Чтение онлайн

— Ты во всем с ней раньше советовался? — Маша не заметила, что говорит в прошедшем времени.

— И впредь собираюсь.

— А она с тобой… советуется?

— Можешь не верить, — с вызовом сказал Колобок, — Но во всем!

— А если, — Маша выбрала из арсенала своих улыбок самую обольстительную, — если я предложу тебе кое-что, от чего ты не сможешь отказаться?

— Интересное предложение, — заметил Колобок. — Но мне такое предлагала каждая девица в этой студии. Заметь — каждая, только бы я показал ее дебют кому надо.

— Нет, Колобок, нет, — протянула Маша, — мое предложение намного интереснее.

— Неужели? — он равнодушно улыбнулся.

— Я спасу тебе жизнь. Для тебя это, кажется, дороже всего? И денег, и красивых женщин…

— Хочешь предложить мне лекарство от диабета? — иронично предположил Колобок.

— Нет, милый, я спасу тебя от насильственной смерти.

— Да? — теперь фотограф выглядел несколько растерянным.

— Именно.

— Говори, — отрывисто попросил он.

— Нет, в обмен на пленку, — твердо поставила свое условие Маша.

— Откуда мне знать, что ты не блефуешь? Кому это понадобится — меня убивать?

— Милый Колобок, — вздохнула Маша. — Как только ты будешь держать в руках дагерротип этого типа, я тебе все расскажу, и ты поймешь, какая угроза нависла над твоей головой. А если не поймешь — просто напросто не отдашь мне фотографию.

Колобок шумно выпустил воздух через ноздри.

— Идет? — спросила Маша.

— С Аленой что-то случилось? — вдруг спросил он.

— Не знаю, — и голос ее не дрогнул. — Я с ней и не знакома вовсе.

— Хорошо, я скажу, — тут он снова шумно вздохнул. — Мне об этом Алена сказала…

Она догадалась. С тем парнем, который попал в больницу в Швейцарии, не все чисто…

— Надо полагать…

— Не перебивай, — одернул Колобок, похоже, он не на шутку разволновался, если даже сбил ногой штатив, на котором была установлена камера. — У парня, который попал в госпиталь, грудь была волосатая.

— Ну и что? — хихикнула Маша. — У меня было несколько друзей, у которых волосатое было — знаешь что? И — ничего, они даже этим гордились.

— Дура! — неожиданно взорвался Колобок, — Да она переспала с тем парнем. Со стриптизером. И она знает, какое у того тело.

— Ты меня назвал дурой, или ее? — уточнила Маша.

— А в госпитале, понимаешь, лежал совсем другой мужик. Только похожий.

— Двойник?

— Вот именно.

— Шоу двойников!

— Ну, конечно.

— А мы тут ломаем голову, на кого стриптизер должен быть похожим? — Маша хлопнула себя ладошкой по лбу. — А он похож на человека, который покалечился и попал в госпиталь в Цюрихе? То есть, в госпиталь попал вовсе не актер их «Шоу», а тот, на кого он похож?

— Теперь понимаешь?

— Тут какая-то тайна, — глубокомысленно заключила Маша. — Найди пленку. И, признайся, ты ведь его снимал не в костюме-тройке?

— В каком смысле?

— Подозреваю, ты снимал его голышом. — Голышом? — Колобок хмыкнул. — Да, ведь в фильме предполагались постельные сцены… Но этому парню нечего было стесняться, он работал стриптизером, так что с «голышом», — Колобок намеренно употребил слово, которое до этого произнесла Маша, — вот с этим «голышом» у него был полный порядок.

— Разыщи пленки, милый, — попросила Маша. — Можно изменить лицо, но очень трудно изменить тело.

— А если потолстеть? — поинтересовался Колобок.

— Смотря в каком месте, — заметила Маша.

— Ты похотливая сучка, — хмыкнул Колобок. — Не уверен, что мои кадры столь откровенны…

Наверное, я дурно поступаю, подумала Маша, раз скрываю, что его знакомую задушили. Но если скажу сейчас — Колобок запаникует, он трус, и тогда от него никакой помощи ждать не придется.

— Ладно, завтра утром у тебя будет копия с пленки, которую я делал, — согласился Колобок, по своему истолковав ее молчание.

— Сегодня вечером.

— Если только я успею созвониться и посоветоваться с Аленой…

— Милый, речь идет о твоей жизни, — напомнила Маша.

— Тем более, — отрезал Колобок.

— Хорошо, — Маша вздохнула. — Пусть будет как ты решил. Но завтра утром, а не позже. Ты не подведешь?

— Чтоб мне сдохнуть, — Колобок улыбнулся.

— Не говори так, — испугалась она.

— Приодень его, — Ники пнул ногой большую спортивную сумку, стоявшую на полу. — Я тут кое-что захватил из своих шмоток. Вещи почти новые, разве что в чистке побывали.

— Какой ты заботливый, — изумилась Маша.

— Если уж завела себе игрушку… — проворчал он. — Знаешь, когда за тобой таскается этакий оборванец, зрелище довольно уморительное.

— Меня вполне устраивает собственная одежда, — Николай обиделся.

— Смотри, — Ники резким движением отрыл молнию на сумке и достал брюки, — что ты скажешь? — он перебросил их Николаю.

— Очень приятная на ощупь ткань, — сказал он, — Словно трогаешь персик. Или девочку сквозь маечку.

— Лучше посмотри, какой крой, какой шов! — возмутился Ники. — За деньги можно купить любую ткань. Но так шить могут только у Черрути. Края не стянуты нитками, они словно срослись, ни одной морщинки. Ты можешь упасть в бассейн, а потом протанцевать всю ночь, и когда костюм высохнет прямо на тебе, он все равно будет выглядеть, как новенький.

— Мальчики, я тут не лишняя? — поинтересовалась Маша. — Вы решили потрепаться о нарядах?

— Я не умею танцевать, — не обращая на нее внимания, заметил Николай. — Голова кружится, когда крутишься..

— А пиджак. А туфли? — продолжал Ники. — Кажется, твой размер. Согни их, согни их так, словно хочешь сломать подошву пополам. Чувствуешь?

— Немного тесноваты, — робко возразил Николай.

— Да они как лайковая перчатка, садятся по ноге. Вставки, между прочим, из натуральной крокодиловой кожи. С подбрюшья самца кожа, не откуда-нибудь.

— Тебе бы торговлей заняться, — вставила Маша. — Умеешь расхваливать товар.

— Пробовал, пробовал, — засмеялся Ники. — Счастья мне этот не принесло.

Предпочитаю быть юзером, пользователем то есть. Считай, жизненная философия.

— Ты — вертопрах, — констатировала девушка. — А никакой не юзер.

— Пиджак мне жмет под мышками, — пробурчал Николай. — а брюки, наоборот…

— И не спорь, — отрезала Маша. — Я твой работодатель. Бери сумку — и в соседнюю комнату переодеваться.