Чтение онлайн

Страшный вопль вырвался из лежащего ничком тела. Когда он поднял голову, было видно, что его нос кровоточит. У Гарриет было самое невинное выражение лица, но в глубине души она испытывала несказанное чувство удовлетворения.

Она встала и спокойно направилась к выходу из класса, аккуратно переступив через распростертое тело мальчика. Она знала, что на нее никто даже не подумает, потому что она никогда в жизни такого не делала. Она вышла и занялась бутербродом с помидором.

Во время завтрака она угрюмо сидела одна. Она чувствовала, что мысли ее хромают, как увечные дети. Когда прозвенел звонок, она поднялась и, словно робот, зашагала обратно в класс.

Все пытались войти в дверь разом. Карри Андрюс была прямо перед Гарриет. Не раздумывая, Гарриет опытным жестом ущипнула ее за ногу. Карри издала ужасающий вопль и огляделась кругом. Лицо ее побагровело.

Гарриет смотрела прямо вперед. Никто и не подумал на нее, потому что она сроду не щипалась. Сама Карри, по правде сказать, иногда щипалась, но более всего манерой бесперечь щипаться была известна Мэрион Хоторн. Карри потянулась вперед и стукнула Мэрион по голове, хотя между ними стояло еще четыре человека, и Мэрион не имела никакой возможности ущипнуть ее. Завязалась нешуточная драка, а Гарриет выскользнула из толпы и вошла в математический класс.

Она сидела, с несчастным видом глядя прямо в глаза мисс Харрис, пока остальные входили в класс. Мисс Харрис, убедившись, что блокнота нет, пыталась дружелюбно улыбнуться девочке, но та отвела глаза.

Без блокнота было нечего делать, как только слушать мисс Харрис. Поскольку раньше она никогда не слушала, то сейчас совершенно потерялась. Мисс Харрис бубнила и бубнила про какой-то мост. Все записывали в тетради кучу каких-то цифр. Гарриет тоже записывала, но цифры не имели абсолютно никакого смысла. После этого все занялись воодушевленной дискуссией о продаже и покупке бараньих отбивных.

Гарриет сложила листок бумаги и опять-таки безо всяких предварительных раздумий послала голубка прямо в ухо Спорти. Тот ойкнул, но быстро оправился. При ближайшей возможности он огляделся. Гарриет злобно взглянула на него. Он на мгновенье задержал на ее лице взгляд, полный недоумения и страха, и тут же быстро отвернулся.

Теперь дело дошло до неудобоваримого обсуждения каких-то кораблей и того, сколько морских узлов [21] они прошли. Гарриет пыталась думать, но у нее ничего не получалось. Она как-то невзначай бросила карандаш прямо в лицо Эллин.

Эллин пришла в полнейший ужас и, когда увидела, что Гарриет глядит на нее, разразилась громким и нелепым младенческим плачем.

Прозвенел звонок, и пока мисс Харрис пробиралась к Эллин, Гарриет уже выскочила из класса и пошла вниз. Она побежала домой, ворвалась в дом, понеслась на кухню и — бум — врезалась в кухарку.

— Как это тебе удается каждый день? Они что, нацеливают тебя из школы прямо в меня?

— Дай мне, пожалуйста, мой блокнот.

— Какой блокнот?

— Что такое? Мой БЛОКНОТ. Мой БЛОКНОТ, — Гарриет на мгновенье впала полнейшую панику.

— Послушай, сначала извинись за то, что ты меня чуть с ног не сбила, — кухарка стояла, руки в боки, как будто ей абсолютно некуда было спешить.

— Я извиняюсь.

— Хорошо, — кухарка неуклюже повернулась и сунула руки в раковину, полную посуды.

— Мой БЛОКНОТ, — завопила Гарриет.

— Хорошо, хорошо. Даже не можешь подождать минутку, пока я смою мыло с рук.

— Нет, нет, я не могу ждать, я хочу блокнот прямо СЕЙЧАС.

— Хорошо, хорошо, — кухарка вымыла руки, вытерла их и полезла под мойку.

Откуда-то из глубины она вытащила блокнот, слегка заляпанный средством для чистки сковородок.

Гарриет схватила блокнот и помчалась наверх.

— Эй, а как насчет печенья с молоком?

Гарриет даже не слышала. Она вбежала к себе в комнату и бросилась на кровать. Минутку тихо полежала, с почтением разглядывая блокнот, а потом открыла его. Ее не оставлял ни на чем не основанный страх, что блокнот окажется пустым, но вот ее почерк, уверенный, и даже в чем-то красивый. Она схватила ручку и почувствовала, как мысли милосердно текут быстрым потоком, проскакивая через ее голову прямо на кончик пера и на бумагу. «Как хорошо, — подумала она, — а то я уже боялась, что у меня все мысли высохли». Она сделала несколько записей о том, что чувствовала, смакуя радостное ощущение в кончиках пальцев, скользящих по бумаге, невероятное облегчение возможности самовыражения. Скоро она села и принялась изо всех сил думать, а потом записала:

ЧТО-ТО НА САМОМ ДЕЛЕ СО МНОЙ ПРОИЗОШЛО. Я ИЗМЕНИЛАСЬ. Я НЕ ЧУВСТВУЮ СЕБЯ САМОЙ СОБОЙ. Я НЕ СМЕЮСЬ И НЕ ДУМАЮ НИ О ЧЕМ ВЕСЕЛОМ. Я ТОЛЬКО СНОВА И СНОВА ОЩУЩАЮ ЗЛОБУ. МНЕ ХОЧЕТСЯ ПРИЧИНИТЬ БОЛЬ КАЖДОМУ, ПРИЧЕМ ИМЕННО ТАК, КАК ЕМУ БУДЕТ БОЛЬНЕЕ ВСЕГО.

Потом она составила список:

МЭРИОН ХОТОРН: ЛЯГУШКИ. ПОЛОЖИТЬ НА ПАРТУ, ЗМЕЯ БЫЛА БЫ ЕЩЕ ЛУЧШЕ.

РЭЧЕЛ ХЕННЕССИ: ЕЕ ОТЕЦ, СПРОСИТЬ, КУДА ОН ДЕЛСЯ.

ЛАУРА ПЕТЕРС: ВОЛОСЫ, ОТРЕЗАТЬ ИХ ИЛИ СДЕЛАТЬ ЛЫСОЕ МЕСТО.

ПИНКИ УАЙТХЕД: ЗЛОБНЫЕ ВЗГЛЯДЫ, ЭТОГО С НЕГО БУДЕТ ДОСТАТОЧНО.

КАРРИ АНДРЮС: НАВРАТЬ ЕЕ ОТЦУ КАКИЕ-НИБУДЬ ГАДОСТИ ПРО НЕЕ.

ЭЛЛИН ХАНСЕН: НЕНАВИДИТ ДРАТЬСЯ. УДАРИТЬ ЕЕ.

ДЖЕНИ: СЛОМАТЬ МИЗИНЕЦ.

СПОРТИ: ДРАЗНИТЬ ДЕВЧОНКОЙ И РАССКАЗАТЬ ВСЕМ, ЧТО ОН ЧИТАЕТ ПОВАРЕННЫЕ КНИГИ.

МАЛЬЧИК В МАЛИНОВЫХ НОСКАХ: ???????

Для него она ничего не могла придумать, такой он был скучный. «Хорошо, — решила она, — завтра понаблюдаю».

На следующий день в школе Гарриет сосредоточилась на задуманном. Она настолько была этим поглощена, что совершенно не могла заниматься. Она заговорила один-единственный раз за весь день, когда спросила Рэчел Хеннесси, почему ее отец с ними не живет. Вернее, она спросила как бы между прочим:

— У тебя ведь нет отца, правда, Рэчел?

Рэчел взглянула на нее в ужасе и заорала:

— А вот и ЕСТЬ.

— А вот и нет, — быстро возразила Гарриет.

— А вот и есть, — закричала Рэчел.

— Ну, тогда он тебя не любит.

— А вот и любит.

— Тогда почему он с вами не живет?

Тут Рэчел разрыдалась.

На следующий день она сразу после завтрака направилась в парк. Долго ползала под кустами, пока не нашла лягушку. Это была крохотная лягушка, скорее всего лягушонок. Осторожно, чтобы не раздавить, Гарриет подняла его и положила в карман джемпера. Потом побежала в школу, придерживая рукой карман, чтобы лягушонок не мог выскочить. Она вбежала в класс, открыла крышку парты, за которой сидела Мэрион Хоторн, и осторожно опустила туда лягушонка. Он разок подпрыгнул и недовольно уставился на девочку. Она в ответ тоже пристально поглядела на него. Она начинал ей нравиться, и девочка надеялась, что с ним в суматохе не случится ничего плохого.

Она тихонько, чтобы не испугать его, закрыла крышку парты и чопорно уселась на свое место. Тут пришли остальные. Пока они стояли, здороваясь друг с другом, Гарриет схватила прядь волос Лауры Петерс и мгновенно отрезала их заранее приготовленными ножницами. Лаура даже ничего не заметила. Она весело уселась за парту, не подозревая, что теперь у нее не хватает большой пряди волос. Гарриет радостно поглядывала на то место, где раньше были волосы.

Как раз в ту минуту, когда Спорти, который все видел, уже собирался сказать об этом учительнице, Мэрион открыла крышку парты.