Чтение онлайн

Ну а дальше от количества занятий напрямую зависит результат. Но пропускать дни занятий вредно ещё очень длительное время.

Прочитать сборник целиком. То, что будет не понятно – не страшно, значит до этого ещё не дошли в занятиях. В дальнейшем станет понятно всё.

Перед началом занятия дома определить, что будете работать и каких целей добиваться.

Ищем по оглавлению нужный раздел: постановка рук, или работа над интонацией, работа над гаммами, или работа с техникой и тд.

Читаем.

Открываем раздел «Способы работы» и выбираем способ, наиболее подходящий для Ваших целей.

Рекомендую регулярно перечитывать разделы: Заниматься с головой, Бардак в занятиях и Способы работы.

Начинающим педагогам тоже будет полезен НЕ ТОЛЬКО раздел для начинающих педагогов.

Перечитывать разделы с каждым новым произведением. Дело в том, что с усложнением программы, Вы начнёте открывать для себя в одной и той же главе всё больше информации.

Поначалу может показаться, что это займёт много времени. Но поверьте, занимаясь неправильно, потратится куда больше времени впустую. Если заниматься грамотно, чётко, понимая каждое своё действие, в разы улучшится результат и, соответственно, сэкономится куча времени.

При объяснении любых штриховых моментов и ощущений в руках используем способы:

Тростью смычка на руке ребёнка исполняем штрих

Играем сами, руку ребёнка кладём на нашу

Берём руку ребёнка как смычок и совершаем движения, которые делаем сами при исполнения штриха.

Играем сами на руке ребёнка своей левой рукой

То есть, по максимуму используем тактильность в уроках. Так же, помним, что маленькие детки те ещё повторюшки: побольше показываем. Я зачастую это вообще называю «игрой в обезьянки». Говорю: «сейчас мы будем играть в обезьянок – я показываю, а ты повторяешь за мной, как обезьянка» При занятиях с маленькими детьми (4-6 лет) вообще довольно бессмысленно уходить в обширные объяснения, тем более профильным скрипичным языком. Проговариваем, адаптируя лексикон под маленького человека, используя частично образы, объясняя почти каждое слово. Для них они все новые, не стоит об этом забывать. Всё-таки детки берут больше, именно повторяя за учителем и из тактильных объяснений. Так же рассказываем и показываем родителям, уже без языковой адаптации под возраст, но с объяснениями и расшифровкой скрипичного языка. Люди другой профессии НЕ ЗНАЮТ привычного для нас лексикона, и это нормально. Именно для этого я и привожу далее подробные разъяснения всех знаков, которые пишут в нотах. Все они составлены из вопросов родителей на разных этапах обучения.

Показывайте чаще на инструменте ученика. Так меньше шансов уйти в заблуждение по поводу возможностей инструмента. Звук, который может выдать Ваша скрипка, отличается от звука, который может выдать скрипка ученика. Скрипки и смычки все разные, чтобы самому лучше понять как объяснить и добиться выполнения того или иного замечания или штриха, лучше пощупать скрипку ученика и понять, с чем он сталкивается при попытке выполнить это самое замечание.

НЕ ЗАСЕДАЙТЕ ВЕСЬ УРОК НА ДВУХ ТАКТАХ

Это распространённая ошибка в начале педагогического пути. Очень хочется, сразу доводить до идеала, и часто мы сами не замечаем, как застреваем на каком-то одном месте и работаем только его. Так делать не стоит. Любому произведению и ребёнку нужно время на постепенное улучшение всего произведения. Так же старайтесь чередовать программу по урокам. Один урок технический (гаммы, этюды), второй урок пьесы или концерт – в зависимости от того, что готовим к зачёту/концерту/конкурсу.

БУДЬТЕ НАСТОЙЧИВЫ

Иногда требуется не один урок настойчиво напоминать о чём-то, чтобы крепко освоить постановку рук или штриха. Напоминайте, даже если приходится повторять. Кто, если не Вы? Если не говорить о прямой спине, пальцах, да о чём угодно – этого и не будет. «Само» не выпрямится, не задвигается и не вычистится!

НЕ БОЙТЕСЬ.

Я всё ещё помню, как страшно начинать, хоть и прошло уже 13 лет с моего первого урока. С каждым появлением нового ученика у меня долгое время было чувство, похожее на то, которое мы испытываем перед выходом на сцену – волнительное предвкушение. И иногда оно перерастало в страх. Так вот, к сожалению, научиться преподавать возможно, только НАЧАВ преподавать. Никакие уроки педагогики в колледжах и консерватории, прочтение кучи статей, методических работ и прочего, не научат Вас преподавать. Просто потому, что по-настоящему понимать, о чём говорят, пишут и показывают, Вы начнёте, только столкнувшись с этим на своём опыте. Единственное, полезно, УЖЕ НАЧАВ преподавать, смотреть мастер-классы тех педагогов, чьи методики Вам импонируют. Могут попадаться ответы на Ваши вопросы. У меня вместо этого было общение с Галиной Степановной Турчаниновой, к которой я приходила с накопившимися вопросами и задавала их; да и Галина Степановна направляла меня на первых порах, когда я показывала своих учеников, как результат работы. И это была огромная удача для меня, которую я невероятно ценю. У каждого педагога поначалу идёт исследовательский процесс, проверка различных методик. В итоге, спустя много лет, вырисовывается собственная. Не бойтесь ошибок – ошибаются все, и обычно все эти ошибки поправимы, а те, которые поправить сложно, описаны в этом сборнике. Наблюдайте и делайте выводы. Придерживайтесь базовых правил взаимоуважения при общении с учениками и их родителями и воздержитесь от оскорблений – это не профессионально. Не бойтесь задавать вопросы старшим педагогам, которым доверяете. А в остальном – творите, пробуйте, изучайте, анализируйте свои действия и результат от них. И помните, что заниматься с маленькими детьми всегда сложнее по принципам объяснения и поиску подхода, чем с подростками, или взрослыми.

Вот эта тема раскрывается ДАЛЕКО не сразу. Что подходит взрослым, категорически не подходит малышам. Это видно в дальнейших главах, где я зачастую привожу примеры, уточняя в каком возрасте какой метод подходит. К сожалению, мы сейчас находимся на том этапе развития музыкального мира, когда это не всегда понимают люди, с богатым опытом преподавания более старшим ученикам. И это естественно. Обычно они не имеют опыта занятий с малышами, но имеют право и серьёзный вес в рекомендациях для педагогов, которые с малышами занимаются. Сейчас существует тенденция НЕ ВЫПУСКАТЬ играть на сцену малышей, если что-то исполняется не идеально. Спустя какое-то время такого подхода мы получим идеально наученных скрипачей, которые будут панически бояться сцены и играть «в стол». Либо ещё вариант: мы получим скрипачей, потрясающе наученных играть не слишком виртуозные произведения. Объясню почему: эмоциональная и психологическая привычка к сцене закладывается в раннем детстве. Чтобы не бояться до ужаса сцены, помимо природной предрасположенности к этой профессии, должно произойти вливание в естественность сценического процесса в раннем возрасте, когда осознанность ребёнка ещё не достигла того этапа, когда это становится страшно.

Второй момент: техника скрипача развивается наиболее эффективно только до 12 лет (+/-).

Что мы имеем:

Над звуком каждый, уважающий себя скрипач, будет работать всю жизнь. Искать, вслушиваться, экспериментировать и прочее. Плюс у нас есть сдерживающий фактор в работе над звуком – маленькие скрипки. Из них достать приличный звук затруднительно даже профессиональным скрипачам. Затруднительно, но возможно. А детям – практически нереально. Так же, для полноценной работы над звуком у ребёнка должна появиться внутренняя необходимость в красивом звуке. И у каждого человека эта необходимость появляется в своём возрасте. У кого-то в 5 лет, а у кого-то в 15. Единственное: эмоциональное взросление и внутренние переживания, ускоряют этот процесс. Сейчас у детей очень мало естественных трудностей в жизни. У них есть ВСЁ. Задача родителей не ограждать своих детей от естественно возникающих жизненных трудностей и переживаний и не сдерживать тем самым их развитие, в том числе и профессиональное.

Над интонацией работа идёт тоже медленно и поэтапно. Тонкость слуха увеличивается постепенно. Над этим действительно нужно работать постоянно и комплексно (включая пение), но не выпускать на сцену из-за недостаточной стабильности в чистоте интонации, на мой взгляд, обкрадывает важный опыт ребёнка.

Сдерживать ребёнка в программе = сдерживать развитие техники. Завышать программу = портить и зажимать руки. Но тут каждый педагог выбирает для себя сам, какой стратегии ему придерживаться и какие цели ставить. Оптимальнее всего – давать программу без сильных скачков, но не особо задерживаясь на одном произведении, объективно оценивая возможности ребёнка на данный момент. К примеру: на первом произведении на штрих спиккато можно пытаться добиваться идеального штриха, не выпуская ребёнка на сцену, в течение года. Как ни занимайся, нужно время для освоения любого штриха. У каждого ребёнка количество этого времени своё. Можно играть всё это время одно произведение, постепенно убивая интерес ребёнка и сдерживая его развитие в других технических моментах, а можно сменять произведения, давая ВРЕМЕНИ сделать своё дело, при этом давать выступать на всех этапах становления штриха, тем самым обогащая сценический опыт ученика. Но выпускать на всеобщее обозрение ученика, у которого не всё идеально – страшно. Мы, педагоги, боимся за свою репутацию, тем более, что педагогический мир не всегда дружелюбный и приветливый. Так вот, наша репутация не должна стоять во главе угла. Там должно находиться обучение и воспитание музыканта. Об этом тоже не стоит забывать.

Сцена – главный стимул и интерес в нашем музыкальном пути. Не выпуская на сцену, мы лишаем маленького скрипача не только опыта, но и возможности в полной мере насладиться результатом своей работы, своих трудов. Когда мы только вкладываемся и не получаем ответного «выхлопа», мы рано или поздно перегораем. Так и у детей. Большинство из них просто потеряют интерес и бросят, а те, кто не бросит, вероятнее всего упустят свою возможность стать солистами.

Сцена бывает разной. В рамках школы и простеньких конкурсов уж точно можно позволять играть почаще. Да, серьёзные конкурсы и большая сцена требуют такой же серьёзной и тщательной подготовки. Именно в этом и разница между прививанием опыта игры на сцене и допуска халтуры в музыке, к чему я ни в коем случае не призываю.