могла заплетать мне косы, напивая при этом какие-нибудь песенки. Помню, что когда мне не хотелось играть, мама доставала всю свою косметику и бижутерию, а затем, посадив папу на стул, принималась вместе со мной делать из него «красавицу». Помню, что когда мне было грустно, они вместе старались рассмешить меня, играя в придуманную нами же игру под названием «изобрази мою мечту», именно в нее мы часто играли с папой, когда шли из детского сада. Эта игра заключалась в том, что я говорила любое слово, например, цветочек, и папа всячески пытался его изобразить. Это было самым лучшим временем в моей жизни. Я все вспоминала и вспоминала свое прошлое в надежде на то, что это мой очередной странный ночной кошмар, и, что если я постараюсь проснуться, то обнаружу себя все такой же маленькой девочкой, которую родители все еще целуют перед сном. Так продолжалось до тех пор, пока тишину не нарушил сильный стук в окно, а затем и крик моей подруги Стейси.

Открывая ей дверь, и посмотрев в глаза подруге, я увидела в них искреннее переживание за меня.

– Райли, в чем дело? Я битый час стучу в окно, а ты ничего не слышишь и не открываешь! И что тут делала твоя мать? Извини, что так спрашиваю, просто это так странно, ты согласна со мной?

– Ты даже не представляешь насколько! – сказала я, пытаясь засмеяться, но моя попытка не удалась, и это лишь заново заставило меня расплакаться.