Чтение онлайн

– Это тот резидент, которого, по твоим же утверждениям, Гестапо два месяца, как взяло?
– уточнил нарком, - И который, после этого, якобы, секретные чертежи у "Сименса" раздобыл и выслал описание какого-то... Как его там?

– Фототелеграфного аппарата, - подсказал начальник ИНО, - Именно. Позавчера собрали этот фототелеграф. Начали испытывать и ..., - Слуцкий замолчал.

В кабинет, предварительно постучав, вошел секретарь и стал аккуратно расставлять с подноса горячий чай в высоких стаканах с серебряными подстаканниками, серебряную сахарницу с кусковым сахаром и серебряную же вазочку с печеньем. Подождав, пока старший лейтенант НКВД покинет кабинет, комиссар госбезопасности второго ранга продолжил: - В общем, после того, как собрали аппарат и заправили фотопленку, он заработал без подключения к приемной радиостанции и без, - Слуцкий раскрыл лежащую у него на коленях папку, прочитал что-то на лежащем сверху документе, - и без синхронизации. Причем, технические спецы утверждают, что без синхронизации аппарат работать не может. Вчера проявили пленки и ..., - начальник ИНО замялся и замолчал.

– Ну что ты, как девка перед голым мужиком мнешься, Абрам Аронович, - усмехнулся нарком, прихлебывая горячий чай, - говори.

– На всех трех пленках, - Слуцкий достал из той же папки на коленях толстую почку фотографических отпечатков, - подробные карты отдельных участков Советского Союза. И на всех неизвестные нам месторождения.

– Месторождения чего?
– переспросил нарком.

– Вот здесь, например, - комиссар второго ранга перебрал несколько фотографий, вытащил одну и положил перед Ежовым, - нефть. Это на южном Урале, на севере Оренбургской области. Я сегодня с утра успел у геологов проконсультироваться. Там как раз экспедиция из Ленинграда работает. Именно нефть ищет. А здесь точные координаты. Ставь буровые вышки и качай. Но, вот это еще интереснее, - Слуцкий вытащил еще одну, помеченную красным карандашом, фотографию, - Якутия. Здесь вообще месторождение алмазов.

– Алмазов?
– Ежов настолько удивился, что даже перестал пить чай, а кусок сахара (нарком любил чай вприкуску) упал на подсунутую начальником ИНО фотографию, - Сказки рассказываешь. Это кто же нам такую "дезу" лепит?
– перешел на жаргон нарком.

– В том-то все и дело, что на дезинформацию не похоже. И, потом это еще не все. Вчера, после зарядки чистых пленок, аппарат снова заработал, - Абрам Аронович прервался, перемешал сахар в своем стакане, и тихо, в отличии от шумно прихлебывающего наркома, сделал пару глотков чая.

– Ты, того, Абрам, не тяни, - не выдержал Ежов, - говори, давай.

Слуцкий сделал еще глоток и продолжил: - На пленке плохо видно, мелковаты негативы, но я отдал на распечатку. Сейчас досушивают. Прямо сюда приказал принести. Кажется, там чертежи какого-то стрелкового оружия.

****

– И что же вы им подсунули?
– Павел Ефимович Коган все никак не мог отойти от смеха, вызванного рассказом Николая. Он только что прилетел из Москвы и сразу же, не заходя в гостиницу, решил выяснить последние новости.

– Как что, - удивился Коля, - конечно, "калаш". АК-103 и 104. Подробные чертежи, полное описание всех "технологических цепочек" от точного литья и лака для покрытия стальных гильз, до чертежей поточных линий для производства патронов. В общем, весь пакет документов, что "Ижмаш" для Венесуэлы готовил в 2008-м. С творческой переработкой, конечно.

– В смысле?
– спросил полковник.

– Да, все пластмассовые детали заменили пока на дерево, и даты с подписями убрали из угловых штампов. Нет, но надо было видеть их рожи, когда на последней фотке они увидели наше требование о переносе аппарата в Кремль, - Малышев опять засмеялся.

– Перенесли?

– Тут же. Сталин лично приказал, когда ему еще мокрые распечатки привезли. Там и большую фотолабораторию развернули и еще один батальон НКВД поставили, для соблюдения секретности.

– А сейчас что передаете туда, - поинтересовался Коган.

– Адаптированную технологию цветной фото и кино пленки. Ну, и фотобумаги, соответственно. Это под новый приемник фототелеграфа, что мы разработали, - пояснил Николай, - будем им и карты в будущем цветные гнать.

– А затем?

– Ну, Пал Ефимыч, с этим к директору, - фамильярно ответил Коля, - Викентьев с Логиновым там такую работу развернули.

Директор, как выяснилось, находился не в своем кабинете, а в большем зале бывшего КБ завода, который превратился в отдел подготовки технической информации, предназначенной для передачи "туда". Увидев Когана, он быстро закончил разговор с молодым инженером, который, судя по чертежам на экране его компьютера, был специалистом по ДВС*, и, с довольной улыбкой на выглядевшем несколько усталом лице, направился к полковнику.

*ДВС - двигатели внутреннего сгорания.

– Ну, здравствуй, Павел Ефимович. Как там столица поживает?
– спросил Викентьев, пожимая протянутую руку.

– Хорошо поживает, - ответил полковник на пути в кабинет директора, - вот только снегом завалило, еле разрешение на вылет выбил. Ты, лучше расскажи, как вы тут живете?

– Плохо и хорошо одновременно, - увидев шедшего на встречу Логинова, он махнул ему рукой, подзывая.

– О, как, - удивился Коган, - а, поподробнее?

– Да, времени не хватает, ничего не успеваем, там-то оно бежит значительно быстрее. Зато, - Викентьев опять улыбнулся, - очень уж интересная работа пошла.

Когда они втроем устроились в кабинете директора с чашками кофе, тут же приготовленным Логиновым на электрической кофеварке, подполковник продолжил свой рассказ.

– По стрелковому оружию мы практически все уже передали, и "Утес", и пулемет Владимирова. Начали, конечно, со всех вариантов ПэКа на 7,62, а на закуску "Гюрзу" с патронами СП-10 и СП-11 подкинули.

– У "Утеса" же технологии сложные, потянут ли?
– засомневался полковник.

– Справятся, - ответил за шефа Логинов, - все подробненько отписали, и технологии, и станки, и оснастку.

– Сейчас собираемся передавать подствольник ГП-30 с "выстрелами", станковый АГС-30, ну и, соответственно, противотанковые гранатометы, - Викентьев сделал небольшую паузу для смакования кофе, - Кое где, по твоему совету, указали конкретных специалистов для организации и доводки производства. Эти люди под репрессии уже не попадут, а некоторых и из лагерей вернули.

– Вот это самое главное!
– с воодушевлением сказал Коган, - это начальный этап привыкания Сталина к нашим советам. Надо его на нашу информацию, как наркомана на иглу посадить!

– А все-таки, Павел Ефимович, ты Иосифа Виссарионовича не любишь, - с некоторым недовольством констатировал подполковник.

– Да что он, девица красная, что бы его любить, - тут же ответил ему куратор, - просто, Юра, я немного больше тебя посидел в архивах, да и допуск у меня несколько выше. И вообще, хватит обсуждать это. Я же с вами вместе собираюсь поднять его на еще более высокую ступень власти. Главное здесь, что под нашим "чутким" руководством, - Коган усмехнулся, - держава будет значительно раньше готова к войне. Кстати, предупредили, что на все новинки от нас максимальная секретность, и что в Испанию даже патрона нового образца не должно попасть? Соответственно, как и на конфликты с японцами.