Чтение онлайн

В остальном все должно было быть как раньше. По крайней мере, этого требовало начальство и наши контракты. Поэтому спустя неделю, с понедельника, съемки шоу возобновили.

***

Комаровский выглядел невероятно бледным, даже профессиональным гримерам не удалось это скрыть. Но, видимо, благодаря актерскому таланту и отточенному мастерству, на его речи волнение не отражалось.

— Милые девушки! Вас осталось тринадцать. Чертова дюжина. Но это ненадолго. Спустя неделю одна из вас покинет проект. Кто это будет — решать Афанасию Никитину. На этой неделе вас снова ждут индивидуальные и групповые свидания. Кто на них попадет? У меня опять есть для вас коробка.

— Открывай! — хором потребовали девушки.

Дашина рука скользнула в золотой конверт и вытащила карточку.

— Лена!

— Ну наконец-то, — улыбнулась девушка с мальчишеской стрижкой.

Пожалуй, самая необычная из участниц этого проекта.

— Здесь написано: "Поиграй со мной"!

— Может, "для меня"?

— Нет, "со мной".

— Да, ладно, так даже круче, хмыкнула Юля.

— Тут ботинки какие-то!

— Это для боулинга.

— Ты умеешь играть в боулинг?

— Научусь!

Я до сих пор не могу без слез вспоминать сюжет Макса Мерцалова про Лену, который вышел в эфир на прошлой неделе, в рамках спецвыпуска. Ее история оказалась самой пронзительной. А Максим, как настоящий профессионал, сумел выяснить все важные подробности и восстановить картину произошедшего.

Хотя мы с Женей в общих чертах слышали о трудном детстве саксофонистки Абрамовой, подробности шокировали. Плакали все. Такой участницы у нас еще не было.

Лена Абрамова родилась в неблагополучной семье, у метери-алкоголички. Через три года женщина родила еще и сына, от кого — неизвестно. Брат не выжил бы, если бы о нем не заботилась маленькая Леночка.

Малыш раздражал мать своим плачем, и Лена, как могла, старалась укачать Васю, успокоить, унести подальше от матери. Порой выскакивала с ним на лестничную клетку, чтобы дождаться, когда мать наберется и уснет.

Так они прожили почти год, до зимы.

Зимой случилась беда. Маму бросил очередной ухажер, и бросил потому, что у нее дети. Родительница просто с катушек слетела. Колотила Лену по любому поводу. Да и брату несколько раз попадало, хоть и не сильно.

Это случилось перед новым годом. Лене очень хотелось есть. А в пустом холодильнике лежал кусок докторской колбасы, при несенный кем-то из маминых собутыльников.

И колбаса завладела мыслями Лены.

Сначала девочка только смотрела на нее тайком.

Потом стала принюхиваться.

Пару раз лизнула.

И вот когда пьяная мать, наконец, заснула, Лена решила, что если отрезать от куска тоненький ломтик, ничего плохого не случится. Мать не заметит. Может она совсем уже не помнит про докторскую.

Но после первого ломтика животик потребовал еще.

Мать, как назло, проснулась среди ночи. Протопала в туалет и обратно. А потом… полезла в холодильник, чтобы подкрепиться.

— Так…. Я не поняла, а где колбаса? Почему тут только полкуска?

Лену она выволакивала из кроватки за волосы.

— Ах ты дрянь! Ах ты мартышка! Все для них! А в ответ одна неблагодарность. Тебе кто разрешил холодильник без спроса открывать, отвечай!

— Я чуть-чуть…

— Чуть-чуть она! Это колбаса для оливье была, на новогодний стол! Из чего теперь готовить?! Я тебя… спрашиваю! Все для них — смеси, питание детское! Нет, колбасы последний кусок подавай!

Смеси мать для Васи мать и впрямь покупала, но Лене тоже порой хотелось кушать. Особенно в те дни, когда мама с похмелья решала не вести ее в детский сад.

— Животик хочет кушать!

— Знаешь, что, надоело! — мать завелась так, что от злости у нее тряслись руки. — Пошли вы отсюда, крысы!

— Куда пошли? — не поняла Леночка.

— Одевайся.

Лена покорно стала одеваться, хотя искренне не понимала, зачем им куда-то идти прямо сейчас, ночью. Мама тем временем разбудила и собрала брата.

Втроем они вышли на улицу. Дошли до остановки.

— Я сейчас вернусь, — сказала мать. — Держи брата.

И ушла.

Лена больше ее никогда не видела.

Но в ту зимнюю ночь, много лет назад, до последнего верила, что мама вернется. Она не помнит, сколько стояла с Васей на той остановке. Наверное до тех пор, пока не вспомнила, что ночью транспорт не ходит.

Потом она взяла плачущего малыша и потащила к дому. Подъезд был закрыт, ключа у Лены с Васей не было, мать на звонки не реагировала. Наверное, уже спала на диване пьяная.

Мороз пробирал до костей. Маленькие ножки устали. Она села в сугроб и посадила Васю сверху, чтобы он не замерз. Там спустя полтора часа детей обнаружил Николай, сосед с первого этажа, который как раз возвращался со смены. Он вызвал милицию и органы опеки.

Следующий новый год Лена и Вася встречали в доме ребенка. И было там вовсе не так уж плохо, мама напрасно пугала. Всегда тепло, чистые постели, кормят по расписанию.

А потом пришла эта женщина. Светлана Абрамова. И сказала, что знает, что Лена сделала, прочитала в газете. Что девочка, сама малышка, спасла своего братика.

Оказалось, у Светланы собственный дом и три сына, все они приемные. И Лену с Васей она к себе заберет, если Лена согласна.

Так у них появилась семья и даже собственные комнаты.

Много лет спустя Лена поймет, что лучшее, что сделала для нее биологическая мать — это выбросила на мороз. Иначе она никогда не встретилась бы со Светланой.

Все дети Абрамовой учились в музыкальной школе и Лена тоже туда поступила. Сначала хотела на флейту, но мама Света сказала, что флейта — это для девочек с бантиками. А Лена всегда была сорванцом и стрижки признавала только короткие.

В конце концов девочка выбрала саксофон и не прогадала. Уже с третьего класса музыкальной школы побеждала во всероссийских конкурсах, потом посыпались приглашения на международные детские фестивали.

В четырнадцать лет, когда получала паспорт, взяла фамилию приемной мамы — Абрамова. И вот теперь Елена Абрамова — известная на весь мир саксофонистка, дающая сольные концерты на лучших сценах.

Брат Вася тоже благополучно вырос. Закончил строительный колледж, работает на стройке прорабом и учится заочно в институте.

***

— Привет! — Афанасий помогает Лене выбраться из лимузина и целует в щеку.

— Привет! Честно говоря, я очень удивлена твоим выбором, — признается Лена.