Чтение онлайн

Опыт анализа детских рисунков по следам прочитанного, показывает, что и многим современным детям свойственны парадоксы восприятия, подобные тем, что проявились у Дениски и Марины Цветаевой. Прочитанный текст, они используют как площадку для своего воображения, добавляя в рисунках детали, которых в произведении нет.

Например, рисуя самую волнительную сцену из повести Л.Чарской «Сибирочка», одна питерская школьница сделала рисунок к самой трагической сцене, когда маленькую Сибирочку, спасая от волков, подвесили высоко на дерево. Она нарисовала снег, сани, дерево с привязанным свертком и … поляну красивых крупных цветов. Представляя свою иллюстрацию школьница сказала, что цветы – это радость жизни, пусть произошла трагедия, но Сибирочка осталась жива. Ребенок волшебными цветами среди зимы утвердил торжество жизни над всеми невзгодами. Так, ребенок расширяет границы произведения, помещая туда все, что родилось в его воображении и чувствах.

Приведенные примеры показывают, что превращение слов в образы – уникальные и неповторимые – есть проявление творчества читателя.

Надо сказать, что читая, талантливые дети не только видят своим внутренним взором, но и слышат внутренним слухом, и осязают, и обоняют, а порой по воле автора вызывают в себе ощущения вкуса. Вот как об этом рассказывает писатель Юрий Бондарев, с детства влюбленный в рассказы Паустовского. «Я могу закрыть глаза, – признается он, оглядываясь на свое детское восприятие, – и по ощущениям вспомнить, как спокойно на рассвете море и как горяча галька, прожженная солнцем, как теплы в полдень стены домов в Новороссийске и Одессе, как догорает закат в пролете сосен, как ложится первый снег на проселочные дороги и поднимается едкий туман над влажной малярийной Колхидой, как скрипят половицы в старом рассохшемся доме, наполненном бледно-снежным светом российской вьюги, как вечером пахнет мокрыми заборами в маленьком приокском городке, как ровно шумит дождь по крышам, как в осенние ночи остро блестит, переливается созвездие Орион над темными лесами, отражаясь в воде». Не надо большого труда, чтобы заметить: одаренный читатель не только видит картины и слышит звуки (скрип половиц, шум дождя), рожденные произведениями Паустовского, но и ощущает запахи едкого дыма, мокрых заборов, осязает горячность гальки и теплоту полуденных стен южных городов. Все органы чувств задействованы в процессе воссоздания образов. Одновременно они обостряются, освежаются, утончаются в своих восприятиях, открывая мир в его осязаемой конкретности.

Как мы могли убедиться, у руля магии чтения стоят двое – автор и читатель. Без этого дуэта писательское творчество лишается своей силы, а читательское – импульса. Как книге нужна фантазия читателя, так фантазии читателя нужна книга. Книга как бы выманивает из сознания читателя множество переживаний и впечатлений, заставляя по-новому их структурировать и оживлять. Это новое воссоздаваемое зрелище, в котором живет читатель, и определяет влияние чтения на духовный мир человека. «Произведение литератора, - утверждал Горький,- только тогда более или менее сильно действует на читателя, когда читатель видит все, что показывает ему литератор, когда литератор дает ему возможность тоже вообразить – дополнить, добавить картины, образы, фигуры, характеры из своего читательского опыта, из запасов его, читателя, впечатлений и знаний».

Волшебство воображения проявляется не только в своеобразном структурировании впечатлений из прошлого опыта читателя, но и в создании небывалого, даже того, чего никогда не может быть. В процессе восприятия рождаются мечты, непроизвольно выводящие сознание читателя за рамки текста. В письме в редакцию девочка пишет: «Когда я прочитала книгу (речь идет о повести В. Абдуловой «Листья банана»), я была разочарована: так быстро она кончилась. В моей фантазии я еще не дочитала книгу. Я замечталась. Перенеслась в Индию. Заросли бамбука. Змеи, хамелеоны. Я придумала новый город в Индии. Он будет назван в честь Индиры Ганди – Гандибад. Там будут жить самые умные и самые талантливые люди…». Дальше девочка рассказывает о том, каким она видит этот город, созданный ее воображением. Благодаря силе фантазии читатель может побывать на другой планете, под водой, в прошлом и будущем, оказаться один на необитаемом острове. Исследователи феномена воображения утверждают, что именно оно лежит в основе творчества – «прорыва в новое» (Н. Бердяев). В современном понимании воображение есть мысленное представление объектов, действий, ситуаций, не данных человеку в актуальном восприятии и простирающем его сознание равно, как в прошлое, так и будущее. В стихотворной форме эту способность сформулировал поэт Леонид Мартынов:

Вспоминаем неожиданно,

Непредвиденно, негаданно,

То, что было и не видано,

Да и впредь не предугадано.

Это непредвиденное, негаданное, невиданное и непредугаданное, рождаемое в процессе чтения, - не только познавательная способность, но явление культуры, ее энергия, придающая ей движение вперед. Вот почему надо активно использовать продукты читательской деятельности: отзывы о прочитанном, рисунки, навеянные тем или иным произведением, комментарии к ним самих авторов, дорисовки текста, ролевые и иные игры, будоражащие воображение и дающие свободу творческой самореализации ребенка, привлекать к ним внимание и других детей.

Особое значение для развития образного мышления детей имеют беседы о прочитанном, главное назначение которых – в процессе интерактивного общения выманить и разделить с ребятами читательские впечатления, помочь выразить их в слове. Для этой цели руководитель может использовать вопросы следующего характера:

· Привлекающие внимание к духовной силе слова-образа (Включи воображение: что открылось твоему внутреннему взору (слуху) в ответ на слово (словосочетание)? Что вкладываешь ты в него? Попробуй нарисовать словами возникшую картину.

· Тренирующие перевод словесного ряда в зрительный или слуховой. ( Если бы ты был художником, какую бы иллюстрацию нарисовал, какой эпизод и как его изобразил на экране? Какая бы музыка могла сопровождать фильм?).

· Нацеленные на выявление индивидуально-личностных характеристик читателя (Если бы ты оказался среди героев этой книги в конкретной ситуации, что бы ты испытал, как бы себя вел, что бы чувствовал?).

· Стимулирующие проективное мышление детей (Как, по-твоему, будут развиваться события книги дальше, как сложится судьба героев, что последует за финалом произведения?).

· Привлекающие внимание к иллюстративному ряду книги, как проявлению творческого чтения художника (Что добавил художник в картинке от себя, что изменил, что упустил по сравнению с текстом? Что это дает для восприятия эпизода? Как в иллюстрации проявилось его читательское творчество?).

Мы наметили лишь несколько вариантов бесед, нацеленных на развитие воображения ребенка. Творческий руководитель чтения найдет и использует свои собственные. Их подскажет его личный опыт и своеобразие обсуждаемого литературного произведения. Развивая воображение на материале лучших художественных произведений, рассчитанных на сотворчество ребенка, взрослый подводит его к осознанию чтения как удивительного творческого акта, ничем не заменимого явления культуры. Здесь таится ключ, превращающий скучное движение «яблока по блюдечку» в сказочное чудо.

Пережить творение поэта

Не само по себе чтение влияет,

 а переживание ребенка в процессе

 чтения влияет на его развитие.

Л. Выготский

Иван Бунин, рассказывая о влиянии на него в детстве стихов Пушкина, использовал выражение Гоголя «вошли в жизненный состав». Войти искусству в жизненный состав личности, значит стать органической частью его субъективного «Я», нравственным регулятором поведения и взаимоотношений с людьми.

Каждый, кто имеет дело с детским чтением, очевидно, стремится к тому, чтобы лучшие произведения художественной литературы входили в жизненный состав личности ребенка, затрагивали бы его душу, обогащали бы внутренний мир, духовно питали, короче говоря, воспитывали. Сейчас, когда слово «воспитание» из забвения вновь выходит на авансцену педагогики как глобальная задача гуманизации нового поколения, роль художественной литературы в развитии личности неизмеримо возрастает: из средства развлечения или информации она должна стать источником саморазвития и творческой самоактуализации личности, ее духовного возвышения.

Вся система литературно-художественного воспитания находится на стыке двух миров – мира литературы и мира ее читателей, творчества писателя, творчества читателя. Ее задача слить эти миры: литературу включить во внутреннюю жизнь ребенка, а его внутреннюю жизнь включить в литературу. На этом «совмещенном поле» и происходит влияние художественного произведения на личность, реализуется духовный потенциал и литературы, и читателей.

Бытует мнение, что степень влияния книги на ребенка всецело зависит от уровня понимания прочитанного, который определяется умением анализировать текст. Сотни пособий созданы на тему анализа литературных произведений: стилей, композиции, жанра, языка, идейного содержания и т.п. А интерес детей к литературе меж тем все падает и падает, духовный мир скудеет и скудеет. Характерно высказывание одного юного петербуржца по этому поводу: «Раньше, еще до школы, я любил читать, мы с мамой прочитали много хороших книг, они у меня до сих пор остались в памяти. Но как только я пошел в школу, я перестал любить это занятие. Особенно я ненавижу анализировать текст. И я сказал себе: вообще не буду читать». Под этим высказыванием могли бы подписаться сотни тысяч наших учеников. Конечно, сам по себе интеллектуальный литературоведческий тренинг безусловно важен: развивает речь, учит аналитическому мышлению, вводит в мир науки о литературе. Но не он определяет непосредственный интерес к чтению и силу влияния его на ребенка. Еще Белинский, говоря о детском чтении, убеждал, что восприятие художественной литературы должно начинаться с чувства ребенка, а черед рассудку еще придет. Эту мысль он неоднократно подчеркивал и конкретизировал. Хорошо известны его слова: «Пережить творения поэта значит переносить, перечувствовать в душе своей все богатство, всю глубину их содержания, переболеть их болезнями, перестрадать их скорбями, переблаженствовать их радостью, их торжеством, их надеждами». Аналогичную мысль относительно чтения художественной литературы высказал известный русский философ И. А. Ильин в своей книге о роли чувств «Поющее сердце»: «Одного рассудка для чтения недостаточно. Надо пережить страсть страстным чувством, надо пережить драму и трагедию живою волею, в нежном лирическом стихотворении надо внять всем вздохам, вострепетать всею нежностью, взглянуть во все глубины, дали…» Подобных мыслей выдающихся читателей, касающихся эмоций, можно было бы привести немало, но дело не в авторитетах, а в том, что эмоциональный резонанс читателя отвечает природе искусства, которая, по мнению Л. Толстого, как раз и основывается на способности «заражаться» чувствами других людей: «Чувства, самые разнообразные, очень сильные и очень слабые, очень значительные и очень ничтожные, очень дурные и очень хорошие, если они заражают читателя, зрителя, слушателя, составляют предмет искусства». Неслучайно в предисловии к книге «Детство», обрисовывая тип желаемого для него читателя, первым качеством его Толстой указал чувствительность - «способность пожалеть от души и даже пролить несколько слез о вымышленном лице, которого полюбил читатель и от сердца порадоваться за него». Названную великим писателем способность психологи называют обычно сопереживанием ( в научной терминологии – «эмпатией»).