Чтение онлайн

А сейчас этот парень смотрит на меня своими переливчато — дымчатыми глазами и улыбается. Как давней и хорошей знакомой. Даже странно, и нет ли тут подвоха какого?

И еще. Теперь сомнений нет. И обращается он именно ко мне.

— Простите? — переспрашиваю на всякий случай.

— Александр, — энергично пожимает мне руку. — Кира поручила мне тебя отвести к Лаки, он сегодня твоя охрана и крылья.

— Крылья?

— В смысле повезет. Тебе же надо на противоположную сторону планеты попасть. Времени мало. Так что он на челноке спасательном тебя доставит.

Вздыхаю и бреду на космодром. Но по пути становлюсь свидетелем странной сцены. Снова Кира. Но сейчас, на улице, а не в зале заседаний и не в день нашего прилета, когда она стояла и смеялась, болтая с мужчинами, откинув капюшон боевого скафандра — на равных, не предлагая им подержать свое оружие и не обращая внимания на растрепавшиеся волосы.

А сейчас она не шла — она летела над ровной зеленой травой с мелкими пестрыми цветочками в ней. Идеально расчесанные локоны вились по ее плечам. А глаза были не такими, как я их запомнила — это были огромные, лучащиеся радостью глаза юной девочки.

И мой провожатый тоже изменился еще больше при виде этой обновленной и помолодевшей Киры — забыв про меня, шагнул ей навстречу точно так, как и Крис ко мне. Признаться, это обрадовало — если Кира, такой непробиваемый боевой командир, вдруг способна без посторонних глаз ненадолго стать юной феечкой, летающей над цветами, и все это при виде этого парня, то точно Крис ей не нужен.

А может, для Киры многое проще? Меня же тоже обвинял тогда начальник орбитальной станции в легком поведении, когда следом за Алеком появился в моей жизни Криспин. Может, он и прав был — слишком много для одной мелкой Киви… Надо же… Оказывается, я — это Киви. Бескрылая тупая птичка. Или мохнатый крыжовник — переросток? Ни так, ни этак не вдохновляет.

Лаки оказался тем самым пилотом, который тогда виртуозно вывез нас с Крисом с горящей планеты, оставив там Киру. Да, Кира выжила, и я все же рада. Ужасно было видеть ее покрытой шрамами или потерявшей ногу, а вот такой живой и красивой даже приятно. Что поделать, Кира и правда очень красива. И странно — она выглядит точно так, как перед поступлением в Академию. Особенно сейчас, с этими локонами. С синей стрижкой она больше походила именно на хулиганистую вольнодумную студентку. А сейчас — красива по — настоящему, при всей антипатии к ней признать придется.

— Кира, может, ты все же останешься? — Сталий сейчас выглядел совсем иначе, ей показалось, что и плечи немного ссутулились, и сам как-то утратил яркость.

Кира списала бы это на усталость — знала, что и сама выглядит неважно, слишком усталая и невыспавшаяся.

— Сталий, повторюсь, мы все обсудили. Все, касающееся наших личных отношений. Остается только работа. И я рада, что ты не переносишь на нее свои разочарования.

— Возможно, потому что их еще нет.

— Вот как?

— Да, моя Кира. Еще не время для полного разочарования. Мы оба живы, а это означает, мне есть на что надеяться.

— Например?

— Что ж, — улыбнулся Сталий так, словно ждал этого вопроса, словно сам подталкивал Киру задать его. — Мы все воины. И мой соперник тоже.

— Ты хочешь убить Резкого? — похолодела Кира. — И после этого надеяться еще больше на 'исполнение своих желаний'. Тогда ты чудовище…

— Кира… — простонал Сталий. — Неужели я и правда поход на такого мерзавца?! Да, мы спарринговали с ним. Но это был честный поединок, и мне тоже досталось. И не первый раз от твоих друзей. Но это нормальный мужской разговор. А желать воину гибели? Нет, Кира. Но будь здравой. Это из области реальности. Несмотря на регенератор.

Она вскинула задумчивый взгляд:

— Ты уже в курсе?

— Да, естественно, — похоже Сталия не удивило ничего, ни ее вопрос, ни сам факт поучения землянами регенератора в подарок от генерала. — Он же мой друг. И мы полагаем, это правильный шаг. Я бы и сам был готов предложить его вам. Только не знал, как в такой короткий срок выучить твоего медика.

— Это сложно?

— Для тебя? Угнавшей у меня штурмовик? Для тебя просто, но это какая-то загадочная особенность твоего разума. Лично твоего, а не землян в целом.

— Ты столь невысокого мнения о землянах?

— Нет. Высокого о тебе. Кира!!!!! — неожиданно стоном закончил спокойную, даже равнодушно произнесенную фразу Сталий.

— Ри, — положила Кира руку на его плечо, потому что ей не хотелось видеть, как срывается с резьбы этот красивый, сильный и храбрый человек. — Не надо. Все пройдет. Завтра мы улетим. А у тебя впереди вся жизнь. С красивой молодой невестой. Это же прекрасно.

— Тебе нравится меня добивать?

— Нет. Мне нравится, когда все стоит на своих местах.

— Хорошо, — командор обессилено прислонился к стене. — Хочешь правду?

— Чистую.

— Планета, откуда родом моя невеста, еще при помолвке заключила договор с Таллирией. Военный союз. И вот сейчас, когда те, кого вы, земляне, прозвали 'щупальца', необыкновенно активизировались, нам всем пришлось вспомнить об этом полушутливом, как тогда казалось, договоре.

— Знаешь… А это признание ничуть не лучше предыдущего, — таким же усталым голосом ответила Кира, по привычке глядя в его глаза. — Мне жаль эту девушку. И я рада за Эйлу. Хотя бы она не задохнется в вашем мирке. Но, честно говоря, мне сейчас и правда не хочется улетать.

— Правда? — Сталий схватил ее за плечи.

Она не вырвалась, просто не шелохнулась в его руках, таких сильных и нежных одновременно. Он не заставил ее вздорогнуть, как если бы коснулся Виталий Сергеевич. И все же прикосновения Ри были ей приятны. Но она слышала другой голос при этом, видела перед собой другие глаза — хулиганистую дымку Сашкиных глаз.

— Правда, Ри. Мне страшно за наших ребят. Не бросаю ли я их на произвол судьбы? Это твое признание заставило меня подумать. А не стоит ли ваш мир на пороге межпланетной войны?

— Будет ту один отряд землян или два. Разве это решило бы исход межпланетной войны? — горько усмехнулся Сталий. — А вот мне без тебя действительно будет тяжело. Ты такая… Такая необыкновенная… Пойми, я же помню жену своего друга. Она хоть и недолго прожила здесь, но запомнилась. Вот в ней было что-то нарочитое, отличавшее ее от наших женщин с каким-то вызовом. А ты настолько естественна, настолько органична. И с мечом, и в скафандре, и во время танцев… Ты одинаково прекрасна, моя любимая.