Школьные годы чудесные
Шрифт:
— А что это вы тут делаете?
— Историю учим! — буркнул я, пытаясь пройти мимо завуча из кабинета в коридор. — У нас сейчас история у Максим Иваныча…
— Какую историю?! — взорвалась Малевская. — Что ты мне сказки рассказываешь?
— Да экспонаты мы рассматривали! — подал голос Янкель. — А что, нельзя? Пришли в музей, тут малышня всякая. Выгнали их, закрылись, чтоб никто не мешал. Что такого?
— Так, не уходить! Стойте, ждите.
Малевская прошла в кабинет, огляделась, словно проверяя, все ли стенды на месте, не подрисовали ли мы кому-нибудь усы на фотографии и не спёрли ли Знамя дивизии?
Всё оказалось на месте. Малевская разочарованно вздохнула, махнула рукой:
— Ладно, идите!
Янкель благодарно еще раз хлопнул меня по плечу, опять вводя завуча в ступор. Енкелевич нынешний разительно отличался от Енкелевича прежнего. Хотя бы тем, что с его лица пропало вечно хмурое злобное выражение недовольства. Наоборот, его довольная морда светилась от счастья.
— Как вы поживаете, Людмила Николаевна? Вы прекрасно выглядете!
Этой фразой Янкель окончательно добил Малевскую да так, что она стала заикаться:
— С-с-с-спасибо, х-х-хорошо, Гера! Ступай на занятия.
Но едва Гера отошел метра на два, как она крикнула ему вслед:
— У тебя всё хорошо?
Янкель обернулся, улыбнулся, показал большой палец вверх:
— Прекрасно, Людмила Николаевна!
Я попытался тоже уйти, но Малевская ухватила меня за руку:
— Ковалёв! Не спеши.
Она закрыла дверь пионерской, отсекая нас от любопытных посторонних глаз, и потребовала:
— Рассказывай, что у вас здесь произошло!
Я достал из кармана шоколадный батончик, развернул, откусил. После процедуры с Янкелем, как ни странно, я себя чувствовал вполне нормально, почти без всяких там откатных последствий. Ну, разве что внутри чуть-чуть неуютно было. Но только чуть-чуть, самую малость.
— Прекрати жрать, когда со старшим разговариваешь! — повысила голос Людмила Николаевна.
— Я себя плохо чувствую! — сразу сообщил я. — Голова кружится. Можно, я пройду в медпункт?
— Не ври! — взъярилась завуч.
Я вздохнул:
— Вы мне скажите, что я сделал-то?
И улыбнулся. Завуч замолчала. Я осторожно прошел мимо неё, обернулся и добавил:
— У меня действительно голова болит.
— Медпункт закрыт, — мрачно буркнула мне в спину Людмила Николаевна.
В результате, до кабинета истории я добрался, уже после звонка.
— Курил что ли? — весело поинтересовался Максим Иванович.
— Не, — мотнул я головой. — Малевская задержала.
— Садись!
Я прошел на своё место, сел, достал учебник, тетрадь, дневник.
— Что завуч от тебя хотела? — поинтересовалась Светка.
Я пожал плечами и, в свою очередь, спросил:
— Сегодня без изменений? Ты не передумала?
— С чего это я должна была передумать?
Глава 23
Глава 23
Субботние приключения
Мы всё-таки пошли на «Пиратов ХХ века» в «Октябрь». Эта киношка находилась сравнительно недалеко, в отличие от «Космоса», который был на другом конце города, и считалась кинотеатром высшей категории. Поэтому здесь всегда крутили хорошие с точки зрения кассовых сборов фильмы, и был всегда аншлаг.
Добираться, увы, пришлось с одной пересадкой. Хорошо, что время было полуденное — пассажиров мало, салон «Икаруса» оказался полупустым. Мишка с Андрюхой даже ухитрились сидячие места занять. Я же со Светкой встали на кругу, на «гармошке». Она осторожно обняла меня за талию, слегка прижимаясь ко мне. От тепла её тела по всем кожным покровам моего организма табуном пробежали мурашки. Я прижал её к себе свободной рукой поближе. Она надела «на выход» легкое платье, поэтому все её прелести, «выпуклости» и «вогнутости» совсем не скрывались от меня. Честно говоря, от такой близости не только мурашки бегали, даже голова немного закружилась.
— Ковалёв! — строго сказала Светка, насмешливо глядя мне в глаза. — Это ничего не значит.
Я с ней тут же согласился:
— Конечно, как скажешь, любимая…
На что Светка ответила многозначительным взглядом прищуренных глаз, словно, прицеливалась.
В троллейбусе оказалось потеснее. Всё-таки он через весь город ездил, а не с окраины, собирая пассажиров со всех остановок. Я задвинул Светку в угол, встал перед неё и упёрся в поручни руками. Платить за проезд мы не стали. В такой тесноте контролёры не ездят. Светка удивленно подняла брови. Я ей подмигнул, мол, прокатимся «зайцами»!
С билетами на фильм проблем не оказалось. Почему-то очереди в кассу не наблюдалось. Мы взяли в буфете по мороженому — в «Октябре» в буфете даже эскимо продавали. На этот раз Светлана деньги за себя мне совать не стала.
Зрителей вообще оказалось маловато для субботы. Зал, рассчитанный на 500 с лишним человек, был заполнен едва ли на треть. Фильм, хоть и боевик, уже собрал свою «дань», шел в кинотеатрах города месяца два-три. Андрей с Мишкой сели от нас подальше в середине зала. Мы — на последний ряд, на «места для поцелуев». На нашем ряду, да и на предпоследнем, больше никого не наблюдалось.
Я взял Светлану за руку, включил «зрение». Увы, выполнить данное ей обещание подлечить мышцы и кости, не представилось возможным. Здесь требовалось либо точечное воздействие «живой силой», либо специально разработанное заклинание-конструкт, которое я мало, что не знал. Его вообще могло бы просто не быть. А вливание энергии через каналы руки, как я изначально хотел сделать, просто распылило бы энергию по телу, наполнило равномерно весь организм. Теоретически было бы общее оздоровление, и не более того! Требовалось-то усилить мышцы и кости.
Светлана ощутила направленную в неё магическую энергию, как тёплый поток, растекающийся от кисти руки по всему телу, о чём она мне сразу сообщила.
— Так здорово! — шепотом сказала она, положив мне голову на плечо. — Как будто теплой волной окатило!
Мы так и просидели весь фильм, тесно прижавшись друг к другу. Увы, почему-то он быстро закончился.
— Идём в кафе? — поинтересовалась Светлана.
— Тоха что-то там насчет ресторана говорил, — ехидно заметил Андрей.
— Какой ресторан, мальчики? — удивилась Светка. — Суббота, вечер. Везде мест не будет! Да и разве нас туда не пустят?