Чтение онлайн

— А что, у стриптизера не может быть волосатой груди? — резонно поинтересовался Коган.

— Перед тем, как разбиться о набережную, на груди у него не было единого волоска. Уж поверь мне.

— Ты что, лично проверяла? — прозвучало несколько ревниво.

— А у мужика, который лежал под капельницей, с растительностью на груди было все в порядке, — сообщила женщина, демонстративно не обращая внимания на реакцию собеседника.

— Может, успел обрасти? — вяло предположил он.

Блондинка посмотрела на него, как на дурака.

— Ну и какой в этом смысл? — скучно спросил Альберт. — Волосатый он или нет, какая разница?

— Не забывай, мы устраивали «Шоу двойников».

— Ладно, допустим, — согласился он. — В госпитале лежал вовсе не ваш стриптизер, а кто-то на него похожий. Ну и что?

— И кто-то на этом неплохо заработал.

— Всегда обидно, когда большие деньги платят не тебе, — хмыкнул Альберт.

— Если его разыскивают, значит, он где-то поблизости., - повторила она как заклинание. — И еще — в аэропорте Цюриха был обнаружен, представляешь, забытый чемодан со сколькими-то там миллионами долларов. Как раз мы в это время и были в Швейцарии, и о чемодане с баксами писали все газеты. И забыл этот чемодан пассажир, летевший с нами одним рейсом. Тебе это ни о чем не говорит?

— Говорит. Не хотел бы я сам оказаться на месте пассажира, потерявшего полный чемодан баксов.

— Больше миллиона долларов, представляешь?

— Представляю. А дальше?

— Надо выйти на заказчика, — подытожила женщина. На того, кто разыскивает этого мужчину.

— Зачем?

— Только я знаю тайну, — гордо сообщила она. — Только я знаю, что в госпиталь попал не стриптизер, а совершенно другой, хоть и похожий. И я собираюсь за эту тайну, — продолжала она не терпящим возражений голосом, — получить свою долю прибыли.

— Ну и как ты выйдешь на заказчика? — поинтересовался посредник. — Я и то — с ним только по телефону общался.

— Каждому человеку хоты бы раз в жизни выпадает шанс, — задумчиво сказала она. — Большинство этого шанса просто не замечает. Некоторые замечают и пытаются использовать. Единицам это удается. Но один шанс выпадает каждому хотя бы раз в жизни, — подчеркнула она.

— Не знал, что ты философ.

— Даже не представляешь, — женщина встала и подошла к окну, как была. Морщинок на лице стало не разглядеть, а темный силуэт обнаженного тела прекрасно смотрелся на фоне света — ни единой лишней складки. — Даже не представляешь, — повторила она уже другим голосом, — сколько всего можно узнать, если общаешься с умными людьми.

— Представляешь, ее даже не изнасиловали! — изумление Жоры, по прозвищу «Мортон», было безгранично. — А я еще дрочил на ее фотографию с афиши. И шрам…

У нее, оказывается, на животе шрам от аппендицита…

Когда в морг привезли труп стриптизерши, всякий под разным предлогом заходил посмотреть. Жора-Мортон чувствовал себя продюсером на презентации.

— Зато посмотри какое тело, — не унимался он. — Подумать страшно, сколько это тело стоило при живом весе!

И он захохотал, радуясь своей шутке.

— Гражданин, а вы куда? — проводив очередного любопытствующего из числа персонала, Жора уже собирался закрыть дверь, когда умело подставленная в проем нога свела на нет его усилия. — Это, между прочим, морг, а не проходной двор, едрена матрена. Посторонним вход запрещен.

Неожиданный посетитель резко толкнул Мортона в грудь, и, словно мгновенно переместившись, оказался рядом с покойницей.

— Да как вы вообще сюда проникли? — удивился Жора.

Мужчина склонился над телом, осторожно поправил прядь волос, словно боялся, что в его руках она рассыплется, как прах. Потом медленно повернулся и посмотрел на Мортона.

Жора изумился, заметив, какое хищное выражение лица стало у незваного посетителя. А потом он встретился с ним взглядом и почувствовал, как от страха подгибаются колени.

Ежедневно, в течение пятнадцати лет, Мортон имел дело со смертью. Но впервые он смотрел ей в глаза.

— Делай свою работу как полагается, — мужчина достал деньги и вложил в дрожащие руки Мортона. — Она не заслужила, чтобы ее выставляли напоказ в таком виде…

Мортон не сообразил, когда и как исчез незнакомец. Вышел ли он через дверь или просто растворился в воздухе. Добравшись до шкафчика, где хранилось заветное, Жора наполнил стакан чистым спиртом и выпил, будто это была вода.

В дверь снова постучали.

Неизвестно откуда появившейся шаркающей стариковской походной Жора пошел открывать.

— Слушай, Мортон, говорят, красотку к нам привезли, ту самую, которая… — услышал он возбужденный шепот.

— Не надо, брат, — Жора положил руку на плечо санитара. — Она уже ангажирована…

И он заплакал, прижавшись к груди опешившего санитара, и плакал так долго, что наступило ощущение бесконечной легкости и счастья, как в детстве, когда любое горе можно было просто выплакать, а не носить в себе.

Вот таким, одновременно плачущим и улыбающимся Жору-Мортона увезла скорая психиатрическая помощь. Провожая отъезжающую машину взглядом, санитар сказал, ни к кому не обращаясь:

— Неужели он спятил из-за мертвой бабы?

— Вряд ли это исчерпывающие объяснение, — глубокомысленно заметил стоявший поблизости мужчина средних лет.

— Как живу? Лучше всех. А как, по-твоему, я должна себя чувствовать после того, как убили твою лучшую подругу? Тогда зачем спрашиваешь? — в одной руке Маша держала телефонную трубку, а указательным пальцем другой покрутила у виска, демонстрируя свое отношение к собеседнице на другом конце провода собственному же отражению в зеркале.

— Откуда я знаю, кто это мог сделать? Может, тот тип, который ко мне приходил и все расспрашивал, прикрываясь, что он частный сыщик. Насмотрелся фильмов с Катькиным участием, вот крыша и поехала. Он еще про последний — «Шоу двойников» все расспрашивал…

— А ведь Катюша такая правильная была, гимнастика, диета, никаких сомнительных знакомств, только деловые, со спонсорами… И вот, на тебе…

Маша вздохнула.

— Плохо так говорить, конечно, но мне повезло, что Катька вчера не приехала домой отсыпаться, а то бы он и меня убил заодно. С кем я встречалась вечером??

Ну я про него не хочу рассказывать. Почему? Может, это у меня серьезно? Он, знаешь, не как некоторые. На первом же свидании, представляешь, мы прямо при всех, в ресторане, как подростки, целоваться с ним начали. Какой-то официант не выдержал и даже крикнул — да прекратите вы! Он мне и цветы дарил, багровые розы.