Чтение онлайн

— Ты какими судьбами? Я ведь тебя не звала.

И ехидно улыбнулась. Я замешкался, на секунду словно потеряв дар речи. В принципе, что-то такое вполне могло случиться, от Жазиль можно ожидать чего угодно. Я в ответ только смог промямлить:

— Извини, конечно, Лен, а Светлана у тебя?

— У меня, у меня, — Ленка снова улыбнулась и, не оборачиваясь, крикнула. — Свет! Быкова! Тут тебя спрашивают. Подойдешь?

В коридоре показалась Светка. Она увидела меня на лестничной площадке, поинтересовалась:

— Что не заходишь, Тошка?

Я демонстративно шмыгнул носом и сообщил:

— Я — лишний на этом празднике жизни! Вот зашел на тебя посмотреть и кое-что тебе вручить. От своего большого и чистого сердца.

Я сунул руку в карман и достал флакон духов.

— Это вот… Тебе! Ну, считай просто подарок. Просто так. За то, что ты есть!

Я выпалил эту фразу, протянул духи. Лицо Жазиль даже вытянулось, когда она их увидела.

— Шанель № 5, — прочитала Светка. — Здорово! Спасибо.

Она прижала духи к груди, улыбнулась.

— Ладно, до завтра, — я уже собрался развернуться и идти.

— Пока! — Светка танцующей походкой пошла вглубь квартиры. Жазиль хмыкнула и захлопнула передо мной дверь. Прежде, чем она успела это сделать, я услышал голос Капаница:

— Светочка, ну куда ты убежала?..

Я, не торопясь, спустился вниз по лестнице, вышел на улицу, глубоко вдохнул, выдохнул, успокаиваясь.

Обидно было, что Светка не пошла следом за мной. Хотя она могла и не знать, почему я не пошел на днюху. И больше всего, конечно, меня вывел из себя голосок Вовки Капаницы с его обращением «Светочка».

Я криво улыбнулся и направился домой. Светка вдруг для меня стала как-то слишком много значить. Вдруг. Не с того, ни с сего. Со стадиона?

В принципе, обращение Капаницы отнюдь не значило, что Светка отвернулась от меня и обратила внимание в его сторону. Он за ней пытался ухаживать уже третий год и, насколько я знаю, совсем безрезультатно.

А я ведь едва сдержал желание запустить в квартиру либо «дротик», либо «понос».

За этими размышлениями я не заметил, как дошел до дома. Поднялся в квартиру, повесил пакет с диском на вешалку — потом заберу.

Потом вдруг меня озарила идея — не откладывать на завтра, что можно сделать сегодня. Я, не разуваясь, прошел в комнату, достал из сумки из свертка три червонца, сунул в карман.

Дошел до таксофона, набрал номер:

— Добрый день! Это опять Антон. У меня тут случайно свободное время выдалось. Я могу подъехать через 40 минут. Давайте встретимся в кафе «Снежинка» в 17.00?

Кафе «Снежинка» было любимым молодежным заведением в центре города. Днем здесь люди обедали, а вечером ели фирменное мороженое, пили настоящий кофе «Эспрессо» и даже танцевали — в кафе был небольшой танцпол и достаточно хорошая акустическая аппаратура.

Время было уже не обед, но еще не вечер, поэтому зал был практически пустой. Я подошел к барной стойке, заказал мясной салат, кофе и, чуть помедлив, рюмочку коньяку. Бармен, черноволосый крепыш лет 30-и, иронично хмыкнул, но заказ принял, а рюмку с 50-ю граммами коньяка налил и придвинул сразу.

— Лимон есть? — попросил я. Бармен полоснул пару раз ножом и протянул мне блюдце с двумя дольками лимона.

Я сел за столик в углу, подальше от входа. Минут через десять принесли салат. Тут же передо мной поставили чашку с кофе.

— Он же остынет, пока я ем! — возмутился я. Официантка только пожала плечами и, ничего не сказав, ушла.

— Советский общепит! — услышал я. Как пришли Устинов и Ершов, я не заметил, отвлекся. Ершов сразу отошел к бармену делать заказ, а Денис сел напротив меня.

— Коньячком балуешься? — с усмешкой поинтересовался он. — Не рано? Сколько тебе годочков-то?

Он протянул руку за рюмкой, но я угадал его намерения и перехватил её раньше.

— Настроение плохое! — сообщил я.

— Что так? — снова усмехнулся он.

— Вы пришли, — пошутил я.

За стол сел Ершов.

— Заказал? — поинтересовался Устинов.

— Заказал, — ответил Ершов. — Два кофе, два салата.

Я одним глотком выпил коньяк, чуть потерпел, потом зажевал лимоном. Коньяк хоть и был ароматным, но оказался достаточно жестким. Прокатился по горлу, словно терка.

— Посмотри на школьника! — ехидно сказал Устинов. — Алкоголик растёт.

— Нравоучения читать мне собираешься? — усмехнулся я. — Ладно, давайте к делу.

Но пришлось замолчать. К столику подошла официантка, принесла салаты и кофе, выложила в плетеную вазочку еще два тонких кусочка хлеба. Как только она ушла, я продолжил:

— Слышали про воровскую общину?

Устинов с Ершовым переглянулись.

— Ну, предположим, — осторожно кивнул Устинов.

— Это я был, — сообщил я.

— Млиат! — в сердцах выругался Устинов. — Я так и думал! Я знал!

Ершов засмеялся, глядя на меня, уплетающего салатик. К сожалению, порция оказалась маленькой и быстро закончилась. Я отодвинул тарелку и продолжил:

— Они матушку мою в заложники взяли. Условие поставили, если не вылечу сына Шалвы, будут её резать долго и мучительно. И потом, как выяснилось, слово не сдержали в отношении её… — я замолчал. — Я их всех убил. Что мне оставалось делать?

— Всех?.. — недоверчиво спросил Устинов. — Как же они тебя не убили?

— Как-то так, — уклончиво ответил я. — Не всех. Двоих Шалва сам убил. Тех, что мою мать… обидели.

— Почему нам не позвонил? — спросил Устинов.

— Пятница, — коротко ответил я. — Десять вечера.

— Понятно, — кивнул Ершов. — И что ты от нас теперь хочешь?

— Вам общак их нужен? — словно невзначай спросил я. — Весь целиком и полностью до копеечки.

Офицеры переглянулись. У обоих заблестели глаза.

— Ты оттуда деньги брал? — вполголоса поинтересовался Устинов, делая акцент на слове «оттуда».

— Кеша сдал? — вопросом на вопрос ответил я. — Нет, деньги у меня и так есть. Я туда вообще не заглядывал.

— Где? — коротко спросил Ершов.

— Камера хранения 5355 на вокзале «Переславль-Восточный», пароль 1843. 15 копеек найдете или одолжить? — пошутил я.