Чтение онлайн

«Он ждет тебя на холме, — сказала Бетти, — где хижина старого пастуха».

— Да, ладно. — он отвернулся и стал отмерять отруби и льняное семя. Через некоторое время он услышал, как Хэнкс споткнулся на лестнице и повернувшись вполоборота наблюдал из праздного любопытства, свернет ли тот себе шею на этот раз. Но Хэнкс этого не сделал.

3 апреля

В дождь было трудно подняться на холм. Джейми взял лошадей и повел их по грязной дороге вдоль берега озера, затем через отмели Глассмер, чтобы обойти самый худший участок дороги, затем через сухую ложбину. Он только раз взглянул в сторону сопки, но его вершина, где лежали развалины старой хижины, была скрыта за пеленой дождя. Над попоной Августа поднимался легкий пар от усилий подъема, Джейми остановил его на каменистом перевале и дал лошади отдышаться. С высоты пейзаж выглядел все еще по-зимнему, с лохмотьями обледенелого снега с подветренной стороны скал и сосульками под выступами, но он чувствовал солнечное тепло на плечах и видел легкую зеленую дымку над торфяными болотами.

Он обошел развалины хижины сзади и поднялся выше, давая себе возможность еще раз оглядеться. Не было причин подозревать засаду или ловушку, но только безошибочный инстинкт позволял ему выживать до сих пор, и он не собирался пренебрегать его мрачным бормотанием.

Он не был здесь несколько месяцев, но мало что изменилось среди холмов. Ниже лежало крошечное озерцо в оправе из тонкого льда, сухой прошлогодний камыш пронзал его черную воду, еще не вытесненный молодой порослью. Хижина пастуха была как раз за озерцом. Она была совсем разрушена и с берега казалась просто грудой камней. Тем не менее сверху прямоугольник фундамента был ясно различим, что-то хлопало на ветру в углу у обвалившейся стены. Обрывок ткани? Какой-то лоскут, он был почти уверен.

Никто не спускался вниз, чтобы подобрать кусочек холста, запутавшийся в зимней траве. Джейми соскользнул с Августа и стреножил его, оставив мерина пастись среди скал. Он прошел коротким путем вдоль хребта и, выйдя из-за скалы, увидел человека, сидящего на камне в тридцати футах под ним и тоже наблюдающего за развалинами.

Он был очень худой, Джейми видел очертания костлявых плеч под камзолом. Он был в шляпе, но, пока Джейми наблюдал за ним, снял ее, чтобы почесать голову, и открыл каштановые кудри с густой проседью. Он казался знакомым, и Джейми напрягал память, пытаясь вспомнить, когда из-под его ноги выпал маленький камешек. Звук был негромким, но вполне различимым. Мужчина встал и повернулся к свету худым лицом. Джейми заметил, он потерял передний зуб, но это не умаляло очарования его улыбки.

— Неужели это ты? Ну, вот мы и встретились, Джейми, дорогой, вот и встретились!

— Куинн? — спросил он, не веря глазам. — Это ты?

Ирландец вопросительно взглянул на свои ноги, похлопал себя по груди и снова посмотрел вверх.

— Ну, то, что от меня осталось. В конце концов, ни один из нас не станет таким, каким был, но я должен сказать, ты выглядишь неплохо. — Он одобрительно осмотрел Джейми сверху вниз. — Должно быть, здешний воздух полезен для тебя. И ты немного поправился с тех пор, когда мы виделись в последний раз.

— Я полагаю, — ответил Джейми сухо. В последний раз он видел Тобиаса Куинна в 1746 году, ему было двадцать пять лет и он голодал вместе со всей остальной якобитской армией. Куинн был на год моложе его, и Джейми с тревогой смотрел на глубокие морщины на его лице и седые волосы. Если Куинн тоже испытывал подобные чувства при виде Джейми, он держал их при себе.

— Ты мог бы сказать Бетти свое имя, — сказал Джейми, спускаясь вниз. Он протянул ирландцу руку, но Куинн шагнул к нему и порывисто обнял. Джейми был поражен и смущен и, чувствуя подступающие слезы, крепко обнял Куинна в ответ.

— Она знает мое имя, но я сомневаюсь, что ты пришел бы, услышав его. — Куинн отступил, не стесняясь, вытер глаз кулаком и рассмеялся. — Матерь Божья, Джейми, как я рад видеть тебя.

— И я тебя. — это было правдой. Джейми оставил в покое вопрос о том, пришел бы он, зная, что на холме его ждет Куинн. Он медленно сел на камень, чтобы собраться с мыслями.

Не то, чтобы он не любил этого человека, как раз наоборот. Но этот кусочек прошлого восстал перед ним, как призрак из пропитанной кровью земли, и разбудил мучительные воспоминания, которые он похоронил и не хотел воскрешать. Кроме того… инстинкт предупреждал об опасности. Куинн не был одним из приближенных Чарльза Стюарта, но не был и солдатом. После Куллодена он бежал во Францию, так слышал Джейми. Какого черта он делает здесь сейчас?

— Ах, я уверен, что Бетти славная девушка, и у нее такие веселые черные глаза, — сказал Куинн. Он посмотрел на Джейми, склонив голову набок. — И ты ей немного нравишься, мой мальчик.

Джейми подавил желание перекреститься при этих словах.

— Поле свободно, — заверил он Куинна. — Я не собираюсь сбивать твою подачу.

Куинн моргнул, Джейми вдруг показалось, что «сбивать подачу» было одним из словечек Клэр, может оно было не просто английским, а ее собственным?

Был ли Куинн озадачен или нет, он явно понял, что имел ввиду Джейми.

— Ну, я не смог бы покуситься на сестру своей бывшей жены. Я уверен, Библия упоминает пару вещей, которые нельзя делать с сестрами жен своих.

Джейми прочел Библию от корки до корки, даже несколько раз, в то время она была его единственной книгой, и не припомнил подобного запрета, поэтому просто сказал:

— Мне очень жаль слышать о твоей жене, парень.

Куинн поджал губы и покачал головой.

— Ну, когда я говорю «бывшая», я не имею ввиду, что женщина умерла, понимаешь?

Джейми поднял бровь, а Куинн вздохнул.

— Когда нас разбили под Куллоденом и мне пришлось драпать во Францию, она проанализировала перспективы нашего брака и решила, что ее судьба ждет ее в другом месте. У моей Тесс голова всегда прочно держалась на плечах, — сказал он, восхищенно кивая. Я слышал, что она поселилась в Лидсе. Унаследовала таверну своего последнего мужа. Но «последний» не значит «последний в жизни», потому что ни минуты не сомневаюсь, она на этом не остановится.

— Вот как?

— Но я не об этом хотел поговорить с тобой, — Куинн махнул в воздухе рукой, словно освобождая от должности свою бывшую Тэсс.

— О Лидсе? Или о таверне? — Джейми молился про себя, чтобы этот человек не упоминал никаких жен. Он ни с кем не говорил о Клэр уже несколько лет, и предпочел бы вырвать себе ногти, чем бередить сердце.

— О Куллодене, — сказал Куинн, повергнув собеседника в ужас и уныние. Куллоден был четвертым в списке вещей, о который Джейми не хотел ни с кем говорить. Первые три позиции занимали его жена Клэр, его сын Уильям и Джек Рэндалл.

Джейми поднялся с камня, смутно ощущая, что ему надо встать, то ли для того, чтобы достойно встретить новые удары судьбы, то ли для того, чтобы сбежать. В любом случае, он лучше чувствовал себя стоя.

— Или, скорее, — поправил себя Куинн, — о Куллодене, как о части нашего Дела, если ты меня понимаешь.

— Я знаю только об одном Деле, — сказал Джейми, не пытаясь скрыть раздражение, — и оно мертво.

— А вот здесь ты не прав, — возразил Куинн, погрозив костлявым пальцем. — Хотя, конечно, ты был далеко от нас.