ШОА. Ядовитая триада
Шрифт:
В 1879 г. В. Марр основал "Антисемитскую лигу". Школьный учитель Б. Фёрстер, поклонник Р. Вагнера (и зять Ф. Ницше, порвавшего с Вагнером из-за его антисемитизма), в 1880 г. за несколько недель собрал почти четверть миллиона подписей, в большинстве студенческих, под своим призывом переписать евреев Германии и выбросить их из общественной службы и системы образования. Студенты изгоняли евреев из своих объединений. "Антисемитская народная партия" с 1890-го по 1893 г. нарастила число своих сторонников на парламентских выборах до двухсот шестидесяти тысяч голосов и провела в Рейхстаг шестнадцать депутатов. Юдофобы выходили и на международную арену: антиеврейский конгресс в Дрездене (1882 г.) собрал 300 делегатов из Германии, Австро-Венгрии и Прибалтики.
В 1880-1881 гг. разыгрались беспорядки: в Берлине бандиты громили витрины еврейских магазинов, избивали прохожих евреев, в провинции поджигали синагоги. Антисемитизм, разворачиваясь в уголовщину, настолько угрожал общественным устоям, что в 1891 г. при участии авторитетнейших немцев берлинского бургомистра Функа фон Дессау, историка Теодора Моммзена и биолога Рудольфа Вирхова возникла "Ассоциация защиты от антисемитизма", объявившая, правда (видимо, в угоду толпе), своей целью не защиту евреев, а улучшение политической обстановки в Германии.
Деятельность "Ассоциации", а в куда большей степени переключение народного интереса на обострившееся в конце века соперничество Германии с европейскими державами несколько снизили антисемитские настроения, но общий фон исчезнуть не мог, как ни старались немецкие евреи выказать верность любимой родине. В годы Первой мировой войны немцы распевали "Песнь ненависти к Англии" на слова еврея Эрнста Лиссбауэра, лично награждённого за песню кайзером Вильгельмом II; крещёный еврей Фриц Габер разрабатывал химическое оружие; еврей Вальтер Ратенау наладил военную экономику - что и кого убеждало?..
В Первую мировую войну в германской армии служило около ста тысяч евреев, 12 тысяч погибло в боях - а толпа упорно видела в евреях только "ловкачей" и "дезертиров". Была даже проведена позорящая перепись евреев в армии и в тылу для выявления уклоняющихся от окопов.
Из мглы той войны, кстати, маячит письмо с фронта заслуженного немецкого солдата: он надеется, что " те из нас, кому выпадет счастье вновь увидеть родину-мать, найдут её очищенной от чужаков и что благодаря нашим жертвам и страданиям... не только внешние враги Германии будут разорваны в клочья, но и наш внутренний интернационализм также будет раздавлен". Солдата звали Адольф Гитлер. Попозже он сообразит не распылять внимание соотечественников на всех чужаков, а выделить из них одного - еврея.
Это уже в Германии после поражения, после унизительной капитуляции в 1918 году, в стране растоптанной, обессиленной и нищей. Рядовой немец, особенно из мелкой буржуазии или чиновничества, - основа будущего нацизма, треть населения [74, 38] - впал в отчаяние: рухнула великая империя, распорошились, как не были, достаток, самоуважение, добросовестный труд, устоявшийся быт с привычными домом, кирхой, банком, воскресным гулянием, с верной женой, почтительными детьми, вежливыми соседями, со степенным доктором, добрым пастором, умным учителем и любезным аптекарем, с крепким женским задком, кружкой терпкого пива и застольной песней - где благочинная та жизнь? Где величайшие в мире озарения Гёте и Канта, Баха и Кранаха? Где недавнее могущество в Европе германского духа и силы, надёжа Бисмарк, поверженные в 1870-м французишки?.. В Первой мировой войне Германия стояла по сути одна чуть не против всей Европы с Америкой, на двух немцев три врага, а четыре года не могли её одолеть. И победив, распяли с позором, ограбили контрибуцией, земли отняли, семь миллионов германцев убыло... Где ты, легендарный триумф тевтона, попирающего мощной стопой презренного чужеродца?
Были: держава, мощь, почёт, богатство; ныне: бессилие, безденежье, ничтожество. Из князей в грязь, "мордой об стол". Кто в ответе? И что делать? " Сдвиг в человеке оказался достаточным для формирования новой человеческой породы, которую можно назвать условно "эсэсовской"", - заметил историк Михаил Гефтер [75, 31].
Германская почва, обильно унавоженная традиционной юдофобией, а теперь взрыхлённая плугом исторической невзгоды, ждала посева. Он нашёлся - расовый антисемитизм, и нашёлся умелый возделыватель Гитлер - гроссмейстер ненависти.