Чтение онлайн

— Не проблема, — согласно кивнул Джонатан, который и так прекрасно все знал.

— Монаган отлично поработала, — сказала Кира. — Но если МГБ все же задержит кого-то из них, просто садитесь в самолет, а после приземления позвоните в посольство.

Телефонный номер был записан на карточке, лежавшей в его бумажнике.

— Если это случится, Пионеру конец, — ответил Джонатан. — А Митчелл отправится за решетку.

Кира помолчала. Он был прав. Если Пионера арестуют, ничто не сможет спасти его от пули в затылок после суда, который завершится самое большее через несколько недель.

— Нет. Но кому-то придется срочно сообщить директору.

— Договорились.

Оба замолчали. GPS-навигатор на приборной панели указал на въезд в аэропорт, и Кира припарковала машину на подземной стоянке. Ее должен был забрать кто-то из посольства.

Кира заглушила двигатель.

— Пойду первой. Следуйте за мной через пять минут.

— Увидимся в Сеуле.

Кира прошла контроль, не привлекая внимания, забрала сумку и начала пробираться сквозь толпу к нужному гейту. Пассажиров в аэропорту было относительно немного, но людей в форме оказалось гораздо больше, чем в тот вечер, когда они с Джонатаном прилетели в Китай. У дверей, которые вели на посадку, стояли солдаты. На первый взгляд их вид не внушал тревоги. Они стояли по сторонам, но достаточно близко, чтобы идущим на посадку пассажирам с Запада становилось не по себе. Азиатских пассажиров они, похоже, нисколько не волновали. Всеобщее спокойствие позволяло надеяться на лучшее. Если бы солдаты проявляли враждебность, целенаправленно высматривая кого-то среди вылетающих, это наверняка означало бы, что МГБ о чем-то догадалось. Кире удался ее фокус почти два часа назад. Судя по оценкам Митчелла, у них есть еще час до того, как МГБ сообразит, что Пионер исчез. Джонатан был настроен не столь оптимистично, но если его расчеты и точнее, чем у Митчелла, МГБ все равно проигрывало. Даже при помощи НОАК им пришлось бы рассеяться повсюду, отчаянно пытаясь перекрыть главные транспортные узлы. Но и в этом случае никто не мог гарантировать, что ЦРУ просто не вывезло его в машине. Вариантов было множество, Китай слишком велик, а ресурсы ограниченны. Против МГБ работало как время, так и география.

Отыскав свой гейт, Кира окинула взглядом группу ожидающих посадки. Митчелл говорил, что рейсы на Сеул в это время обычно загружены полностью, и количество пассажиров, похоже, подтверждало его слова. Свободных сидений почти не осталось. Выбор у нее невелик, так что вряд ли у кого-то могли возникнуть подозрения, что она знакома с кем-то из ее тайных спутников. Никто из сотрудников службы безопасности не смог бы сделать выводы о личных связях пассажиров на основании того, где кто сидит. Опустившись на одно из свободных мест, она уставилась в окно на темный бетон.

У дверей на посадку стояли двое солдат, наблюдая за сидящими пассажирами. Кира заметила, как они на мгновение бросили на нее взгляд, но никто не сделал ни малейшего движения в ее сторону. На ее часах, показывавших время с точностью до сотых долей секунды, оставалось восемь минут до объявленной посадки. Митчелл рассчитал время прибытия в аэропорт так, чтобы они не слишком долго задерживались у гейта, уменьшая шансы, что их заметят и опознают. Казалось странным, как время может быть одновременно союзником и врагом. Джонатан отставал от нее на пять минут. Митчелл и Пионер должны были уже быть здесь, но она не могла высмотреть их в толпе и не стала оглядываться по сторонам, чтобы их найти. Толпа пассажиров продолжала спокойно двигаться по терминалу. Наверняка возникло бы какое-то волнение, если бы где-то неподалеку солдаты поволокли кого-то прочь. Если Митчелл и Пионер здесь, они все еще на свободе. Если авиакомпания задержит посадку, это станет первым признаком того, что все пошло не так.

Посадку объявили по-китайски, по-английски и еще на одном языке, которого Кира не знала, но предположила, что это корейский. Толпа зашевелилась, и она облегченно выдохнула, только теперь осознав, что сидела затаив дыхание.

Как оказалось, зря. Послышались крики, и она увидела солдат, бегущих за двумя людьми в штатском. Ожидавшие посадки пассажиры все как один повернулись к четверым вооруженным солдатам НОАК, которые перешли с бега на быстрый шаг, следуя за штатскими с переносными рациями в руках. Мимо пробежало еще несколько групп солдат и штатских, перекрывая другие зоны посадки.

Штатские — Кира предположила, что они из МГБ, — что-то громко говорили по-китайски, и толпа расступалась перед ними. Добравшись до стойки перед гейтом, они окружили стоявших на посту солдат и служащих авиакомпании, которые собирались открыть двери для пассажиров. Солдаты быстро качали головой, отвечая на какой-то вопрос. Отодвинув их в сторону, сотрудники МГБ что-то повелительным тоном сказали служащим авиакомпании. Одна из них, миниатюрная китаянка, взяла микрофон.

— Дамы и господа, начинаем посадку, — объявила она по-китайски, а затем по-английски. — В качестве дополнительной меры безопасности просим вас, кроме посадочных талонов предъявить паспорта. Приглашаем на борт пассажиров первого и бизнес-класса, а также всех, кому может понадобиться помощь.

С трудом сдерживая глубокий вздох, Кира полезла в сумку за поддельным паспортом. У нее и Джонатана были места в экономклассе. Она не знала, каким классом летят Митчелл и Пионер. Окинув взглядом толпу, заметила в тридцати футах от себя Джонатана, стоявшего в проходе. И даже не посмотрела ему в глаза. Ему не о чем беспокоиться — он не избивал сотрудника МГБ в темном переулке и не отрывался от преследователей, мчась сломя голову через город вместе с самым разыскиваемым человеком в Китайской Народной Республике.

Сотрудники МГБ стояли почти плечом к плечу. Первый взял паспорт пассажира и раскрыл его над распечаткой, которую держал в руках второй. Сравнив документ с распечаткой, они поднесли его к лицу пассажира.

Первого пассажира пропустили.

«Они знают, что он сбежал».

МГБ почти наверняка арестовало супругов Чжоу. Но, судя по количеству сотрудников службы безопасности и солдат, пробегавших по терминалу, не знали, где сейчас Пионер.

Кира подошла к гейту. Старый кореец, стоявший во главе очереди, шагнул вперед, опираясь на трость, и протянул посадочный талон и паспорт сотруднику службы безопасности. Тот взял паспорт, пролистал его, пока не нашел визу, и несколько секунд ее разглядывал. Затем открыл первую страницу и поднес фотографию к распечатке, которую держал напарник. Они о чем-то заговорили по-китайски. Второй что-то сказал в рацию и подождал ответа. Кира жалела, что не знает языка и не может понять, насколько они встревожены.

Кореец спокойно стоял, дожидаясь, когда двое китайских сотрудников службы безопасности закончат говорить. Тот, что держал паспорт, наклонился и несколько секунд вглядывался в его лицо. Кореец, которому от столь пристального внимания, похоже, стало не по себе, слегка отшатнулся, но ничем не выказал своего недовольства.

Сотрудник МГБ нахмурился, закрыл паспорт, вернул его владельцу и махнул рукой, пропуская корейца. Служащая авиакомпании обратилась к нему с традиционным китайским приветствием. Кивнув, он подал ей посадочный талон. Проведя им под сканером, она отдала его обратно корейцу, но тот все еще пытался трясущимися руками убрать паспорт в карман, заставляя Киру ждать целую вечность. Наконец, засунув паспорт в карман пиджака, он забрал талон и неуклюже шагнул к двери.

Прошло еще несколько пассажиров, прежде чем Кира шагнула к гейту и протянула паспорт, сосредоточившись на том, чтобы подавить дрожь в руках. Ей не хотелось, чтобы кто-нибудь заметил, как она нервничает. Сотрудник МГБ взял паспорт и долго ее разглядывал, прежде чем открыть поддельный документ. Сунув руки в карманы, она сосредоточилась на собственном дыхании и сердцебиении, слегка участившемся, но не настолько, чтобы это было заметно со стороны. Двое снова заговорили, и тот, что держал рацию, щелкнул кнопкой микрофона и что-то в него сказал. Послышался короткий ответ. Сотрудники МГБ нахмурились, но промолчали. Тот, что держал паспорт, снова посмотрел на Киру, лицо которой ничего не выражало. Она не знала, насколько хорошо они умеют различать эмоциональные состояния на лицах европейцев. «Отдайте же наконец паспорт», — подумала она.

Кореец дошел до конца посадочного рукава и осторожно шагнул через узкий промежуток в «Боинг-767». Симпатичная кореянка-стюардесса спросила его на своем родном языке, не помочь ли ему найти свое место. Языка он не знал, но все равно кивнул. Взяв у него посадочный талон, она направила его в салон первого класса, а затем, держа за руку, помогла пройти по проходу. Шаркая ногами и хватаясь за кресла, он добрался до своего ряда. Стюардесса помогла ему сесть в кресло, заметила, что у него нет ручной клади, которую можно было бы положить в рундук наверху, спросила, не хочет ли он чего-нибудь выпить, и предложила горячее полотенце, чтобы вытереть лицо. От полотенца он отказался.