Чтение онлайн

– О’кей, - бросил Илья и направился в актовый зал. Ради исполнения заветной мечты он пошел на сговор с собственной совестью.

Вадим и другие парни последовали за ним на некотором отдалении. Вечер перестал быть скучным и предсказуемым.

Настя достала из потрепанного рюкзачка баночку мази «Унна», закатала рукава и принялась втирать в пораженные участки тела вязкую субстанцию. Ее кожа слишком быстро теряла влагу, но расходовать мазь приходилось очень экономно - родители не спешили отчислять деньги на лекарства дочери. В отличие от Насти, они давно смирились с ее болезнью и принимали как данность. Только бабушка водила внучку к знахаркам и сама готовила настой из березового дегтя. Утешала и помогала, чем могла.

Но бабушки не стало год назад, а болезнь не исчезла. Настя устроилась в придорожное кафе мыть вечерами посуду. Резиновые перчатки и работа с бытовой химией только добавили проблем, но помогли подработать. По крайней мере, на активированный уголь, мази и масло для ванн хватало. Оставалось даже на покупку недорогих безделушек, тетрадок и учебников. Конечно, Настя подозревала, что хозяин кафе ее просто жалеет и платит больше, но в ее ситуации сложно отказаться от такой щедрости.

Закончив с процедурой, Настя выпила ровно двести грамм питьевой воды и нанесла на губы бальзам с блестками - единственное косметическое средство, которое не вызывало у нее раздражения. Поморщившись, словно от боли, опустила рукава праздничного платья. Сотворенное любящими бабушкиными руками из домотканых кружев, оно походило на одеяние сказочной принцессы. Если бы не оно, Настя, наверное, и не пошла бы на выпускной вовсе.

«Нет, многодневный труд бабушки не должен пропасть даром, - рассудила Настя.
– Я сделаю это в память о ней».

Она вымученно улыбнулась собственному отражению в зеркале, Высокий лоб, слегка вздернутый любопытный носик, ямочки на щеках и пухлые губки - ее можно было бы назвать красавицей. Но все портила шершавая, потресканная, блестящая от крема кожа и слишком редкие волосы, остриженные чуть ли не под ноль.

В туалетную комнату стаей разноцветных бабочек впорхнули одноклассницы. Защебетали, шурша дорогим шелком и постукивая высоченными каблуками. Настю, словно мешавший предмет мебели, оттеснили от зеркала, и она отошла в уголок. Не скрывая зависти и восхищения, покосилась на девушек. Тягостный вздох слетел с ее губ.

– Чего вздыхаешь, барби сельского разлива?
– спросила Ирина, самая красивая девушка выпуска.
– Где ты такую тряпку откопала? У бабушки на антресолях?

Она глянула на платье Насти и презрительно наморщила носик. Такие вещи и впрямь давно вышли из моды: длина в пол, рукава-пуфы, атласная лента на поясе. Пожалуй, только на кукле оно и смотрелось бы уместно.

Но для Насти это платье было дороже, чем дизайнерские шмотки, красовавшиеся на заносчивой однокласснице. Бабушка так хотела сделать ее красивой. Не спала ночами, шила и шептала над тканью целебные заговоры. Но разве можно объяснить это одноклассникам?..

От обиды и унижения у Насти задрожала нижняя губа, а на глаза навернулись слезы. Руки непроизвольно сжались в кулаки, но не для удара - для защиты. Пусть и моральной.

– Да не обращай на нее внимания, - посоветовала Вика, единственная девушка из класса, проявлявшая сочувствие к Насте.
– Будешь курить?

Она достала пачку «Вог» и зажигалку и протянула Насте. Но та отказалась, отрицательно мотнув головой. Из-за проблем со здоровьем она не могла поддаться всеобщему веянию моды. Но это и к лучшему. Насте не нравился запах табака, как и амбре от спиртного.

– Вы бы не курили здесь, математичка следит за туалетами, - предупредила она одноклассницу и серой мышкой выскользнула за дверь.

Бесшумно ступая по обшарканному полу, добежала до актового зала. Но тут решимость оставила ее. В воздухе витали ароматы праздника и медленная мелодия. Солист тревожно и слегка заунывно что-то пел о любви и разлуке. Разобравшиеся по парам одноклассники медленно кружили в такт мелодии.

Настя вжалась в стену и притворилась мраморной статуей. Горящими от зависти глазами уставилась на других ребят. Она прекрасно осознавала, что ее никто не пригласит на танец, и все же... сердце билось гулко и неистово в ожидании чуда.

Илья нерешительно ступил в зал. Окинул взглядом толпу танцующих. Приметил Настю. Мать-труженица учила его: грешно смеяться над убогими и обижать слабых.

Но искушение было слишком велико. Это для Вадима несколько тысяч - пустяки.

Он подошел к Насте и, спрятав руки за спиной, проговорил:

– Потанцуешь со мной?

Настя вздрогнула от неожиданности и посмотрела на него так, как смотрят фанаты на живую кинозвезду. Неверяще поморгала и, заикаясь, переспросила:

– Эт-т-то ты мне?..

– Ты здесь видишь кого-то еще?
– вполне искренне улыбнулся Илья.
– Хотя, знаешь, мне не очень нравится эта мелодия. Давай лучше прогуляемся?

Он вышел, нисколько не сомневаясь, что она последует за ним. Точно собачонка, на которую только что нацепили ошейник.

– Постой, ты идешь очень быстро!..
– уже в коридоре окрикнула его Настя.

Невысокая и худенькая, как былинка, она едва поспевала за широкими шагами Ильи. Но остановиться и не помышляла. Больше того, прекрасно понимала, что такой парень, как Илья, не станет высказывать свое к ней расположение на виду у всех.

Он остановился только возле двери в кабинет географии. Замок там был сломан несколько месяцев назад, и увешанный картами класс часто использовался учениками как место тусовок.

– Заходи.
– Илья галантно распахнул дверь и пропустил Настю вперед.

Она сделала маленький шажок внутрь и застыла, обхватив себя руками. Ей вдруг стало холодно, точно попала в морозильную камеру.

– Хлебни, тебе сразу станет теплее?
– предложил Илья и протянул добытую из внутреннего кармана пиджака фляжку.

Она нерешительно приняла, отвернула крышку и сделала маленький глоток. Виски больно обожгло горло, выжало непрошеные слезы.

– Гадость, - шепнула Настя, восстанавливая дыхание.

– Ага, так и есть, - поддакнул Илья. Убрал фляжку обратно и протянул руку.
– Давай потанцуем здесь?

Она подняла на него взгляд и осторожно коснулась его ладони. Вопреки ее ожиданиям, Илья не отпрянул и даже не поморщился. Настя настолько привыкла считать себя уродиной, что и не предполагала, какой маленькой и изящной показалась ее ладошка Илье. Немного шероховатая и необычайно хрупкая, она напомнила ему крылышко бабочки. К такой и притронуться страшно, не то, что обидеть.

– Постой, я сейчас.

Илья захлопнул дверь и подпер ее партой. Подошел к Насте и снова взял за руку.

– Зачем ты это сделал?
– тихо спросила она.

– Чтобы нам не помешали, - недовольно отозвался Илья.
– Ты против?

Она отрицательно мотнула головой. И он закружил ее в танце. Постепенно его ладони переместились с девичьей талии на округлые ягодицы, после прошлись вдоль позвоночника. Объятия стали теснее, а ноги перестали попадать в такт музыке.

Илья и Настя уже не танцевали. Скорее просто обжимались, не решаясь перейти к главному.