Шопоголик и Рождество
Шрифт:
Тридцать шесть месяцев? Три года? Да на что он мне тогда?
– Позвольте пройти! – бурчит женщина с шестью пакетами из «Хэмлис» в руках. Я отхожу в сторону, разворачиваюсь и печально бреду обратно, ломая голову, что же делать. Теперь, когда я увидела тот чемодан, никакие другие варианты подарка меня уже не прельщают. Может, мне съездить к Адаму Сэнфорду самой? Или попросить его порекомендовать мне другого мастера? Ну да, с чего бы ему рекомендовать мне конкурента! Разве что его сын пошел по стопам отца…
И тут на меня снисходит озарение.
Двадцать минут спустя я снова стою у Лондонского клуба бильярда и салонной музыки, основанного в 1816 году. План таков: я вступлю в клуб и приму участие в лотерее. А если не выиграю, то уговорю того, кто выиграет, продать мне чемодан. Идеально! Наверное, чтобы тебя приняли в клуб, нужны рекомендатели, но я уж как-нибудь выкручусь. Итак, вперед!
Расправив плечи, я вхожу в холл и сразу же устремляюсь к конторке, за которой сидит все тот же девяностотрехлетний мужчина. Он смотрит на меня подозрительно, но едва успевает открыть рот, как я выпаливаю:
– И снова здравствуйте! Меня зовут Бекки Брендон, урожденная Блумвуд, и я бы хотела вступить в Лондонский клуб бильярда и салонной музыки. – Затем, подпустив в голос важности, заявляю: – Рекомендовать меня может Таркин Клиф-Стюарт, чей далекий предок в 1743 году изобрел бильярд.
Может, это и неправда, но им ни за что не доказать обратного. А Тарки я уж как-нибудь уломаю подтвердить мои слова.
– Его так и звали – Бильярд Клиф-Стюарт, – на всякий случай продолжаю сочинять я. – Отсюда и пошло название «бильярд». Второй мой рекомендатель – Дэнни Ковитц, знаменитый модельер, также широко известный, как страстный поклонник бильярда, оказывающий всестороннюю поддержку сообществу бильярдистов.
Уговорю Дэнни сделать футболку «I billiards» – и дело в шляпе.
– Мой третий рекомендатель, – начинаю я, но тут старик поднимает руку. Кажется, мой список рекомендателей его совершенно не впечатлил. Больше того, он только и ждет возможности вставить слово.
– Юная леди, – раздраженно вклинивается он.
– Бекки, – поправляю я.
– Юная леди, – настойчиво повторяет он. – Состоять в Лондонском клубе бильярда и салонной музыки могут только джентльмены.
Этим он просто подрезает мне крылья. Только джентльмены? Но это же так несправедливо!
Оу. А может, мне представиться мужчиной? Сказать: «Вообще-то меня зовут не Бекки, а Джофф, я просто перепутала»?
Конец ознакомительного фрагмента.