Чтение онлайн

— Можно потерять последнюю рубашку, когда лишишься работы… Например, при сокращении кадров, — объяснила я, запинаясь.

— А… Очень смешно. Вот, тебе наверняка понравится, — сказал он, ныряя в огромную картонную коробку и вытаскивая охапку вешалок. — Это мое очередное великое изобретение. Вешалки с разноцветным пластиковым покрытием помогут разделить одежду по цветам. На голубых будет висеть одежда для работы, на розовых — каждодневная, на желтых… Да не важно, придумаем. Возьми несколько.

Так я и знала, думала я, пока папа запихивал вешалки в пакет, прежде чем протянуть его мне. Вместо того чтобы ужинать и распивать вино с какой-ни будь девицей в короткой юбке, он засиживается по ночам и совершенствует цветные вешалки. Что ж, человечество теперь ни за что не перепутает деловой костюм со штанами от домашнего тренировочного. В честь отца воздвигнут памятник. Да, мама оказалась не права, и это еще мягко сказано.

— Спасибо, пап, — улыбнулась я. — Давай посмотрим, может, обед уже готов?

Родители на кухне загружали посуду в посудомоечную машину, а мы с Лизой сидели в гостиной за столом из красного дерева, которым пользуются обычно лишь раз в неделю — по воскресеньям. Мы уже покончили с закусками и основным блюдом, избежав разговора о Шоко Лад и ее ужасной книге.

— Трусливый зайчишка, — прошептала Лиза. — Я так и думала, у тебя просто никогда не хватит духу.

— Жду подходящего момента, — ответила я.

— Ха! Я считала паузы в разговоре — целых семнадцать. Была возможность обсудить эту тему во время любой из них, но ты так и не решилась. Только посмотри на себя: тебе уже почти двадцать шесть, а предки даже не в курсе, что ты куришь.

— Ладно, и о курении я им тоже скажу. Вот увидишь, — заявила я с вызовом. Да, я непременно сообщу родителям и о своей вредной привычке.

Вошла мама с пирогом, следом за ней появился папа с заварным кремом.

Нет времени лучше, чем настоящее, подумала я. Куй железо, пока горячо. Я осуществлю свое намерение прямо сейчас. Да, решено.

— Мама, папа, я хотела бы поговорить с вами об одной вещи. Я…

— Проповедь, которую читал сегодня утром Реверенд Свинтон, была просто потрясающей, верно, Брайан? — сказала мама, полностью проигнорировав меня.

Правда ужасно, когда происходит подобное? Вы собираетесь огорошить родителей кошмарным известием — например, вы беременны, или принимаете наркотики, или арестованы за магазинную кражу, — но близкие не обращают на вас ни малейшего внимания.

Я взглянула на Лизу. Она закатила глаза, видимо, испытывая столь же сильное разочарование. Я пожала плечами, словно говоря: «Не могу же я сделать это сейчас», — а она изо всех сил пнула меня под столом.

— Да, великолепная проповедь, — согласился папа. Он даже не заметил, что я сморщилась от боли.

— Его вдохновила статья из вчерашней газеты, — продолжила мама.

«Возможно, она говорит о «Новом заде Кайли»?» — с надеждой подумала я. Такой заголовок красовался на обложке газеты «Сан».

— Та самая, про омерзительную сексуальную оргию в частной школе.

Черт, вовсе нет. Здравствуйте, танцоры из «Риверданса». Вернулись еще раз мастерски сплясать на бис?

— Он сделал акцент на том, что сама по себе оргия просто отвратительна, но более того, мы имеем дело с влиянием печатного слова на неокрепшие умы, и если бы школы уделяли больше внимания чтению проповедей, возможно, молодежь…

— Мама, Эми кое-что хочет тебе рассказать, — перебила ее Лиза.

— Нет-нет.

Ни за что на свете я не смогу сделать это прямо сейчас.

— Да, хочешь. Или это сделать мне? — Она прищурила глаза, чтобы придать лицу серьезное выражение.

— Что такое, Эми? — спросила мама, тоже прищурив глаза: она почуяла какую-то опасность.

Впрочем, и папа тоже. Он схватился за стол так, что костяшки его пальцев побелели. Папа попадал в подобные ситуации и раньше и мог предвидеть неизбежно надвигающиеся неприятности. Может быть, он догадается поступить, как обычно поступает в таких случаях? Я бросила на отца умоляющий взгляд маленького несчастного котенка.

— Кто-нибудь смотрел вчера вечером документальный фильм о дикой природе? — громко спросил он, поняв намек. После многолетней практики папа выяснил, что лучший способ отвлечь кого-то из Бикерстаффов от возможности сделать ошеломляющее заявление — сказать что-нибудь, настолько не относящееся к теме, чтобы мама и Лиза застыли в недоумении. Не всегда, конечно, помогает, и остается лишь надеяться.

— Передача была о слонах, — продолжил он, — удивительные животные. Единственные млекопитающие с четырьмя коленями, которые не умеют прыгать.

— Тихо, Брайан, — вмешалась мама. — Эми собиралась нам что-то рассказать.

По крайней мере, он сделал все, что мог.

Я снова взглянула на Лизу, и по выражению ее лица мне стало ясно: обратного пути нет. Да, Лиза права. Нужно было сделать это уже давно. Конечно, сначала я почувствую себя будто в аду, но другого выхода не существует.

— Вообще-то с какой-то стороны мое известие просто замечательное, — сказала я, смело ринувшись вперед, — просто поразительное, невероятное, потрясающее…

Папа поднял голову, воодушевившись моими словами.

— Но сначала, скорее всего вы будете слегка шокированы.

Папино лицо снова вытянулось.

Я решила убить двух зайцев сразу, залезла в карман и вытащила сигарету из пачки «Би энд Эйч». Повертев ее в руке, я снова взглянула на маму. Сегодня она видит свою всегда послушную, почтительную дочь в последний раз, теперь все будет по-другому.

— Слушайте, мне нелегко об этом говорить, — сказала я, заставляя себя не отводить взгляда от мамы, — поэтому, думаю, не стоит ходить вокруг да около…

Я уже собиралась покаяться, когда солнце выглянуло из-за туч, его лучи проникли сквозь стеклянную нишу, подсветив маму сзади мягким светом. Казалось, она слилась с витражами на стеклах, став одной из фигур в центре, словно это уже не моя мать. Миссис Бикерстафф явилась взору небесным видением — святая Шарлотта из Финчли.

Спасибо тебе, Господи, как раз подходящий момент.

— Ну, скажи, наконец, Эми, — приказала мама.

— Я… я только собиралась сообщить вам, что… На самом деле Лиза должна кое в чем признаться.