Шкура льва
Шрифт:
— Да, — отозвался Джерри, грубый, рослый оборванец. — Он там все эти два часа.
— У нас есть шанс захватить их обоих — вероятно, такой возможности больше не представится. Игра окончена. Наш приятель все понял, — мистер Грин был не на шутку взбешен. Момент для ареста еще не созрел, но оттягивать его теперь, когда их планы раскрыты, значило бы дать сэру Ричарду и всем остальным заговорщикам возможность ускользнуть. — Наручники с собой? — резким тоном спросил пшик.
Джерри хлопнул по отвисшему карману и подмигнул. Мистер Грин сдвинул треуголку на глаза и задумался, заложив руки за спину.
— А, ладно! — решился он. — Надо кончать с ними нынче же ночью. Ждать бессмысленно. Мы дадим джентльменам время устроиться поудобнее, а уж потом поднимемся наверх и зададим жару. — И подозвал остальных ищеек.
Тем временем мистер Кэрилл поднимался по лестнице, полный дурных предчувствий. В последнем письме, полученном в тот памятный день в Стреттон-Хаузе, сэр Ричард писал, что он уезжает из города, но намерен вернуться через неделю. К отъезду его вынудило дело, связанное опять-таки с упрямцем Эттербери. Сэр Ричард поехал в Рочестер, надеясь уговорить епископа бросить затею, которая так не понравилась королю. Однако его старания оказались напрасны. Эттербери держал его при себе, всячески развлекая, надеясь, в свою очередь, вовлечь агента в дело, которое всецело поглотило самого епископа и его сообщников. Однако сэр Ричард твердо стоял на своем, и, когда он в конце концов решил уехать из Рочестера и вернуться в город к своему приемному сыну, отношения между этими двумя приверженцами династии Стюартов заметно охладели.
Вернувшись в Лондон — его отсутствие в городе не ускользнуло от внимания мистера Грина, который был очень этим встревожен, — сэр Ричард послал письмо мистеру Кэриллу, и тот не замедлил ответить, явившись к нему лично.
Приемный отец встретил его с распростертыми объятиями, с радостью на лице и сияющими старческими глазами, что должно было обрадовать гостя, но лишь сильнее опечалило его, и, когда сэр Ричард отошел назад, чтобы еще раз на него взглянуть, Кэрилл тяжело вздохнул.
— Ты такой бледный, мальчик мой, — сказал старик. — Ты так похудел, — и он принялся поносить Ротерби и все семейство Остермора, ставших тому причиной.
— Не будем об этом, — попросил мистер Кэрилл, усаживаясь в кресло. — Ротерби и так уже наказан. Весь город считает его мерзавцем, лишь чудом избежавшим виселицы. Я удивлен тем, что он до сих пор не уехал. На его месте я, пожалуй, отправился бы путешествовать год-другой.
— Почему ты пощадил его, когда твоя шпага была у его груди?
— Мне вовсе не хотелось с ним драться: я знал, что он мой брат.
Сэр Ричард удивленно посмотрел на него.
— Я не знал, что ты так сентиментален, Жюстен, — сказал он и вздохнул, потирая длинными белыми пальцами худощавое лицо. — Я думал, мне удалось воспитать в тебе твердость. А что сам Остермор?
— Что Остермор?
— Ты не пытался еще раз уговорить его примкнуть к королю Якову?
— Зачем, если возможность упущена? Его предательство теперь приведет к предательству Эттербери и всех остальных. Остермор поддерживал с ними связь.
— Так ли? Епископ об этом ничего не говорил.
— Мне об этом рассказал сам граф. И я знаю, через кого эта связь осуществлялась. Неужели Остермор не знал, что они выжмут из него все до последней капли? Граф крайне неосторожен. Настоящий тупица, глуп настолько, что сам не сознает своей глупости.
— Так что же делать? — спросил сэр Ричард, нахмурившись.
— Лучше всего вернуться домой, во Францию.
— И оставить все как есть? — Сэр Ричард задумался, потом покачал головой и горько улыбнулся. — Неужели ты мог бы удовлетвориться подобным решением? Уехать с тем, с чем приехал, найти нужного человека и забыть о нем? Неужели ты мог бы так поступить?
Мистер Кэрилл посмотрел на баронета и подумал, не стоит ли ему честно и прямо высказать свои мысли. Но он знал, что ответного понимания ему не добиться. Он был не в силах бороться с фанатизмом, проявляемым в этом деле сэром Ричардом. Если бы он честно рассказал о том, как ему не хочется выполнять порученное и как он рад тому, что обстоятельства сделали его задачу невыполнимой, он лишь поразил бы сэра Ричарда в самое уязвимое место и не достиг бы желаемого.
— Неважно, чего я хочу, — медленно, почти устало произнес мистер Кэрилл. — Важно лишь, что я должен сделать. Здесь, в Англии, делать больше нечего. К тому же либо я серьезно заблуждаюсь, либо пребывание здесь грозит вам опасностью.
— Какой опасностью? — безразличным голосом спросил сэр Ричард.
— За вами следят.
— Фу! Да я привык к этому. За мной следят всю мою жизнь.
— На сей раз за вами шпионят люди министра. Я заметил по меньшей мере трех-четырех человек, следивших за вашей дверью. А перед тем, как войти, я чуть не сшиб с ног мистера Грина — самого упрямого из них. Я с ним уже познакомился. Это тот самый человек, который обыскал меня в Мэйдстоуне; с тех пор он не спускал с меня глаз, но это меня не слишком беспокоило. Но теперь он обратил внимание на вас — это значит, что он вас подозревает. А коли так, то чем скорее мы уедем из Англии, тем лучше для вас.
Сэр Ричард невозмутимо покачал головой. На его худом старческом лице не отразилось и следа беспокойства.
— Все это чепуха! — сказал он. — Я не уеду с пустыми руками. После столько лет ожидания…
В дверь постучали, и в комнату вошел слуга сэра Ричарда. Его лицо было бледно, в глазах застыл испуг.
— Сэр Ричард, — сказал он тихим голосом, не предвещавшим ничего хорошего. — Сюда пришли несколько человек и требуют встречи с вами.
Мистер Кэрилл повернулся в кресле.
— И уж, конечно, они не представились? — спросил он таким же тихим голосом.
Слуга молча кивнул. Кэрилл выругался сквозь зубы. Сэр Ричард поднялся на ноги.
— Я сейчас занят, — спокойно сказал он. — И никого не принимаю. Спросите, чего им надо. Если дело важное, пусть приходят завтра.
— Дело чрезвычайно важное и неотложное, сэр Ричард Эверард, — послышался голос мистера Грина, вошедшего в комнату вслед за слугой. За его спиной в прихожей виднелись силуэты еще нескольких человек.
— Сэр! — недовольно воскликнул баронет. — Ваше вторжение абсолютно незаконно! Бентли, проводи джентльменов к выходу.
Бентли взял мистера Грина за плечо. Тот стряхнул его руку и вынул бумагу.
— У меня ордер на ваш арест, сэр Ричард. Ордер, подписанный министром лордом Картеретом.
Мистер Кэрилл решительно направился к шпику. Тот отступил на шаг и занял оборонительную позицию под прикрытием низкорослого, но крепкого с виду телохранителя.
— Держитесь на должном расстоянии, сэр, — с угрозой в голосе потребовал мистер Грин. — Или вам придется пожалеть. Эй! Джерри! Битти!
Джерри, Битти и еще двое головорезов сгрудились подле двери, не переступая, впрочем, порога. Кэрилл обернулся к сэру Ричарду, но мистер Грин опередил его.
— Сэр Ричард, — сказал он, — надеюсь, вы понимаете, что мы — не более чем орудие закона. Мне очень жаль, что я вынужден вас арестовать. Это не по нашей прихоти, ведь мы лишь исполняем приказ. Надеюсь, вы не захотите причинять моим людям неудобств и предпочтете сдаться по-хорошему.
Вместо ответа сэр Ричард открыл ящик письменного стола, около которого он стоял, и вынул оттуда пистолет.