Школьница
Шрифт:
– Струнов, вы уже начали меня раздевать?
– Не вижу смысла медлить.
Он скинул с себя кроссовки и лег поверх меня.
– Так не честно, я должна снять с тебя одну вещь!
– Так чего же ты ждешь?
Я расстегнула его толстовку и выкинула ее в сторону. Затем сняла футболку и отправила ее следом за толстовкой.
– Эй, это уже две вещи!
– Твой ход.
Я не отводила от него взгляда. Тот, кого я так безумно люблю, наконец–то, со мной.
Его руки оказались на моей спине и стали шерудить в поисках молнии на топе. Как только он нащупал ее, на его лице появилась довольная улыбка. Но счастье Матвея было не долгим, так как зазвенел домашний телефон. В такое время мне могли звонить только родители.
– Мне нужно взять трубку, – сказала я.
– Нет, только не сейчас, – жалостливо произнес он.
– Если я не возьму трубку, родители позвонят в МЧС, полицию, скорую, газовикам и всем соседям с нашего этажа. Так что я лучше трубку возьму, а ты иди в зал, жди меня.
– А где у тебя здесь зал?
– Прямо и налево.
Он нехотя отстранился от меня и пошел, куда я его попросила. Я же со скоростью света подлетела к телефонной трубке.
– Алло? – я старалась не выдать себя с потрохами.
– Привет доча, ты как?
– Спала уже, – наигранно зевнула я.
– Папа тоже спит.
– А ты чего не спишь?
– Да что–то мне не по себе. Переживаю за тебя.Ты там глупости только не наделай.
– Мам, какие глупости в три ночи?
– Прости Лиса, я наверное, старею, мнительной становлюсь.
– Успокойся мама, все будет хорошо.
– А ты кота не забыла покормить?
– Нет, мам, – ответила я, а про себя подумала "черт, кошара, ты совсем у меня из головы вылетел!"
Мама мучила меня по телефону еще около получаса, расспросив обо всем на свете. Под конец я уже мечтала, чтобы у нее на мобильнике кончились деньги и нас, наконец–то, разъединили.
Когда мамин допрос кончился, я облегченно вздохнула и, покормив кота, направилась к себе в комнату, напрочь забыв про Матвея.
Глава 9. Если друг оказался вдруг
Проснувшись, я поняла, что теперь события этой ночи в моей голове встали на свои места. Струнов не обманул, у нас действительно ничего не было. Единственное, что омрачило всю картину – это поступок Наты. Ну почему она себя так повела? Что её толкнуло на столь подлый поступок по отношению ко мне?
Я взяла свой мобильник и набрала ее номер. Она сразу же взяла трубку, словно ждала моего звонка.
– Алло?
– Привет, ты где?
– Уже подхожу к твоему дому, ставь чайник, – весело сказала она.
"Ох, боюсь, Ната, нам будет с тобой не до чая" – пронеслось в моей голове.
– Хорошо, – я постаралась ответить как можно спокойней.
Я села на пуфик в прихожей и стала ждать подругу. С чего бы начать разговор? Я все знаю, зачем ты так сделала? Нет, не то. Как на зло, ничего дельного в голову не приходит. Не успела я собраться с мыслями, как раздался дверной звонок.
– Привет, – сказала я, открыв ей дверь.
– Привет, Матвей еще здесь?
– Нет, ушел домой.
– А ты что такая хмурая?
– Это же ты меня споила? И на вечеринку к Матвею потащила, советы давала…, – я замолчала, пытаясь сдержать слезы.
Даже не верится, что это все я говорю Нате.
– Значит, ты все вспомнила, – печально произнесла Ната.
– У меня один вопрос только – зачем?
– А у меня встречный: почему? Почему из нас двоих он тебя выбрал? Чем ты лучше? Я ведь тогда ему на вечеринке встречаться предложила, про чувства свои рассказала, а он сказал, что я только друг для него, с Виком меня сравнивать начал. А потом я услышала, как он говорит, что тебя любит.
– Но я же в этом не виновата! – на повышенном тоне сказала я.
– Да? А кто тогда виноват? Ты весь вечер к себе внимание привлекала, ревновать его заставила!
– Я? Ты с ума сошла, что ли? Откуда я могла знать, что Сенька ревновать будет? Я узнала, что он любит меня только на улице! И я до сих пор не вижу взаимосвязи между тем, что Сенька ревновал, и тем, что ты меня споила!
– Я хотела, чтобы ты с Матвеем переспала.
– Что?
В моих легких резко стало не хватать воздуха. Не уж то это сейчас говорит моя подруга?
– Когда Сенька узнал бы, он обязательно от тебя отвернулся. И у меня бы появился шанс, понимаешь?
– Нет, не понимаю, – еле слышно сказала я, – ради какого–то Сеньки ты готова была подложить меня под парня. Ты знала, что это был бы мой первый раз! Ты знала, как я серьезно к этому отношусь! И ты все равно это сделала! Какая же ты сволочь, Натка!
– Ты бы сделала тоже самое!
– Никогда, ты слышишь, я никогда бы так с тобой не поступила! Ты перешла всякие границы! Думаю, тебе лучше уйти! – я рукой указала ей на дверь.
Она молча развернулась и ушла. Словно ей было все равно, что я есть, что меня нет. Так рухнула наша многолетняя дружба.
Как только за ней захлопнулась дверь, по всей квартире разнеся громкий пронзительный рев, мой рев. Как же больно осознавать, что у тебя больше нет друзей. Нет больше надежной опоры, поддержки, нет того, с кем можно разделить печали и радости.
Я завалилась на диван в зале и полночи проревела в подушку. Хорошо, что родители отсутствуют, это спасает меня от лишних ненужных вопросов.
Глава 10. Понедельник – день тяжелый
Всю сегодняшнюю ночь я, как сумасшедшая, проревела в подушку. Поэтому на утро я выглядела как не выходящая месяц из запоя пьяница. Глаза опухли до такой степени, что я не смогла их полностью открыть.
Мой мир, к которому я так привыкла, кардинально изменился. Розовые очки разбились вдребезги, и мир предстал передо мной таковым, каким он и являлся на самом деле. Не то, что я себе навыдумывала, а реальный, жестокий мир полный лжи и предательства. И друзья разом исчезли… просто потому, что не выгодно им стало быть со мной. Какая выгода Натке дружить со мной, если Сенька меня любит, а не ее? Какая выгода Сеньке со мной дружить, если я никогда не смогу ответить взаимностью на его чувства? Так и получается, нет выгоды – нет друзей.
И только мысли о Матвее воодушевляют меня на поход в школу, не дают окончательно пасть духом. Когда я думаю о нем, когда вспоминаю его поцелуи, мои губы невольно расплываются в улыбке. Как же здорово кого–то любить и вдвойне приятнее осознавать, что ваши чувства взаимны.
Одевшись, я напоследок взглянула в зеркало. Да уж, видок не лучший. И почему в школе не принято солнцезащитные очки носить, сейчас бы меня это спасло. Накинув рюкзак, я пошла в школу.
– Здравствуйте, Клавдия Михайловна, – сказала я, просовывая гардеробщице куртку.