Чтение онлайн

– Воевали? Вроде как от вас с заказами уже человек приехал утром рано. Лабазы шумят, на отправку кучу барахла готовят.

– Это да, ремонтировать надо кучу всего. Деревни рядом со мной пожгли, Липово так вообще пришлось по бревнышку раскатать. Даже не знаю – то ли буду там город отстраивать, то ли просто перевалочную базу большую воткну. Очень уж место удачное, как раз можно несколько дорог в одну точку свести.

– Значит, отбились?

– Ага. Наемников угрохали всех, часть в качестве зомби подняли и отправили работать. Некросов самых дурных спалили к чертям, остатки пока объяснительные пишут. Если какой слишком дурной крамолы за ними не найдем, то и их к делу пристрою.

Полковник недовольно поджал губы:

– Церковники будут недовольны. Очень.

– Вот уж на мнение ряженых продавцов опиума мне насрать с самой высокой колокольни. Как монашек черепушкам продавать и с ними наркотой бодяжить – так первые. А как с кого шкуру за проделки снять, так пальцем только в отверженных тычут. Так что разберусь я и церковниками, и с прочими... Лучше расскажите, как оно вокруг?

Вздохнув, Фикс кратко охарактеризовал происходящее:

– Жопа вокруг. Эльфы партизанят, промышленники деньги стараются припрятать куда подальше, империю трясет, словно больного лихоманкой. Думаю, к зиме мы как-то дотащимся, а вот по холодам запросто можем развалиться. Совсем.

– ...! – Школота распахнул от удивления рот, затем обернулся на своих бойцов, которые сновали подобно муравьям и набивали грузовики. Затем снова крутнулся к полковнику:

– Подождите, вы же из погранцов. Значит, худо-бедно с другими вояками наверняка контакты имеете. Мы ведь тогда бортами разошлись, армию не тронули. Должны быть нормальные силы и люди, кто порядок способен поддержать.

– Увы, желающих рулить много, но в крови и дерьме копаться никто не хочет. Хапнуть и свалить, вот и вся суть Законодательного собрания с прихлебателями. После смерти императора вся эта пена и вылезла на поверхность.

– А вы? Что, все сделанное бросите нахер?..

Фикс хотел сначала окрыситься в ответ, но потом из него будто выпустили воздух и он поник:

– А что я? Всего лишь служака в дыре, на краю мира. Со мной никто из генералов разговаривать и не станет. Хотя, у них и войск-то не осталось. Распропагандировали всех. Богатые в столице почти все так или иначе из армейцев охрану себе сообразили. А государства как такового и не осталось по итогам. Одна видимость.

Сунув руки в карманы, Володя стал покачиваться с носка на пятку, поскрипывая сапогами. Он о чем-то размышлял и мрачнел с каждой минутой. Затем вытащил правую руку и помахал кому-то за спину. Рядом материализовалась Докси:

– Босс?

– Скажи мне, верная моя ухорезка, что ты можешь вспомнить про господина полковника. Кратко, по делу, как ты умеешь обычно.

– Характер нордический, предан короне и покойному императору. Отец солдатам. За свою бригаду дрался всегда до последнего. Данное слово ценит превыше любого золота.

– Значит, наш человек... Фикс, спрошу еще раз. В лоб. Потому как я на всю голову ебанутый и политесам не обучен. Вот тебе, взрослому мужику, не обидно проебать все и вся? Отдать страну на разграбление каким-то говнюкам, которые лишь о личных шкурных интересах заботятся. Не жалко?

Фикс молчал. То, что ему выговаривает какой-то малолетний сопляк – бесило. Но ведь правду говорит, паскуда, рожей в собственное дерьмо тычет.

– Я, барон крохотного куска земли, сумел раком поставить и твое Законсобрание, и эльфов, и гномов, и наемников с некромантами. Я всех или убил, или под себя прогнул. И не потерял при этом ни одного бойца. Слышишь меня, вояка? Ни од-но-го!.. А несколько тысяч врагов на удобрения пустил, Подземное королевство в друзья заполучил и попутно теперь лапу наложу на всю округу рядом с Лесом. Раз из столицы на меня решили забить болт, то я теперь буду свое графство строить или еще чего нибудь. Мое. Где люди и нелюди у меня будут жить, богатеть и на херах любую суку из-за забора вертеть... Ты же чего, собираешься драпануть вслед за промышленниками, кто из империи труп смердящий мастерит? Типа – возьмите меня, бывшего золотопогонника, буду швейцаром у вас двери в ресторацию открывать для новых хозяев жизни. Так?

– Да пошел бы ты!.. – но Школота уже завелся и буквально рычал в ответ:

– Я?! Да я-то пойду! А таких, как ты, тысячи и тысячи у меня дома на чужбине в безымянных могилах закопали! Потому что в свое время руки опустили и по течению их понесло... Ты же вояка, блядь! Ты всю жизнь государство защищал!.. Вон, смотри, баба молодая, тебе в подметки по опыту не годится, а даже подыхая за императора готова была глотки рвать! И сейчас она у меня командует всеми войсками специального назначения. Все егеря на ней, все силовые акции на границе и в чужих землях. Она – живой пример, как надо до конца идти, а потом сдохнуть, возродиться и снова вперед!..

Докси чуть потупилась и прошептала:

– Школота, ты бы чуть полегче, а то полковника удар хватит. Вон он, уже все красный...

– Да хоть зеленый! У него целая бригада в подчинении, а он сопли жует! На складах жучье барахло его распродает, а он стоит рядом и сапогом песочек колупает... Страна в жопу катится, а все лишь руками разводят и на столицу кивают... Что, сил нет сраный гадюшник зачистить?

– Мы не каратели, мы пограничники! – Фикс попытался гордо выпятить подбородок, но стушевался под насмешливыми взглядами молодого парня и его зеленокожего адьютанта.

– Мудаки вы там все в командовании, вот вы кто. А самое обидное, что под таким руководством нормальные парни на границе и передохнут... Короче, явно мы ошибаемся на твой счет. Нет у тебя характера, одно гавно внутри...

Этого полковник уже выдержать не мог. Он вцепился в черную плотную рубаху, дернул на себя барона и зашипел в ответ:

– Ты на кого ссать против ветра вздумал, щенок?! Я двадцать пять лет границу держал на замке каждый день! У меня вся шпана из-за ленточки срется, если только брови нахмурю! И меня еще поносить?!

– А что с тобой делать? Могу вот так пальцем ткнуть...

Получив болезненный укол под ребра, мужчина отшатнулся. Посмотрел вокруг налитыми кровью глазами и шагнул назад еще раз. Докси уже положила руку на висевшую на поясе кобуру, а четыре огромных пса с интересом разглядывали наглеца, посмевшего тронуть их господина. Стоит ему только шепнуть – полетят от Фикса клочки по закоулочкам.

– Полковник. Похоже, что-то в тебе еще осталось. Какие-то крошки былой гордости. Делаю тебе предложение. Один раз. Если сомневаешься или вздумаешь куда слинять – солью, как дерьмо в сортире. Хочешь валить – да не задерживаем. Видел таких. И могилки видел. Нет на чужбине никому радости, особенно если ты на деньгах не повернут. Тем мудакам везде хорошо. А нам – только дома. Мой дом сейчас – здесь. А тебе – определяться надо, где хочешь, чтоб похоронили. И как именно: как безродную собаку или с военными почестями...

Потихоньку затих звон в ушах, утихла головная боль. И уставший от неопределенности в самом ближайшем будущем мужчина мрачно спросил:

– Чего хочешь?

– Предлагаю порядок дома навести. У себя я подчистил, теперь стоит всю империю метелочкой оприходовать.

– Бригады на это не хватит. Думал уже.

– А мы люди простые, мы не гордые. К соседям заглянем, у них бойцов наймем. Гномов подрядим. Пустоши в ружье поставим. Не волнуйся, желающих зажравшимся ублюдкам пиздюлей прописать – это очередь за горизонт будет. Главное – желание. Будет желание, будут возможности. Обещаю...