Чтение онлайн

— Зверев меня облевал, но это было после того, как Семен уехал, — от этих воспоминаний мое лицо непроизвольно скривилось, показалось, что я попала в облако зловония, от которого ощутимо замутило. — Так что пришлось переодеться.

Игорь с сомнением посмотрел на меня. От этого холодного изучающего взгляда внутри закипела лава, которая готова была вырваться в любой момент. Одно неправильно подобранное им слово, один сомневающийся взгляд… Мне больше не хотелось ругаться, но и давать себя в обиду я больше не желала!

— А чего это я, собственно, оправдываюсь, если ты сам трахаешься прямо на работе с какой-то бабой…

— … Бывшей женой…

— Ах, извините, с женой! — я с вызовом смотрела ему в глаза, задрав подбородок. — О которой ты даже словом мне не обмолвился. Жена, любовница — хорошо вы, господин Самарин, устроились.

— Стоп! Стоп, тигрица! Я был неправ, когда не дал тебе возможности все объяснить и прошу за это прощения. Пожалуйста, не повторяй моих ошибок и дай мне сказать…

Я замолчала, кусая себя за язык, чтобы ненароком не ляпнуть лишнего, не пройтись по тому факту, что Игорь сам виноват в том, что нам сейчас приходится объясняться. Не я убегала из квартиры Зверева, не выслушав, не у меня на коленях терлась полуголая баба!

— К тому же ты мне не любовница, — спокойно добавил он.

— А кто? Глупая секретарша, с которой можно повеселиться, когда тебе хочется? — я чувствовала, как слова столпились и жаждут вырваться наружу.

Остановиться я уже не могла. Я решила резать по живому и высказать ему все, что думаю, что чувствую. Вскрыть эту болезненную рану на сердце, чтобы вышло все, что ее бередило и пошел процесс заживления.

— Я не должна давать тебе отчет, с кем и что я делала. Мы никто друг другу, понимаешь? Никто!

Я надеялась, что Игорь скажет, что я ошибаюсь, но он стоял и молча с улыбкой Джоконды смотрел на меня. Объясняться и оправдываться он не торопился.

— Мы не встречаемся, между нами был просто секс, — я намеренно провоцировала Самарина, а он все молчал. — Посредственный такой, пресный. Никакой…

Удивленные его невозмутимостью мысли водили в моей голове хоровод. «Твою ж дивизию, да скажи ты уже что-нибудь, Игорь Самарин! Я тебя совсем не понимаю!»

Сердце ныло, хотелось узнать, что он чувствует ко мне, кем меня считает, но его невозмутимость угнетала и загоняла меня вглубь, а топи неуверенности и сомнений.

— Я ненавижу тебя! — в отчаянии крикнула я и крутанулась на каблуках, чтобы уйти.

— Закончила? — услышала я смешливый голос у самого уха.

Игорь наклонился и, убрав волосы с моей шеи, поцеловал. Еще раз и еще. Я почувствовала, что начинаю таять и не могу больше нормально соображать.

— Что ты делаешь?

— А тебе, разве не нравится?

Я сглотнула и ответила «нет», хотя тело говорило о другом. Щеки и шея раскраснелись, между ног пылал пожар, который можно было потушить только одним способом. Но сейчас было не время и не место. Нужно было срочно взять себя в руки.

— Я тебе не девочка для секса, — стоя спиной к Игорю, выдала я. — Спи дальше со своей бывшей, а меня это не устраивает. Я хочу быть единственной, любимой, а не нужником, когда тебе приспичит.

Самарин фыркнул и засмеялся, от его гомерического хохота птицы в ужасе слетели с ветвей деревьев. Я смутилась, но не показала вида.

— Что смешного?

— Вот ты глупая девчонка, — сказал он и развернул меня к себе лицом. — Ты так ничего и не поняла.

— Так ты объясни.

— Брюнетка, которую ты застала у меня на коленях — это Полина, моя бывшая жена. А бывшая она, потому что спала со Зверевым, не раз и не два… Я даже со счету сбился.

— Как ты узнал?

— Павлов показывал видео. Оказалось, что у него камера в кабинете Зверева.

— В твоем тоже… — вклинилась я в его историю.

— Я догадывался, — безразлично сказан он. — В итоге, я подал на развод. Она сопротивлялась, не хотела подписывать документы. В итоге Павлов на нее надавил, она согласилась и после развода пропала. От общих знакомых слышал, что она была очень зла на меня. А потом поутихла и даже нашла работу, хотя ни дня до этого не работала. В общем, страсти улеглись, я и забыл, что вообще женат был, но через несколько месяцев она вдруг объявилась. Сказала, что долго думала, осознала ошибку, что любит и просит простить ее. В один из таких ее примирительных концертов ты и зашла в кабинет.

— А ты?

— А что я? Я ее больше не люблю. Знаешь ли, больно любить разбитым сердцем.

Тут я с Игорем была полностью солидарна, уж мне ли это не знать про разбитое сердце! Вспомнив про Олега, я в очередной раз подумала — так ему и надо!

— Кстати, спасибо тебе, — Игорь непонимающе посмотрел на меня. — За вещи, которые ты забрал у Олега.

— Он сам их отдал, добровольно.

На да, конечно, добровольно.

Я с нескрываемым удовольствием вспомнила дрожащий голос бывшего в наш последний разговор.

— В общем, нет у меня жены и любовницы нет. У меня есть ТЫ — моя любимая женщина! — Игорь сгреб меня в охапку и крепко прижал к себе.

Я слышала, как бешено колотилось в его широкой груди сердце, и жадно хватала ртом воздух, боясь задохнуться от счастья.

— Игорь Самарин? — грубые руки вырвали меня из объятий босса и оттолкнули. — Вы арестованы.

Крепкие мужчины скрутили Игоря и швырнули лицом на капот «БМВ». На его запястьях звякнули наручники. Не понимая, что происходит, я подбежала к человеку, который стоял неподалеку и невозмутимо на все смотрел.

— Что происходит? На каком основании?

Он без интереса изучил меня взглядом и ответил не сразу.

— Девушка, вас это не касается, идите по своим делам.

— Нет уж! Касается! Это мой начальник, на каком основании вы нападаете на человека посреди улицы?

— На том основании, что он мошенник, — спокойно ответил мужчина и посмотрел на часы. — Подлог документов, корпоративный шпионаж, отмывание денег и перевод бюджетных средств, выделенных на реализацию проектов, нелицензированным подрядчикам, которые вскоре называют себя банкротами. Продолжать?

— Это бред какой-то…

— И тем не менее, все доказательства у нас на руках.

— Но он не такой человек! — возмутилась я, глядя, как Игоря заталкивают в тонированный фургон.

— Значит, вы плохо его знаете, — мужчина, не прощаясь, развернулся и пошел в машине, куда только что погрузили моего шефа.

С визгом, фургон стартовал с места, оставив на асфальте две черных полосы. Черная полоса… Совсем, как в моей жизни…

Стоя посреди улицы, я соображала, что же мне делать. Я не верила в том, что Игорь виноват в том, в чем его обвиняют. Наверняка, это чьи-то козни…