Чтение онлайн

Грей почувствовал внезапный спазм в животе.

— Я не рассматриваю ущерб своей репутации, как худшую потерю, — сказал он, представляя себе, как Джейми Фрейзер умирает на рассвете, орошая своей горячей кровью его преступные руки. Он проглотил вино, не почувствовав вкуса.

— Я тоже, — признался Хэл, отпуская оборванный стебель. — Я бы предпочел, чтобы он не умирал. Мне нравится этот человек, буйный, упрямый, но он мне нравится.

— Не говоря уже о том, какую услугу он нам оказал, — подтвердил Грей с заметной дрожью в голосе. — Ты хоть понимаешь, чего ему стоило рассказать нам?

Хэл бросил на него быстрый твердый взгляд, но потом отвел глаза и кивнул.

— Да, — сказал он тихо. — Ты знаешь, какую клятву верности дают помилованные якобиты?

Грей мог только поблагодарить Бога за то, что Фрейзер уже несколько лет находился в тюрьме к тому времени, когда лорд Джон был назначен начальником в Ардсмуир. У него не достало бы сил слышать, как Джейми произносит эти слова, или видеть выражение его лица при этом.

— Ты прав, — сказал Хэл, глубоко вздохнул и потянулся за печеньем. — Мы в долгу перед ним. Но если он убьет Твелветри, что тогда? Ведь нет шансов на дуэль до первой крови, я правильно понимаю? Нет, конечно, нет. — он стал ходить взад и вперед, покусывая печенье. — Лучше выдержать бурю морскую, чем подлость людскую, как говорят моряки. Реджинальд Твелветри не успокоится, пока не упечет Фрейзера в тюрьму на всю жизнь, если его вообще не повесят за убийство. И нам будет ненамного лучше. — Он поморщился и стряхнул крошки с пальцев, снова переживая скандал после поединка с Натаниэлем Твелветри двадцать лет назад. Это может оказаться хуже, намного хуже, потому что Греев могут обвинить не только в том, что они оказались неспособны остановить находящегося под их ответственностью заключенного. В частном порядке будут говорить, что они использовали Фрейзера, как пешку, для удовлетворения личной мести.

— Мы использовали его. Это плохо, — сказал Грей, отвечая на эту мысль, и его брат снова поморщился.

— Цель оправдывает средства, — произнес Хэл, но его словам не хватало убежденности.

Грей поднялся и потянул спину.

— Нет, — сказал он, и был удивлен собственному спокойствию. — Нет, никакая цель не может оправдать такие средства… Но эта цель вполне достижима.

Хэл обернулся, чтобы взглянуть на него и поднял бровь.

— И что же мы будем делать?

— Мы не можем остановить его, если он решит драться. То есть, ты не можешь, — поправился Грей. — Мы и не будем. Это его выбор.

Хэл фыркнул, несогласный с братом.

— Как ты думаешь, он этого хочет? — спросил он через минуту. — Он сказал, что публично бросил обвинения в лицо Твелветри, чтобы остановить его махинации, прежде чем он зайдет слишком далеко. Но, думаешь, он предвидел, что Твелветри вызовет его? Да, думаю, именно на это он и рассчитывал, — ответил Хэл сам себе. — Твелветри не мог поступить иначе. Но означает ли это, что Фрейзер хотел этой дуэли?

Грей понял, о чем спрашивает его брат, и покачал головой.

— Хочешь знать, окажем ли мы ему услугу, если предотвратим дуэль? — Он ласково улыбнулся брату и поставил бокал. — Все просто, Хэл. Поставь себя на его место и подумай, как поступил бы сам. Он не англичанин, но его честь не ниже твоей, и именно она определяет его поступки Я не мог бы сделать тебе большего комплимента.

— Хммм, — сказал Хэл и слегка покраснел. — Ну, тебе лучше завтра взять его в фехтовальный зал, да? Ему не повредит немного практики перед встречей с Твелветри. Предложи ему выбрать шпагу.

— Я не думаю, что у меня найдется время. — чувство спокойствия окрепло, он словно плыл в теплом потоке света, струящегося от свечей и из камина.

Хэл взглянул на него с подозрением.

— Что ты имеешь ввиду?

— Я обдумал ситуацию сегодня перед чаем и пришел к тем же выводам, что и ты. Поэтому я направил вызов Эдуарду Твелветри, требуя удовлетворения за оскорбление в клубе.

У Хэл упала челюсть.

— Ты… что?

Грей полез в карман жилета и вытащил скомканную записку.

— Он ответил. Завтра в шесть утра позади Ламбертского дворца. Сабли. Странно, я думал, он предпочитает рапиру. {2}

К его удивлению, он отлично проспал всю ночь глубоким сном без сновидений, из которого вынырнул совершенно неожиданно в темноте, понимая, что следующий день уже наступил.

Дверь открылась, и вошел Том Берд со свечой, чайным подносом и миской горячей воды для бритья, уравновешенной на сгибе локтя.

— Не желаете позавтракать, милорд? — спросил он. — Я принес рулеты с маслом и джемом, но Кук считает, что вам надо позавтракать по-настоящему. Чтобы подкрепить свои силы.

— Поблагодари Кука за меня, Том, — сказал Грей, улыбаясь. Он уселся на краю кровати и почесался, чувствуя себя на удивление хорошо. — Нет, — сказал он, взяв рулет щедро намазанный толстым слоем ароматного абрикосового джема, — этого достаточно.

Если бы его ждало настоящее сражение, он плотно заправился бы ветчиной и яйцами, черным пудингом и всем остальным, что мог предложить повар, но то, что случится сегодня, продлится не больше нескольких минут, и он хотел сохранить легкость.

Том выложил одежду на кресло и молча взбивал мыльную пену в миске, пока Грей ел; затем он обернулся с помазком в руке и решительным выражением лица:

— Я поеду с вами, милорд. Сегодня утром.

— Ты?

Том кивнул, сжав челюсти.

— Да, милорд. Я слышал, как вы вчера говорили, что его светлости не следует появляться там, потому что это только доставит больше неприятностей. Конечно, я не могу быть вашим секундантом. Но кто-то просто должен быть с вами, по крайней мере. Так что я собираюсь ехать.

Грей смотрел в свою чашку, тихо улыбаясь.

— Спасибо, Том, — сказал он, когда был уверен, что голос не дрогнет. — Я очень рад, что ты будешь со мной.

Он действительно был рад компании Тома. Юноша молчал, видя, что Грей не расположен к разговорам, просто сидел напротив него в карете, держа на коленях лучшую кавалерийскую саблю Грея.

Тем не менее, у него будет секундант. Хэл попросил Гарри Карьера выступить на стороне брата.

— Не только для моральной поддержки, — сказал Хэл. — Нам нужен свидетель. Его рот скривился. — На всякий случай.