Чтение онлайн

На улице дышит свежестью океан. Отлив только что наступил. Почти до самого горизонта песок, глина, грязь, лужи. И только далеко-далеко впереди ослепительно блестит полоска: туда отступил океан.

– Вот на этом месте 1800 лет назад высадились римляне, – говорит наш гид Иенн. – Они построили здесь мощную крепость и начали покорять страну.

Юлий разочарован:

– Оказывается, до нас уже здесь побывали туристы.

– Гостиниц тогда не было, и чтобы переночевать, им пришлось строить крепость, – шутит Иенн.

Я пытаюсь представить, что здесь происходило восемнадцать веков назад. Домов этих не было. Автомобилей тоже. Был лишь океан. Звенели мечи, латы, слышалась хриплая ругань продрогших на сыром ветру чужеземцев.

Пытаюсь представить, и ничего не получается.

Немного грустно. Наш последний вечер в Шотландии. Сегодня экспресс умчит нас в Лондон.

Художественный колледж дает прощальную вечеринку. Глубоко под землей просторный танцевальный зал до отказа заполнен молодежью. Одежда самая разнообразная от наутюженных костюмов до, спортивных трико… Кое-кто пришел в заляпанных краской робах, кое-кто (особенно девушки) – босиком.

На вечеринке играли битлсы. Весь западный мир увлекается сейчас битлсами. Это молодые люди приятной наружности с челочками до самых глаз, с приятными голосами. Особым подбором мелодии, тембром голоса они постепенно доводят слушателей до исступления.

Нам показывали документальный фильм о битлсах. Толпа ревела, стонала, ползла на коленях, лишь бы дотронуться рукой до битлса. А те не обращали на бушевавшее море никакого внимания: играли, пели, подняв «очи горе», словно общались с самим господом богом.

Вечер начался так. Один из трех битлсов, державших в руках электрические музыкальные инструменты, дотронулся с меланхолическим видом до струны гитары. Вместе с первым звуком погас в зале один из многочисленных фонарей. Второй звук – гаснет еще фонарь. Третий… И так до тех пор, пока не осталось всего два светильника.

Затем в полумраке начинается излюбленный английской молодежью танец шейк. Шейк – это танец, в котором каждый может делать, что хочет. Один скачет козлом, другой медленно раскачивается, словно маятник, третий садится на пол, встает и снова садится. Четвертый просто стоит посреди зала, скрестив на груди руки. Причем все это «комментируется» душераздирающими воплями.

Особенно поразил нас танец черной гибкой девушки, обтянутой трико. Она медленно извивалась, словно музыка была тяжелым расплавленным металлом, который ломал ее тело. Девушка изображала то испуг, то радость, то удивление, то внимание и застывала на какой-то миг в этой пантомиме.

С каждым танцем движения все быстрей, вопли все громче, и вот уже весь зал ходит ходуном. Оставались спокойными, невозмутимыми лишь одни битлсы. Даже барабанщик из оркестра не выдержал этого бешеного ритма и «завелся». Он стал кричать, топать ногами. Было страшно смотреть на него, так как казалось, что глаза его вот-вот со стуком упадут на пол.

Наш гид Иенн прервал танец на полутакте. Он подошел к розетке, выдернул шнур и крикнул в микрофон:

– Внимание! Нашим русским друзьям пора на поезд!

Сразу все застыли, тяжело дыша, и превратились в вполне нормальных юношей и девушек.

С пением «Подмосковных вечеров» мы большой толпой шли на вокзал по пустынным ночным улицам.

А потом еще долго шотландские студенты бежали вслед за поездом, махали руками и кричали:

– Прощай, Россия!

Прощай, Шотландия…

Ожидаем смены караула. Солнце, цветы, шумит улица. Народ все прибывает и прибывает. Перед дворцом появляется рабочий с коробочкой и собирает бумажки и окурки.

Наконец далекие звуки трубы. Блестя на солнце оружием, идут королевские гвардейцы. Смена караула длится полтора часа. Красиво, но утомительно. Многие расходятся, не досмотрев.

Ходим по полустертым могильным плитам. На них уже невозможно прочитать, кто здесь похоронен.

В стенах замурованы «великие люди всех эпох и народов»: знаменитый шпион, изобретатель пенициллина, первый американский летчик, погибший во вторую мировую войну. На столах лежат окаменевшие останки рыцарей с пометкой: 1500 год.

Все здесь напоминает о смерти. Даже величественная колесница Веллингтона и гробница Нельсона наводят на мысль скорее о бренности мира, чем о значимости совершенного великими англичанами.

Здесь же стоят шесть гигантских подсвечников, по нескольку метров каждый. Эти чугунные громадины использовались лишь дважды: в 1852 году на похоронах Веллингтона и в 1965 году при отпевании Черчилля. Объяснения нам давал служитель собора мистер Джеймс, маленький сгорбленный старичок в черной сутане. Он с такой любовью рассказал о могилах, с таким благоговением прикасался к надгробным камням, что было ясно: мечта всей его жизни – быть похороненным здесь, в соборе. Но никогда не исполнится мечта мистера Джеймса. Будь он великим вором, все-таки стоял бы к этому собору поближе.

Даже привыкшая ко всему английская публика и та вздрогнула от ужаса, когда копье, брошенное римским сенатором, пробило насквозь посла Клеопатры.

Великолепные сцены выхода римлян из крепости «железным треугольником», убийство Юлия Цезаря, сражение на море, когда гибли тысячи кораблей.

Роль Клеопатры безусловно удалась Елизабет Тейлор: страдающая, любящая родину, сына, мужа женщина гибнет, потеряв все.

В Национальной галерее долго простояли перед одной картиной Рубенса. Ребенок давит ручонкой на грудь матери, и длинная струя, кажется, достигает пола.

Видели «Похищение сабинянок», «Ужасы войны», «Мир и война».

Он подошел к нам в одном из лондонских музеев и сказал:

– Меня зовут Лайт Джон. Когда мне было десять лет, я видел Ленина.

Мы заинтересовались:

– Расскажите подробнее.

– В то время мы жили в доме, где останавливались русские революционеры. Мой брат был с ними связан. Однажды он взял меня с собой на вечеринку. Там я увидел Ленина. Я уже знал, что это был знаменитый революционер. Я очень смущался, но Ленин подошел ко мне, погладил по голове и ободрил. Это самое яркое впечатление моего детства.

Мы ходили по залу, рассматривали картины, и везде нас сопровождала дружеская улыбка Лайта Джона.

Много золота, мрамора, слоновой кости. Драгоценности со всех концов света. Привезены даже гигантские египетские колонны; высоченные, с трехэтажный дом, новозеландские боги.

Но главное богатство музея – национальная библиотека. В ней собраны миллионы томов книг по всем отраслям знаний. В этой библиотеке работали Карл Маркс, Ленин.