Чтение онлайн

Естественно дядя и тётя были шокированны и обрадованны этой новостью, ведь прогнозы врачей были неутешительными. Кроме как чудесным выздоровлением это нельзя было назвать. Но я всё равно была задумчива. Ведь если зелье сработало, то это означает, что я ведьма, хоть и на треть. И что мне с этим делать? Я даже ничего не знаю о нашей истории. Спросить не у кого, кроме как у Эммы, но с ней я смогу встретиться только во сне, а спать мне не хочется, поэтому остаётся только гадать. Нет, есть конечно интернет, но мне кажется, что там не будут писать правду. Просто, если верить тому, что там пишут, то я должна быть старой, уродливой, рыжей, с бородовками и чёрным котом под мышкой. И что мне делать с этим даром? Как использовать? Надеюсь, мне не придётся приносить в жертву младенцев.

Ближе к обеду пришла Дженни и я встретила её в халате, сидя у окна и попивая чай. Естественно без радостно писка не обошлось. Она не верила своим глазам и постоянно просила меня встать и пошевелить ногой. Я смеялась и ходила из одного конца палаты в другой.

 — И что ты будешь делать дальше? — серьёзно спросила она.

 — Наверное, поеду обратно в Детройт, а что? — ответила я.

 — Вивьен, я не в праве настаивать, но… — она нервничала и отводила глаза, — Может, ты останешься?

 — В смысле? В больнице? — не поняла я.

 — Нет, — она помотала головой, — В Чикаго.

Я удивлённо посмотрела на неё. О чём она?

 — В Чикаго? Зачем? — не понимала я, — Мне не где жить, да и вообще…

 — Вивьен, я всё придумала! — в запале перебила она меня, — Моя мама постоянно в разъездах и её неделями нет дома. Ты можешь жить с нами!

Я глупо хлопала глазами. Жить вместе с Дженни? Нет, я конечно, не против, но…обстоятельства.

 — Но ты же живёшь в общежитии, разве нет? — припомнив, сказала я, — Да и твоя мама, наверное, против будет.

 — Да, но я могу выселиться в любой момент! Моя мама не против, если ты будешь жить с нами. Ты сможешь занять гостевую комнату.

 — Но…я не знаю, а как же учёба? — я потёрла лоб, — Меня скорее всего не возьмут в крупный университет.

 — В этом городе их очень много и в какой — нибудь тебя точно возьмут, — тут же отозвалась подруга, — А если всё — таки не получится, то ты можешь устроиться на работу. Мамин друг владеет небольшим рестораном и ты могла бы поработать пока там. Ну же, соглашайся!

Она так просяще смотрела на меня, что я не могла нормально думать. Жить с Дженни? Я согласна, она очень добрая и честная, но как к этому отнесутся дядя Грегори и тётя Урсула? Мы никогда не говорили об этом. Не было даже намёка на то, что я когда — нибудь съеду, а тут перезхать в другой город и жить у незнакомых людей?

 — Я была бы рада остаться здесь, тем более, что здесь больше шансов найти нормльную работу, но я не знаю, что скажут на это мои опекуны. Они могут не согласиться, — я говорила искренне. Я действительно этого хотела, но я была не уверена. Город большой, а значит опаснее. Но если взять наш Детройт, то Чикаго — это просто Рай.

 — Но ты же обещаешь поговорить с ними? — заглядывая мне в глаза, спросила она.

 — Конечно, я обещаю, что сегодня же созвонюсь с ними и поговорю по этому поводу. В принципе, я взрослая и они должны меня отпустить, но если они запретят…они моя единственная семья, Дженни. Ближе, чем они у меня никого нет и потерять ещё и их я не могу.

На этой невесёлой ноте мы и расстались: Дженни надо было делать лабораторную, а мне опять сдавать анализы.

Ближе к вечеру мне позвонил обрадованный дядя Грегори. Пришли результаты анализов и они показали, что я полностью здорова, а доктор Митчел тут же сообщил об этом моим опекунам. Разговор предстоял нелёгкий, поскольку дядя тут же заговорил про билеты на самолёт. Он хотел прилететь и лично забрать меня отсюда. Потом говорил про какой — то колледж, но я не слушала, решая свою дальнейшую судьбу.

После этого разговора я позвонила Дженни.

 — Вивьен? Привет, — сразу же ответила она. Я вздохнула и выдохнула. Решение было сложным и судьбоносным, поэтому я нервничала.

 — В общем не буду ходить вокруг да около, — с небольшой паузой произнесла я, — Завтра прилетит дядя Грегори с моими вещами. Могу я к тебе переехать?

 — Да!!! — громко раздалось из телефонной трубки, — Конечно можешь! Нам будет очень хорошо вместе! Я так рада!

Ночью я долго не могла заснуть. Тревожные мысли атаковали мою голову. А вдруг мы не уживёмся? Или я не смогу устроиться на работу? Всё это вихрем крутилось в моей голове и не давало мне покоя. Что же будет дальше? Как раньше уже точно не будет, но я искренне надеюсь, что будет лучше.

… Я сидела под раскидистым дубом и, блаженно жмурясь, жевала травинку. Солнечные лучи не пробивались сквозь густую листву, но мне это очень нравилось. Теплый ветер трепал мои распущенные волосы и приносил какое — то умиротворение.

 — Наслаждаешься? — раздалось сзади, — Ну, отдохни, тебе можно.

Ко мне в лёгком летнем платье подходила Эмма. Она остановилась около меня и тоже присела, подперев дуб спиной. А она почти не изменилась: всё та же тугая коса и блёклые глаза.

 — Почему? — без особого интереса спросила я, наслаждаясь прекарстной погодой. Где — то в далеке запела какая — то птичка. Её голос был тонок и мелодичен, словно звон маленького колокольчика. Вот это релакс, вот это отдых. И казалось ничего не смоежт вырвать меня из этого состояния лёгкой нирваны.

 — Ты произвела на свет своё первое заклинание, Иви, — улыбнувшись, сказала Эмма, — И поступила как самая настоящая ведьма.

 — Ты про что? — нахмурилась я, — Я всё делала по твоему рецепту. Это скорее твоя заслуга, а не моя.

 — Нет, ты ошибаешься, — вздохнула ведьма, — Ты не воспользовалась моим рецептом, ты изготовила свой элексир здоровья и он подействовал.

А вот это меня насторожило. Про что она вообще? Я сделала всё в точности, как она мне советовала. Так почему она считает, что я отличилась?

 — Нет, Эмма, — я отрицательно мотнула головой, — Я использовала мандрагору, мать и мачеху, почки берёзы. Всё как ты и говорила.

 — А почему ты добавила туда свой круассан? — вскинула она брови, — Этого не было в рецепте.

 — Ну, вообще — то твоё…варево было не очень вкусным и пить его было невозможно, — немного капризно отозвалась я, — Могла бы хоть сахару туда добавить, а то эту горечь я ещё не скоро забуду.

 — А воду? Ещё и отстоенную?

 — Ну, это чтобы масса однородная получилась, — оправдалась я, — Нет, Эмма, серьёзно ты видела своё зелье? Это же каша неаппетитная, а не лекарство.

 — А кто тебе говорил, что зелье, которое принимают внутрь можно и нужно наносить на кожу? — усмехнулась она, — Я этого не говорила.

 — Но…, но ведь сработало же! — гордо произнесла я, — Просто мне показалось, что так будет лучше, да и вкуснее.

Эмма улыбнулась краешком губ и посмотрела куда — то в сторону.

 — Это точно, — сказала она, — Ты модернизировала этот элексир и у тебя получилось именно то, что ты задумывала.

 — А могло получиться что — то другое? — удивилась я.